Удивительное время мы претерпеваем, друзья. Ещё не перевелись в нашей стране люди, которые продолжают верить в коммунистическое будущее России, восхвалять убийц, и предателей всего русского народа. Мол товарищ Сталин ничего не знал, в правительство пробрались иностранные интервенты, а НКВДшники делали всё правильно, негоже человеку в погребе иметь мешок зерна. Очухайтесь, это не так работает!
Практика твёрдо доказала, что может быть прогрессивный коммунизм и он работает, но пока что только в Китае и то, через пень-колоду. Для нашей страны нет пути влево, иначе она неизбежно подвергнется замещению вековых ценностей и свобод, дегенеративными моральными устоями. А когда у власти "совет", то он либо диктатор, либо болванчик как Хрущёв. С такими предводителями народ обречён на смерть или культурное вырождение. Это лишь вопрос времени.
***
-- Стой, стой. Но ведь первый самолёт тоже не полетел. Нужно дать попробовать ещё раз.
-- Да, давайте все вместе вернёмся к примитивному манямирку! Ведь быть одинаковыми и безынициативными - это классно! И трудиться на благо других, кстати, проще, чем на самого себя.
Очнитесь, нельзя возвращаться к примитивному и заведомо провальному. Это всё равно, что вернуться жить из бытовки в коробку из фанеры 4x4, накрытой брезентом. Но всё это, конечно же, только мои рассуждения. А что думает насчёт "светлого будущего" статистика?
Голод - не тетка, а мать родная
- В РИ, с ее пресловутой "архаичностью", с ее развитием медицины конца XIX века, смертность от голода была в разы меньше, чем в самом "передовом и светлом" СССР. Достаточно просто сравнить кол-во жертв от трех великих голодовок СССР: Поволжья 1921-1922, великого голода 1932-1933 и послевоенного голода с трудной, но жизнью миллионов крестьян в РИ. Самый страшный голод В РИ конца XIX - начала XX века, являясь, безусловно страшной трагедией, по количеству человеческих жертв был на порядок ниже, чем любой из трех зафиксированных грандиозных голодовок Советского периода. Это факт. Совершенно точный установленный, причем не так давно. И напрашивается вывод: либо голодомор был искусственный, либо СССР обосрался ещё на ранних этапах.
«Лес рубят — щепки летят»
- За три месяца 1918 года ВЧК казнила больше людей (расстрелов по постановлениям ВЧК и местных ЧК было - 403 за август 1918, 3'470 за сентябрь, 451 за октябрь), чем приговорила к смертной казни царская Россия за 92 года, при этом надо учитывать, что в царской России все эти приговоры были вынесены после законной судебной процедуры, и значительная часть из них не была приведена в исполнение, но заменена каторжными работами. И это только в смутные, с трудом поддающиеся изучению годы после революции. Жертв красного террора очень сложно посчитать, но даже жертв подавлений восстаний на той же Тамбовщине Павлов в свою записку не включал, а они в список этих жертв входят. Только в нарождающемся СССР могли расстрелять человека, просто потому что он служил городовым при ненавистном старом режиме.
Остановимся на самом механически отлаженном, рационализированном и страшном этапе репрессий - 1937 годе и только на тех, кого приговорили к "высшей мере социальной защиты" по 58-й статье.
В 1937-38 возьмем самую заниженную офицальную (и крайне спорную) цифру, к которой аппелирует Земсков (которого в последнее время критикуют вполне заслужено), - было арестовано по обвинению в антисоветской деятельности 1 548 366 человек и из них расстреляно 681 692 (то есть- внимание! - в среднем расстреливалось около 1 000 человек в день).
Итак, в 30-е годы царский антирекорд по степени репрессивности к политическим (расстрелы) за 100 лет был побит за шесть дней 1937 года.
Запах свободы!
В РИ можно было кому угодно и совершенно спокойно носить с собой оружие. Даже крепостным крестьянам. Они в свою очередь обеспечивали защиту своей земли и помещика от набегов местных разбойников. Все нынешние запреты на оружие - это чисто советское изобретение, при царе-батюшке такой фигни не было. Даже после революции 1905 года с уличными боями у населения были изъяты лишь боевые и особо мощные пистолеты, а большая часть арсенала (вполне подходящая, чтобы продырявить лоб забывшемуся трудящемуся) так и осталась на руках. Охотничье же оружие вообще никак не ограничивалось и продавалось чуть ли не на вес. Право гражданина иметь ствол рассматривалось как естественное и неотчуждаемое. В отличие от многих государств Европы (например, Польши, где убийство крепостного вообще не считалось государственным преступлением и подлежало только церковному наказанию) законы России защищали жизнь и имущество крестьян от помещиков. «Убийство крепостного рассматривалось как тяжкое уголовное преступление». Соборное Уложение 1649 г. разделяет меру ответственности помещика за неумышленное и предумышленное убийство крестьянина. В случае неумышленного убийства (в драке) дворянин подвергался тюремному заключению до специального распоряжения царя. При предумышленном убийстве крестьянина виновного казнили, независимо от социального происхождения. В правление Елизаветы Петровны, когда смертная казнь в России была фактически отменена, дворян, виновных в смерти своих крестьян, обычно отправляли на каторгу.
ЕСЛИ СТАТЬЯ БУДЕТ ИНТЕРЕСНА, ТО ПОДРОБНЫЙ РАЗБОР УРОВНЯ ЖИЗНИ В РИ И СССР НЕ ЗАСТАВИТ СЕБЯ ДОЛГО ЖДАТЬ