Два часа плывешь из Казани по Волге – всё знакомые сердцу пейзажи: утесы, лес, промелькнет поселок, сверкнут маковки церквей, и снова лес, всколыхнут берег гирляндой дачные домики, и опять лес, опять утесы. И вдруг открывается взору град. Незнакомый и дивный, с какой-то затейливой каменной геометрией, с каким-то даже для Татарстана странным сочетанием крестов и минаретов. Теплоход замедляет ход, мы прибываем в Болгар – город, который не раз разрушался и, словно птица Феникс, каждый раз восставал из пепла. Город, который в 2014 году включили в список объектов Всемирного наследия ЮНЕСКО.
Текст: Марина Ярдаева, фото: Максим Богодвид/РИА НОВОСТИ
У пристани уже стоят автобусы и, конечно, атакуют народ бойкие таксисты. Отмахнуться от частников сложно: цены на трансфер божеские, а бонусом идет что-то вроде экскурсионного сопровождения с поправкой на поселковый фольклор – заманчиво же! За пять минут водитель дядя Юра успевает нам рассказать про местных верблюдов, хранящийся в заповеднике самый большой Коран, Александра Македонского и вождя гуннов. «Волга – это Итиль. Атилла значит человек с Волги, – объясняет таксист, ссылаясь для солидности на «Википедию». – Да про это не только в Интернете есть, в музее об этом целая экспозиция». Меня больше интересует Волжская Булгария Х–XIIвеков и последующий золотоордынский период. Дядя Юра довольно кивает и, уже маневрируя на парковке, второпях рассказывает о героическом отражении булгарами монголов в начале XIIIвека. Рассказывает в красках. Как очевидец.
ДВЕ КОНЦЕПЦИИ
В центре Болгарского городища аляповато и громко. По одну сторону торговые ряды с платками, тюбетейками и чак-чаком, по другую – из экскурсионных автобусов высыпают организованные туристы. Впереди замысловатый каменный шестигранник, увенчанный золотым куполом с полумесяцем, именуемый здесь Памятным знаком в честь принятия ислама волжскими булгарами. В эту сторону один из гидов уже ведет своих подопечных. До меня доносится, что, по одной из легенд, ислам булгары приняли еще в VIIвеке, причем сразу от пророка Мухаммеда. Я удивилась бы, если б не подготовилась. Я знаю, что совсем недавно в Татарстане вышла книга «Булгарская цивилизация на Волге», в которой собраны самые невероятные мифы. Например, помимо ранней исламизации Нижнего Поволжья пересказывается там легенда и о том, что булгары – потомки Александра Македонского. Один из авторов сего труда, археолог Фаяз Хузин, известен тем, что нашел в Казанском кремле чешскую монету князя Вацлава… подобных которой нет в самой Чехии. В среде татарской интеллигенции отношение к книге неоднозначное, она считается крайним выражением так называемого булгаризма.
Булгаризм – концепция, согласно которой определяющими в истории татарского народа были периоды независимого существования Волжской Булгарии. Но поскольку периоды эти были довольно кратковременными, слишком велик соблазн порой их искусственно расширить. В ход идут натяжки то тут, то там: и религию обрели раньше соседей, а с ней и большую самостоятельность, и с князьями русскими не воевали, а только бранились по временам из-за сущих пустяков, и от монголов отбивались до последнего. В противовес этой идеологии существует и другая – именуемая татаризмом. Татаристы считают, что наивысшего расцвета их край достиг в составе Золотой Орды и что Казань, прямая наследница Улуса Джучи, совсем не зря с Москвы дань брала. Обе эти концепции не раз сменяли друг друга в истории Татарстана, сейчас как будто бы наблюдается перевес в пользу булгаризма – он более безобиден, татаристов объявляют чуть ли не маргиналами. Это политика, конечно, касаться ее не хотелось бы вовсе, но в Болгаре совсем отстраниться от нее не получается.
БУЛГАРИЯ И РУСЬ
Главный музей Болгара тоже имеет весьма смелое название – «Музей болгарской цивилизации». От такого масштаба немножко не по себе, но внутри выдыхаешь: видно, что основатели музея старались соблюсти в экспозициях какой-никакой баланс и не злоупотреблять легендами в ущерб историческим фактам. Противоречия, конечно, есть, но они есть в самой истории, благо подается все со спасительными формулировками типа «вероятно», «возможно», «по одной из версий».
