Насмешка судьбы (Глава 19)
Мать Марины и Машеньки приехала в Липецк на следующий день, Арсений позвонил ей сразу же после происшествия. Он взвесил все ЗА и ПРОТИВ и решил всё же поставить женщину в известность.
Конечно, очень нелегко оказаться в такой страшной ситуации, когда старшая дочь находится при смерти, а младшая является тому виновницей и сидит в следственном изоляторе.
Вере пришлось взять с собой Олега, ей не с кем было оставить мальчика. За ночь она как будто постарела разом, хотя не так уж много ей было по возрасту, всего-то лет на 12 постарше матери Арсения.
Только в отличии от Елизаветы, работавшей на ниве умственного труда, Вера всю жизнь пахала физически, буквально, как проклятая, стараясь поднять вначале дочек, а потом и внука.
Всю дорогу обеспокоенный мальчик смотрел на неё во все глаза, своим детским умом он понимал, что-то случилось, не зря же мамочка плачет. Вера была для Олега настоящей матерью, только так и не иначе.
Поначалу женщина пыталась объяснить мальчику, что является его бабушкой, но резонный вопрос ребёнка, а где тогда мама, ставил её в тупик. Маша родила сына, когда сама ещё была по сути ребёнком.
Вера взвалила на свои и без того надорванные плечи воспитание внука, при этом она продолжала работать, и, чуть только мальчик подрос, всюду таскала его за собой.
Олег рос на редкость смышлёным парнишкой, судя по всему этим он пошёл в мать, Машенька хорошо училась в школе, жаль ей это мало пригодилось в жизни, разве только филигранно просчитывать многоходовые партии в борьбе по охмурению очередного мужчины.
Арсений встретил тёщу на вокзале и привёз её с ребёнком к себе, не размещать же их в гостинице в самом деле, тем более, что больница, куда увезли Марину, была в трёх шагах от дома.
Врачи не слишком обнадёживали, они лишь повторяли, что состояние пациентки стабильно тяжёлое. Странное конечно словосочетание "стабильно тяжёлое", веет от него чем-то непонятным.
Как узнать, хорошо это или плохо? Пациент скорее жив, чем мёртв или наоборот? Вера слушала, что говорят ей врачи, а сама уносилась своими мыслями в детство девчонок.
Сёстры всё время соперничали между собой, Марина, на правах старшей, качала права, а Маша ни в чём не желала ей уступать. Вера винила во всём себя, ей надо было следить за дочерьми и не допускать, чтобы они росли, как придорожная трава, но тогда им троим пришлось бы жить впроголодь.
Матери девочек даже почесаться было некогда, настолько много она работала. Вера так и прожила на бегу всё то время, что находилась одна, без мужа. К ней ведь и сватались несколько раз, но женщина всем отказывала.
Кому нужны чужие дети? Да и страшно, имея дочерей одну чуть старше другой, тащить чужого мужика в дом. Столько всего ужасного в мире происходит, наслушаешься и поневоле начнёшь подозревать всех и каждого.
Елизавета Андреевна узнала о случившемся только утром и тут же примчалась в дом сына. Вот тогда-то и состоялось её долгожданное знакомство со сватьей.
Как ни странно, но мать невестки оказалась милейшей женщиной. Лизе оставалось лишь только посочувствовать женщине в её горе. Арсений ходил растерянный и не знал, что ему предпринять.
Он нанял жене адвоката, решив повременить с разводом, так сказать отодвинуть на задний план свои желания. Лиза не стала переубеждать сына, уж таким он уродился, всякая подлость претила ему чрезвычайно.
Да, любовь к Маше быстро угасла, но всё же она пока оставалась его женой и Арсений считал своим долгом помочь ей. Дела Машеньки были совсем плохи, ей инкриминировали умышленное причинение вреда здоровью с целью убийства.
Нашлись свидетели из тех, кто слышал, как пререкаются сёстры, стоя у машины в тот злополучный вечер. Оставалась ещё конечно слабая надежда, что Марина в конце концов очнётся и даст другие показания.
Тем временем, Машенька сидела в СИЗО и вспоминала, как всё случилось, вплоть до мелочей и сотни раз подряд задавала себе один и тот же вопрос: Почему Марина, только что маячившая впереди машины, вдруг оказалась сзади? Что она там искала, свою смерть?
Адвокат, которого нанял Арсений, предложил девушке свою линию защиты. Он просил ничего не скрывать от него, мол только тогда он сможет ей помочь.
Машенька ухватилась за его слова, как за спасительную соломинку. Мария слёзно просила адвоката вытащить её из СИЗО под подписку о невыезде и тот уверенно и обнадеживающе отвечал:
- Хорошо, я буду ходатайствовать об этом в суде на первом же заседании. Обычно на такое ходатайство смотрят положительно, если например женщина беременна или на её иждивении есть немощные родственники инвалиды, несовершеннолетние дети.
- У меня есть сын, ему всего 6 лет, этот факт подойдёт?
- Конечно подойдёт, значит так и запишем, малолетний сын, находящийся на иждивении. А где и с кем находится ребёнок? Диктуйте адрес или телефон, чтобы я мог связаться с теми, у кого сейчас мальчик.
- Муж вам всё расскажет, он знает, где найти мою мать, сын Олег живёт вместе с бабушкой.
Так Арсений узнал, что оказывается шестилетний Олег это родной сын Машеньки. Всё это время она бессовестно врала ему, озвучивая совершенно чужие революционные идеи о бесполезности деторождения, выдавая их за свои.
Сказать, что парень был потрясён, значит ничего не сказать, Елизавета Андреевна была шокирована этим известием не меньше его. Ещё бы, Маше удалось облапошить Арсения, заставить его добровольно пройти через вазэктомию, а потом женить на себе.
Что это за мега-мозг такой? Нагромождения чудовищной лжи потрясали своими масштабами. И как только таких, как Машенька, земля носит? Взять и бросить своего малолетнего ребёнка собственной матери, а самой заниматься устройством личной жизни.
Вера не стала отрицать очевидного факта, как бы ей не хотелось обратного, но Олежка и впрямь был единственным, кто мог помочь Машеньке выйти из СИЗО и получить меньший срок, может быть даже условный.
Пошла вторая неделя с тех пор, как произошёл наезд Машеньки на сестру, но Марина пока так и не пришла в себя. Арсений помог Вере снять однокомнатную квартиру неподалёку от больницы, а сам подал на развод.
Он сделал всё возможное, чтобы помочь, теперь можно было со спокойной совестью умывать руки. Лиза долго разговаривала с сыном и пыталась выведать, не хочет ли он вернуть всё на свои места. Мать горячо убеждала Арсения, но он был непреклонен:
- Нет, теперь я тем более не хочу детей. Не дай Бог родится такая вот, прости Господи, Машенька, мне тогда будет проще удавиться.
В этот период Виталию тоже было нелегко. Он приехал к любимой женщине и думал, что все оставшиеся дни своего отпуска проведёт вместе с ней, но не тут-то было. Проблемы не хотели отпускать Лизу, а росли, как снежный ком, прямо на глазах.
Не зря говорят: "Маленькие детки- маленькие бедки, большие детки - большие бедки. Настоящая мать переживает проблемы взрослых детей, как свои. До любви ли женщине, когда её ребёнок страдает?
Продолжение тут
Начало
