Вдохновлено биографией Юрия Гагарина. Письма друга (вымышленного) к Юрию.
Письмо первое
Здравствуй, мой дорогой друг! Каждый раз отправляя тебе письмо, очень переживаю, дойдет ли оно до тебя. Видишь, какие времена ужасные были, дошли ли те мои письма тебе в Петербург? Дай Бог. А то от тебя ни весточки. Но я с трепетной надеждой буду продолжать писать на старый адрес.
Годы войны выдались очень сложными. Зато представляешь, где я сейчас живу? В Гжатске! Я столько всего хочу рассказать тебе, но мысли суетно мельтешат в голове.
<…> Я помню страшное. Я выглядывал тогда из нашей землянки в Клушино. Мама рыдала и бежала. Молила. Они ее не слушали. Их мерзкий и грубый язык врезался в уши. Они увозили Валю, брата, и Зою, мою сестренку. Далеко увозили, в свою Германию. Они отбивались от матерей прикладами, ведь не только моих забрали. Я все понимал и злится. Я бил кулаком об землю, я хотел вернуть их. Жизнь беспощадна. А все судьбы в руках Бога, так что остается молиться.
Сейчас жизнь мало-помалу налаживается. Я очень хочу учиться в Москве, мне даже есть у кого там остановиться. Помнишь, я писал про тетку Светлану, которая готовит самое вкусное вишневое варенье? Родители ворчат, конечно, но помогают мне собирать сумки. Так что пишу, сидя на чемоданах.
Прошу тебя, пришли хоть открытку или пустой конверт! А то не дело, когда от лучшего товарища ни ответа ни привета уже 8 лет.
С наилучшими пожеланиями,
18 июля 1949 г.
Письмо второе
Приветствую, мой милый друг! Надеюсь, ты все-таки это читаешь. Одно мое письмо отказались отправлять, потому что оно было запечатано в большой красный конверт, представляешь? Не положено, говорят. Пришлось доплачивать как за бандероль. А там еще девушка сидела такая милая-премилая, и веснушки у нее такие смешные.. <…>
Но я все не о том пишу! Циолковский перевернул мне всю душу. У меня появилась болезнь, которой нет названия в медицине: неудержимая тяга в небо. Чувство это такое неясное, неосознанное что ли, но оно уже давно живет во мне, тревожит, не дает покоя. И каждый гул самолета, каждый прохожий-летчик откликается в моей душе яркой искоркой и теплом. Странно, правда: вначале говорю о девушках, а уж потом о самолетах. И вторая любовь сильнее первой, уж поверь. Как говорится, первым делом самолеты, ну, а девушки потом!<…>
С любопытством и неугасающей надеждой жду твоего письма. Я так соскучился по твоим шуткам!
С наилучшими пожеланиями,
11 октября 1954г.
Письмо третье
Здравствуй, товарищу! Хорошие новости! Мне пришел пустой конверт от твоего имени! Правда, дата на нем неутешительная – 1951 год , но это же прогресс! Я очень рад был, я приплясывая, как мало дите, веришь?
Жизнь моя наладилась. Я теперь женат не только на небе! Приезжай обязательно к нам в С. в гости. Валентина потрясающая девушка! <…>
В моей жизни произошел еще один крутой поворот: я вступили в первый отряд космонавтов Советского Союза! Звучит, правда? Нас всего было 20 ребят, сейчас уже осталось трое, но в космос полетит только один. Космос… Что-то совершенно неизведанное, запредельное. И у меня есть шанс прикоснуться к этой тайне, покорить новое небо, манящее своей загадкой.<…> Ребята со мной отличные. Герман Титов и Григорий Нелюбов. Все замечательно подготовлены и выносливы. Мы вместе прошли год тренировок, подготовки. Могу сказать, что мы очень дружны. Сейчас вечер. Лежу на своей койке и пишу тебе. Немного тревожно, ведь завтра ответственный день – заседание ГК. Там и решится, кто будет первым в мире человеком, который опробует на себе жизнь в космических условиях. И это не шутка.
P.S. И даже если ты и в этот раз не ответишь мне, я буду писать. Ты же знаешь, какой я упертый.
С наилучшими пожеланиями,
1 апреля 1961 г.
Письмо четвертое
Здравствуй, друг мой сердечный! Я был там! Я видел все! Я видел Землю маленькой, ее можно было бы обхватить нашим дворовым хороводом! Неописуемая, непередаваемая красота! Это поистине волшебное зрелище. Сейчас, стоя на земле, я не могу забыть тот прекрасный вид! Ты знаешь, я записал на бортовой магнитофон слова и так бы хотел, чтобы в тот самый момент ты их услышал с Земли. Я наблюдал мелкие кучевые облака и тени от них. Красиво, красота! А горизонт Земли? Очень такой красивый ореол. Сначала радуга от самой поверхности Земли и вниз. Такая радуга переходит. Очень красиво! А карандаши и прочие предметы лучше привязывать в космосе, иначе они начинают отплывать прочь. Это называется невесомость. Космосу будто бы настолько нет дела до всего земного, что он даже вес обнуляет. С приземлением были кое-какие казусы: то парашют запасной вылетел, то клапан для подачи воздуха в скафандре отказывался сразу открываться. Но все обошлось. Почувствовав землю и притяжение, я плохо стал соображать, но потом понял, что приземлился я не там, где мы планировали. И рядом нет обещанной группы встречающих. Благо, ко мне направились какие-то люди, смутно помню. Ибо в глазах еще не растаяло черное величие космоса.
Забавно, но как потом выяснилось, приземлился я в местах, где совершал свои первые полеты на самолете. Очень символично все вышло.
P.S. Я все жду. Надежды не терять.
С наилучшими пожеланиями,
13 апреля 1961 г.
Письмо пятое
Здравствуй, мой дорогой друг! Меня все вдруг стали любить, уважать, давать мне какие-то звания, медали. Я давно уже не летал. Располнел, колесил по разным странам, жал руки каким-то людям. Я знаю теперь, что ты давно мертв. Мне сообщили. И знаешь, меня посещает очень странное, но теплое чувство итога всей этой красивой истории. Нет, я все себе придумываю. Вернусь на учения, заново начну летать. Но я уже не могу смотреть на это небо по-прежнему. Оно мучает меня, не знаю, отчего. И да, зачем я пишу на мертвый адрес? Человеку, которого нет в живых уже более 15 лет? Но я писал уже тебе. Всегда писал, пусть не было ответа. И я буду писать, обещаю, я буду. Зачем? Так я чувствую себя ближе к тебе.
Пусть земля тебе будет пухом.
25 марта 1968 г.
#юрий гагарин #память #полеты в космос