Итак, какова же история Болгара и Волжской Булгарии? Начало туманное, как утро на Волге. Жил-был хан Кубрат, то ли византийский патриций при императоре Ираклии, то ли вассал правителей Тюркского каганата, а то ли и то и другое вместе. Около 632 года отвоевал он для своих племен независимость и образовал в Приазовье и Западном Предкавказье Великую Болгарию, которой завещал мудро править своим сыновьям. Старший сын, Батбаян, взял себе центральную часть отцовских владений и вскоре потерял их в битвах с хазарами. Брат его, Аспарух, получив в наследство западную часть Великой Болгарии, пошел на Дунай и создал государство, ставшее началом современной Болгарии. А вот еще один сын Кубрата, Котраг, двинул со своими людьми на восток, к Волге. Дальше все как-то расплывчато: булгары шли долго, в пути смешивались с другими племенами (и финно-угорскими, и тюркскими), не ясно только, как совсем не рассеялись, а к концу IX века вдруг образовали Волжскую Булгарию. Государство это, правда, почти сразу впало в зависимость от Хазарского каганата.
Первой попыткой освобождения от хазар и стало принятие в 922 году булгарами ислама. Их правитель Алмуш рассчитывал таким образом обрести покровительство Багдадского халифата. Событие это отражено в воспоминаниях секретаря багдадского посольства Ахмада ибн Фадлана. В фильме «Древний Булгар», вышедшем при поддержке Министерства культуры Республики Татарстан, говорится, что в это время в городе была построена первая деревянная мечеть. Однако археологических подтверждений этому нет.
Вообще, по результатам раскопок удалось установить, что в X–XI веках Болгар занимал площадь не более 12 гектаров. В этом смысле поселение сильно уступало другому средневековому городу Волжской Булгарии – Биляру. Некоторые исследователи считают, что именно Биляр и был изначально столицей, что именно там состоялось принятие ислама (в Биляре остатки древней мечети датируются как раз серединой X века. – Прим. авт.), а Булгар имел значение только как речной порт и экономический центр – здесь размещался знаменитый торгово-ремесленный комплекс Ага-Базар.
Археологические изыскания позволяют говорить о том, что в Болгаре были развиты ювелирное искусство, металлообработка, гончарное и кожевенное ремесла. Подтверждают это, впрочем, не только археологические находки, но и русские летописи. Здесь особенно любят цитировать отрывок Лаврентьевской летописи, повествующий о походе на Волжскую Булгарию князя Владимира. «В год 6493 (985) пошел Владимир на болгар в ладьях с дядею своим Добрынею <…> и победил болгар. Сказал Добрыня Владимиру: «Осмотрел пленных колодников: все они в сапогах. Этим дани нам не давать – пойдем поищем себе лапотников. И заключил Владимир мир с болгарами».
Существует предположение, что мир с булгарами помимо прочего был скреплен еще и женитьбой русского князя на местной княжне. Якобы первые русские святые, Борис и Глеб, родились вовсе не от византийской царевны Анны, а от оставшейся безымянной в истории знатной булгарки. Версия эта, однако, идет вразрез с тем фактом, что проводящий религиозную реформу Владимир в итоге склонился все же к христианству, а вот от предложения булгар принять ислам князь Киевский отказался. Как бы то ни было, но мир с булгарами оставался прочным, а торговый путь на Волге – свободным и безопасным довольно долгое время.
Столкновения русских и булгар возобновились только в конце XI века и поначалу носили локальный характер: булгары предпринимали набеги на Муром и Суздаль, русские нападения отражали. В 1120 году на Болгар нападал Юрий Долгорукий «и взя полон мног». А в 1164 и 1171 годах тоже с отнюдь не дружескими визитами посещал Булгарию Андрей Боголюбский. В первом, победном походе погиб сын князя Изяслав (в память об этом построена церковь Покрова на Нерли. – Прим. авт.), во втором походе, менее удачном, участвовал другой сын Андрея Боголюбского, Мстислав – он с войском взял шесть сел, но потом, когда булгары собрали шеститысячную рать, отступил. В 1183 году осаждал столицу Волжской Булгарии Всеволод Большое Гнездо. Большим ударом для булгар стал натиск сводных русских полков в 1220 году. После разгрома булгары трижды отправляли своих послов к русским князьям просить о мире – им нужен был надежный тыл на западных границах. С востока надвигались монголы.
ЗОЛОТАЯ ОРДА
Чингисхан повернул на Булгарию в 1223 году, уже после того, как разбил объединенное русско-половецкое войско на Калке. Булгары подготовились и в результате не просто отбили атаку, а сильно ослабили монголов перед запланированным ими нападением на Европу. В следующий раз они сунулись на запад только через шесть лет. Болгар также выстоял и в 1229-м, тогда монголы разбили только пограничный отряд Волжской Булгарии на Яике. В 1232-м монголы заняли юг поволжского государства, а еще через четыре года разрушили-таки столицу. С 1239 года Болгар – военная ставка Золотой Орды.
