Сегодня в Минске проходит два митинга. Один организован государством, второй — обществом. Очевидно, что второй митинг будет более масштабным,так как люди начали протестовать против Лукашенко, и его подчинённых. Всё чаще люди говорят о “гестапо”.
Лукашенко всегда был сторонником насилия
Ещё в конце 90-х политические оппоненты Лукашенко стали пропадать. Разговоры о физическом устранении конкурентов велись где угодно, но только не на официальном уровне. За 20 лет Лукашенко не изменил своим принципам. Он действительно считает, что силовое подавление людей — нормальная практика. Даже если народ без оружия.
Насилие усугубило ситуацию
Если бы в первый день силовики подавили протесты, то история про отставку Лукашенко пропала бы из новостей. Однако народное возмущение было слишком высоким. По этой причине каждый акт полицейского насилия воспринимается как слабость действующего режима. Лукашенко отказывается идти на контакт людьми. Для него сама идея переговоров кажется глупой. Для него народ — объект, а не субъект.
Причём так решил сам Лукашенко. В конституции, принятой в 1994 году, было много написано о выборах и роли президента. Лукашенко наплевал на конституцию уже в 1996. Теперь ему плевать на мнение людей. Сторонники плавно переходят на сторону протестующих, теперь надеяться можно лишь на насилие. Загнать себя и страну в такую ситуацию — идиотизм. Однако для Лукашенко это нормально.