14-20 января 2010
«Всякое сомнение — начало гибели».
Лев Толстой
Всякое живое дело в любой сфере, особенно в Науке и Политике, требует видения, различения, а сомнение там, где нет видения… Сомнение в науке — это признак замутненности поля познания. Если Гравитация вызывает полет Познания, то сомнение порождает сдерживающую полет Тяжесть. Если ученый к этому приспосабливается, то он неизбежно оказывается в оковах дуализма и становится добычей тех политиков, которые заинтересованы в сохранении мира дуализма. В таком мире политика манипулирует наукой через канал генерации сомнения — ученые становятся функционерами в руках у политиков и получается, что политика диктует науке задачи, а не природа самого Познания.
Из всего того, что написано о науке и о политике, нет главного — нет понимания природы Науки, нет понимания природы Политики, нет видения той онтологической нагрузки, какую несут соответственно Наука и Политика. Это не исключает того, напротив, предполагает, что настоящий ученый, настоящий политик всегда включены в соответствии с природой Науки, в соответствии с природой Политики в ту структуру, которая определена структурой самой Реальности. В эту структуру Монизма включена любая Природная Единица: фотон, атом, птица, звезда, но на Земле только человек все это нарушает и создает мир дуализма, который и является источником трагизма земной цивилизации.
Приступая к раскрытию политических реалий, я не случайно заговорил и о природе науки. Дело в том, что согласно динамической картине мира, обнаруживаемой в свете от стратегии динамизма, Наука и Политика несут сопряженные структуры: соответственно Наука в сфере Сущности Реальности, а Политика в сфере Существования Реальности. Так что главным критерием измерения Политики является ее отношение к Науке.
Не впадая в сциентизм (сциентизм — это от позитивизма), можно заявить о том, что каково состояние Науки, таково и состояние земной цивилизации. А если более конкретизировать, — Наука воплощает Управляемость в структуре естественно-исторического процесса. В мире же дуализма политика подменяет науку и берется за то, что она в принципе не может (как бы она ни кричала «мы можем!») — получается подмена Управляемости на псевдоуправляемость, происходит потеря динамизма и обретение псевдоживучести от эволюционизма…
После такого введения можно вернуться непосредственно к исторической реальности. А здесь есть воля истории и есть эмпирия истории — их следует различать. Как следует различать Мир как Воля и Любовь и мир как игра и конкуренция. Если в первом случае История продолжается согласно природе Ритма, и Воля есть само это продолжение, то во втором случае история неизбежно фальсифицируется в угоду продолжения игры. Поскольку то и другое осуществляется через конкретные «кадры» того и другого мира, то все это во всей остроте обнаруживается прежде всего в политическом измерении как самой истории, так и конкретной исторической единицы и в том числе такой как Россия.
Проявление воли истории по отношению к России состоит в том, что Россия в качестве исторической единицы может состояться только как самостоятельная, а именно как российская цивилизация. В современной наличной России повестку дня определяют такие круги, кто лишен чувствительности к воле истории, чувствительности к российской традиции, но абсолютно послушен к заявкам, заказам господствующего на Земле мира дуализма. И одним из характернейших пунктов из этой повестки становится фальсификация таких политических фигур российской цивилизации как Иван Грозный, Ленин, Сталин.
А между тем это именно те исторические фигуры, политика которых соответствовала исходным задачам российской цивилизации соответствующих периодов, а именно периода российской империи и периода советской цивилизации. Иван Грозный на волне воли истории, осуществляя политику формируемой российской цивилизации, ввел Казань и соответственно татар в качестве ключевых, наряду с Москвой и русскими, структур российской цивилизации.
Другое дело, что татары до сих пор не совсем осознали свою историческую задачу (не случайно татары позволили себя загнать в местечковый суверенитет), а именно: без татар российской цивилизации никогда не было, нет и быть не может. Этого не поняли и сами русские — для них Россия сводится к Руси. Надо сказать, что это обстоятельство даже при условиях благоприятных во всех остальных отношениях несет смертельную опасность для России, угрозу от бомбы замедленного действия небывалой мощности… Этого не понимают авторы «Русского проекта» — они в своем угаре пытаются навязать татарам «русских татар», сводя реальность российской цивилизации (а здесь нет русских татар, а есть россиянин-русский, россиянин-татарин, россиянин-еврей, россиянин-чувашин…) к псевдореальности русской цивилизации.
Так что Ивана Грозного нужно сопоставить не со Сталиным, а с Лениным — они являются исходными политиками в создании соответствующих исторических формообразований российской цивилизации. А Сталина можно сопоставить с такими политиками как Петр I, Екатерина II — они удерживали, расширяли соответствующие исторические формообразования российской цивилизации.