Удивительно, но именно с этого времени в Болгаре начинается масштабное каменное строительство. Удивительно, потому что архитектурный рассвет едва ли обусловлен культурным влиянием Орды. Одной из первых в середине XIII века при исповедовавших тенгрианство монголах (ислам они примут намного позже) в городе строят Соборную мечеть. Сегодня Большой минарет этой мечети возвышается в самом центре музея-заповедника, он был отреставрирован еще по приказу Петра I. Рядом – восстановленный фундамент главного храма, часть колонн и стен, руины которых законсервировали еще в 60-х годах ХХ века. Издали, с реки, ансамбль похож на детское песочное творчество – все кажется таким же хрупким, легким и незатейливым.
Напротив главного входа в мечеть находится Северный мавзолей – небольшое приземистое здание из серого камня, напоминающее своим обликом, скорее, небольшой шатер или маленький планетарий. Мавзолей построен уже в первой трети XIV века, но сегодня в нем собрана коллекция более ранних надгробных стел. Они интересны тем, что датированы самими древними булгарами и на арабском и булгарском языках передают сведения о почивших. Самая ранняя стела относится к 1271 году. Прочитать эпитафии не всегда легко, но вот как удалось расшифровать надпись на могильном камне 1291 года: «Этот сад госпожи непорочной, благочестивой, соблюдавшей посты, заботливой, щедрой, целомудренной… Сабар-илчи, дочери Бураш-бека…»
Руины Соборной мечети, пожалуй, самое людное место в заповеднике. Они притягивают паломников со всего Татарстана. Праздные путешественники не выдерживают тесноты и гомона и спешат на отдых в Ханский дворец. От него тоже остались только развалины, но они укрыты от палящего солнца огромным навесом. Дети тут резво скачут по остаткам фундамента, а взрослые, ничуть не интересуясь найденной здесь коллекцией монет Батыя, переводят дух в тени на скамейках. Думается, финал закономерный. Сегодня архитектурное наследие завоевателей Булгарии и Руси едва ли способно конкурировать даже с обычным пейзажем. Впрочем, открывающиеся отсюда виды на Волгу вряд ли можно назвать обычными: река здесь предстает во всей красе, со всеми своими извивами и разливами, в праздничном уборе береговых холмов.
После передышки туристы обычно отправляются к Восточному мавзолею и к Восточной палате (она же баня). От бани остались лишь следы дубовых свай да осколки водопроводных труб. При этом под слоем XII–XIII веков тут был обнаружен довольно богатый слой раннего, домонгольского периода. А вот мавзолей, возведенный позднее, интересен тем, что в начале XVIII века был перестроен в небольшую христианскую церковь. Первоначальный облик вернулся к нему лишь в 1968 году.
Дальше плотность архитектурного наследия снижается, уступая место красотам природы: все меньше экскурсионных указателей и стендов, совсем исчезают торговые палатки, все шире поляны, заросшие куриной слепотой, мышиным горошком и вереском, все пышнее кроны деревьев и громче поют птицы. Тут в окружении буйной поросли прячется Черная палата – здание то ли средневекового судилища, то ли медресе, то ли ханаки для странствующих дервишей.
Откуда такое мрачное название? Есть легенда. В конце XIV века, во время нападения на Болгар Аксак-Тимура (Тамерлана), в палате укрылся с семьей и приближенными правящий тогда городом хан Абдуллах. Завоеватели обложили здание деревом и подожгли. Когда дым рассеялся, на крыше вдруг показалась, точно видение, красавица в белом. То была дочь погибшего хана. Прельстился Тимур красой неземной и захотел взять деву в жены, но она, конечно же, героически от сей позорной участи отреклась. Враг взял ее шантажом: пригрозил жестоко казнить у нее на глазах всех ее братьев. Девушка согласилась на жертву в обмен на свободу родных. Не подозревающий ничего Тимур даже отдал неприятелям лучших своих коней. Вот только сразу после того, как всадники скрылись, оставив после себя лишь облако пыли, девушка бросилась на догорающие стропила. С тех пор, говорят, палата на века осталась закопченной.
Впрочем, есть и более прозаическое объяснение вымазанных сажей стен: в середине XIX века в палате была устроена коптильня. Только в 70-х годах позапрошлого столетия памятник перестали использовать не по назначению: ученые Казанского университета инициировали открытие здесь Музея древностей.
