В 1964 году я пошла в первый класс в сельскую школу станции Дивья Добрянского района.
Белый фартук, цветы, линейка и класс сорок человек.
Но до школы, чтобы добраться надо было пройти 3км. Разбитые деревянные тротуары и стадо гусей, которые заполняли улицы поселка. Школа представляла собой старое одноэтажное здание с холодным туалетом.
За час до занятий я выходила из дома, чтобы успеть на урок.
Однажды я провалилась в грязную лужу и начерпала воды в сапоги.
Дойдя до школы, я опоздала на первый урок, но меня впустили.
Когда я села за парту, я решила, что мне надо переодеть мокрые чулки наизнанку.
Понятно, что учеба в этот день превратилась в ад.
Но это меня не пугало. Отопление было печное: огромная печь в углу класса, вокруг нее мы играли в прятки.
В школе работал буфет, куда после звонка спешили толпой первоклассники, давя друг друга, чтобы успеть купить пирожок за 7 копеек и чай за 2 копейки. На обед я получала 10 копеек. Кто-то и голодным оставался.
Начался урок чистописания: я писала ручкой с пером и макала в чернильницу, которая в углублении стояла на парте. У меня в тетради были двойки за грязь. А если кто-то подтолкнет, то и клякса получалась.
Когда я возвращалась домой, то портфель и его содержимое сушилось возле печки. Так происходило всю осень. Меня ругали за двойки, но я не воспринимала критику. Я не могла понять вначале, что двойка это плохая оценка.
Моя первая учительница Ольга Васильевна – добрейшей души человек, спросила на первом уроке: - Кто умеет читать? -
Из сорока человек только двое подняли руки. Этот факт задел мое самолюбие, и я очень бегло начала читать в 3 четверти. Книг в доме не было, а желание было огромным.
И тогда мама меня усаживала на табуретку возле печи, и я читала ей техническую литературу, чтобы ей сдать экзамены по технике безопасности.
Она работала на железной дороге дежурной по станции.
И вдруг в декабре мама мне объявляет: - Ты будешь учиться в новой современной школе -.
А это уже другая история.