Я отчётливо помню декабрь 1999 года. Советский Союз уже умер, Российская Федерация же рождаться не спешила. Зачатки государственности не хотели приживаться на территории бывшего ГУЛАГА, ныне усеянного пеплом демократии и либеральных ценностей. Когда депрессия стала национальной идеей, а россияне поверили в то, что эта вязкая горькая субстанция и есть мёд, пришёл он.
С телеэкранов нам показали лицо молодого парня, что некогда служил в КГБ, а теперь готовится принять присягу и стать полноправным президентом Российской Федерации. Слабый отблеск надежды засел где-то на подкорке, но радоваться было рано, да и нечему. Война продолжалась, как за границами России, так и внутри неё. Уже не так часто стреляли "братки", да и не в кого было: кто-то поднялся, кто-то смирился и занял место в заднем ряду. Отчаянных и рвущихся к власти смыло вместе с остатками 20-го века, а новый миллениум встретили лишь самые везучие и стойкие.
Спроси тогда любого: "сможет ли этот молодой человек, что и в политике то раньше замечен не был, остановить кровопролитную войну в Чечне и прекратить беззаконие, за считанные годы скинув с насиженных постов всех олигархов и расформировав ОПГ?" - ответа не получишь. Собеседник лишь покрутит пальцем у виска, а то и вовсе слушать не станет.
А каким был бы этот собеседник? Чем занимался бы он, во что был бы одет? Какой образ возникает у вас в голове, когда вы вспоминаете россиянина образца 90-х?
Вполне ожидаемо волна "свободы" и "демократии" подстегнула рост алкоголизма и наркомании в России. К 2000 году казалось, что этот снежный ком уже невозможно одолеть. С малых лет дети приобщались к сигаретам (и дай бог, чтобы только к сигаретам). Шприцы стали неотьемлимым атрибутом любого переулка или тесного пространства между гаражами, а из сложенных под балконом бычков можно было отстроить пару-тройку других хрущовок, чтобы неформалы и так называемые "гопники" могли устраивать так сходки поздними вечерами.
Пока подростки хотели стать ворами в законе, с телевидения к ним обращался новый президент. Он был каким-то занудой: пил редко, не курил, ещё и спортом занимался. То кимоно чёрным поясом обвяжет, то на коньки встанет. Одним словом - отстой. Но не успевали подростки пошутить над этим, как вдруг стали замечать, что секции по занятиям дзюдо все чаще забиваются детьми.
Я помню, как к концу нулевых стал замечать на улицах школьников, что в одиночестве брели по лужам, прогибаясь под весом рюкзаков. Рядом не было родителей, что помогли бы донести пакет со сменкой и защитить от хулиганов. Потому что хулиганов, просящих мелочь или сигаретку, уже не было.
Куда подевались они - не знаю. Хотелось спросить о них у хмурого мента, что бредёт по району и хищным взглядом озирает окрестности в поисках зеваки, с которого можно стрясти стольник-другой. Но и милиционеров хмурых днем с огнём было не сыскать. Да и милиционерами их кличили с непривычки, ведь к тому моменту они уже стали полицейскими. А фраза "оборотень в погонах" начинала забываться.
Ещё я помню, как на работе меня попросили подписать какой-то документ. Прочитав название "трудовой договор" я начал думать, что где-то здесь есть подвох. Сейчас никого уже не удивить такими словами, как права сотрудника, трудовой кодекс и прочими диковинными юридическими формулировками. Но если что-то подобное и встречалось на стыке тысячелетий, то непременно лишь чтобы обмануть подписанта и развести его на деньги, имущество или все сразу.
А уж когда зарплату перестали выдавать бумажками, вручив в конверте пластиковую карточку - многих чуть инсульт не схватил. Оказалось, что все это время по стране расставляли банкоматы, через которые можно денежные средства снять. А приходить они стали не когда вздумается работодателю, а в строго определенные дни. Да ещё и обещанной суммой, а не как мы привыкли, по кускам.
С банковской сферой в последние лет десять лучше вообще не зевать. Стоит моргнуть - и в каждом удалённом посёлке стали принимать оплату по карте. Моргнул ещё раз - и бабушка, продающая фрукты, гордо клеит на прилавок наклейку "бесконтактная оплата". И это я молчу про компьютеры, интернет, смартфоны и прочие чудеса, от которых устало открещиваются люди, в зрелом возрасте заставшие 90-е годы.
Я помню всё это, пусть и, признаться, воспоминания начинают оставлять меня. К хорошему привыкнуть легко, да и всегда может быть лучше. Если бы я не решился написать текст, посвящённый дню рождения президента - кто знает, стал бы я ворошить истории из не столь далёкого прошлого?
Но я разворошил. И я помню. Поэтому с праздником вас, Владимир Владимирович! Спасибо за всё.