Падение же Российской империи и падение советской цивилизации происходило соответственно при Николае II и Михаиле Горбачеве – политиках, абсолютно неадекватных историческому масштабу России.
Керенский и Ельцин — политики, стоявшие у руля России, потерявшей свое цивилизационное лицо.
Но если в первом случае Россию спас Ленин, запустив механизм Перехода от Российской империи к советской цивилизации, осуществив продолжение российской традиции, то во втором случае осуществилось то, что произошло бы в первом случае, если бы за дело взялся Троцкий (он взялся, но было уже поздно — Сталин не дал ему возможности развернуться) — так что в политическом отношении сопоставимы фигуры Троцкого и Путина. Безусловно, масштаб Троцкого несоизмеримо выше, но они совершали одно и то же дело, к тому же по стилю Троцкий и Путин очень близки: перманентная революция у одного, игра у другого, тот и другой склонны покрасоваться, любят шоу, беспощадны к Творцам и, главное, Россия у них только в риторике, а в делах все наоборот — тот и другой чужды задачам российской цивилизации, они даже ни разу не произносили даже само слово «российская цивилизация». Коммунизм Троцкого — это от позитивизма, от западной цивилизации. Точно так же цивилизованный мир В. Путина — оттуда же. А между тем советская цивилизация — это не от позитивизма, а от ленинизма, в качестве предпосылок которого выступают: русская литература, Герцен — Бакунин — Кропоткин, Фридрих Энгельс.
Пока Дмитрий Медведев в качестве политика не имеет аналогов в российской истории — и это его преимущество. Ему достался штурвал падающего корабля, и у него есть разные варианты правления: состыковаться с другим не так круто падающим кораблем западной цивилизации; состыковаться с совсем полого падающим кораблем китайской цивилизации; попытаться вывести свой корабль из пикирования; по ходу падения основные ресурсы корабля перенести на создание принципиально нового типа корабля на принципиально новых физических основах, т.е. в переводе на политический язык — осуществить Переход от советской цивилизации к новой, а именно: динамической цивилизации. Россия должна показать пример освоения новых структур Реальности — стать очагом Новой Эры на Земле, Эры Динамизма, т.е. спасая себя, создавая динамическую цивилизацию, спасти всю земную цивилизацию. Для этого есть разработанная в ФМЦ-Динамизм стратегия динамизма. Она апробирована на математических и физических структурах. На базе этой же стратегии для решения конкретных политических задач создается партия российской цивилизации (ПРЦ). Единственно, что требуется — финансовая поддержка ФМЦ-Динамизм как национального и мирового достояния.
Эмпирия истории не должна заслонять Волю Истории, как эмпирия жития не должна заслонять масштаб Творца. Например, из-за того, что такие Исходные Поэты как Пушкин или Лермонтов ходили, как все, в туалет, часто оказывались в объятиях различных женщин, позволяли себе дерзости и т.п. (зачастую как протест против неадекватных для них условий) — от этого они не переставали быть Поэтами, от этого не переставало водить их рукой вдохновение — и к ним надо относиться соответствующим образом, дорожить ими, а не убивать.
То же самое в семье: от того что отец бывает груб с членами семьи или бывает пьяным и т.п., от этого не перестает выполнять волю своего рода — и близкие должны относиться к нему именно как к отцу и дорожить им. Важно не потерять онтологическую трезвость, т.е. Житие Воли, Целомудрие Ритма — это относится как к Человеку Конкретному, так и к самой российской цивилизации…
Если вернуться к политической ситуации современной России, то следует сказать, что провозглашенный курс Д. Медведева на ускоренную модернизацию всех сфер жизни невозможно осуществить — такой курс возможен только тогда, когда не потеряно цивилизационное лицо. При условиях падения такой курс неосуществим.
Спасение России возможно только в ритме разрешения ее Исходной Проблемы, а именно в ходе Перехода к новому цивилизационному формообразованию — к динамической цивилизации. Это не задача достижения «более высокой ступени развития цивилизации», это не задача развития, или, что то же самое, это не задача вхождения в цивилизованный мир (он сам пребывает в состоянии перманентного кризиса существования), а задача нового продолжения российской традиции…
В заключение хочу оповестить: внутри ФМЦ-Динамизм для осуществления динамизма политики создана исходная политическая структура динамической цивилизации (ИПС ДЦ). Пока это представляет собой лишь набор в Школу Динамизма в класс для подготовки политиков. Приглашаю тех, кто хочет пройти Школу Динамизма и участвовать в качестве политика в создании динамической цивилизации в России, в заложении Эры Динамизма на Земле.
Фан Валишин
«Звезда Поволжья» №01 14-20 января 2010