Отсюда извилистая тропка ведет к Малому минарету, построенному уже после очередного разрушения Болгара, в 1361 году, в результате выяснения отношений золотоордынских ханов друг с другом. Минарет установлен на месте кладбища булгарской знати и воинов – может быть, оттого он выглядит таким молчаливо-скорбным. Вокруг, кажется, и сама природа притихла. Сегодня скучающий путешественник может заглянуть внутрь и подняться по винтовой лестнице, ощутить себя жителем средневекового города, опасающимся новых набегов – вероятно, минарет использовался не только для призывов к молитве, но и как сторожевая башня. Сейчас картины тут открываются исключительно мирные: широкая, исполненная молчаливого достоинства Волга и обширные, щедро залитые фиолетово-желтым луга.
За лугами, за верстами этого многоцветья начинается история нового Болгара. Города с новыми, лубочными музеями, с новыми развлечениями вроде катания на верблюдах, с новой великолепной Белой мечетью, именуемой здесь не иначе как татарстанским Тадж-Махалом.
БОЛГАР И РУССКИЕ ИМПЕРАТОРЫ
Но как завершилась история средневекового города? Чем успокоилось сердце Волжской Булгарии? После разрушения города Тамерланом он вновь был восстановлен. Но в 1431 году Болгар разрушило войско Василия II под командованием воеводы Федора Пестрого, князя Палецкого. С тех пор сами булгары столицу не восстанавливали, окончательно переместив центр культурной и политической жизни в Казань, куда многие жители ушли еще в середине XIII века – подальше и от щедрот, и от ярости монгольских ханов.
К концу XIVстолетия Орда совсем ослабла, погрязнув в междоусобицах – только с 1359 по 1380 год в Улусе Джучи сменилось 25 ханов. Казанская знать, насколько могла, старалась использовать такое положение для обретения независимости, хотя Казанское ханство и после распада Орды контролировалось потомками монгольской династии вплоть до 1552 года, то есть до взятия Казани Иваном Грозным.
Однако вернемся в Болгар. После вхождения в состав России хоть и не сразу, но началась новая история города. В XVIIвеке здесь закладывается начало православного Успенского монастыря – того самого белокаменного храма, который сегодня соседствует с руинами Соборной мечети и в котором теперь размещена часть экспозиции музея, посвященная христианской истории края. А история эта глубока.
Судя по найденным во время раскопок артефактам, христиане жили на территории городища еще в XIIвеке. Именно этим периодом датируются некоторые крохотные иконки и крестики из коллекции музея. Находки обнаружены на армянском кладбище близ не дошедшей до наших дней Греческой палаты. Там же еще при Петре I, очень интересовавшемся археологическими изысканиями в Болгаре, были найдены могильные плиты с эпитафиями на армянском и арабском языках. Именно по приказу Петра Великого более 50 эпитафий было скопировано и переведено на русский. Сама палата, являвшаяся, скорее всего, церковью, была возведена армянской общиной в XIV веке, что тоже не может не удивлять, учитывая, кто контролировал в это время Болгар. Получается, современные ученые-булгаристы не так уж не правы, когда говорят, что монгольское влияние на жизнь в многонациональном городе, где мирно жили болгары, сувары, русские, армяне и даже греки, не было тотальным.
Но куда более странно другое. Если терпимость к различным вероисповеданиям со стороны монгольских ханов еще можно объяснить (в Золотой Орде даже среди членов правящих семей встречались исповедовавшие христианство. – Прим. авт.), то невключение территории, на которой находилась Греческая палата, в состав музея-заповедника и отсутствие какой бы то ни было туристической навигации, связанной с объектом, объяснить сложно. Все-таки Болгар восстанавливался татарским фондом «Возрождение» как памятник общей истории народов России, а тут вдруг такое невнимание к братьям-армянам и ранним христианским следам. Куда мудрее поступила в свое время Екатерина II, посетившая Болгар в 1767 году и отнесшаяся с уважением и к мусульманским памятникам, и к религиозным службам. Позже она писала Вольтеру, что запретила притеснять местных татар, поскольку у них с христианами общего гораздо больше, чем считали раньше.
Что ж, может, еще не всему настало время в новом Болгаре. Город-музей активно восстанавливается последние десять лет, и возрождение его не закончено. Быть может, тут и в самом деле еще и до Александра Македонского докопают. А пока каждый волен свободно интерпретировать то наследие, которое уже представлено. Благо история здесь достаточно богата, чтобы не обидеть никого.