Мне шел тридцать четвертый год и в тот день, за окном, снова поливало. Сильные порывы ветра угрожали сорвать арматуру со стройки напротив моего дома. Я стоял и смотрел на беснующуюся природу и чувствовал, как в моей груди рождался тот самый страх, который заставлял первобытных людей прятаться в пещерах и молиться своим богам, если, конечно, тогда они у них уже существовали. В моей квартире царила абсолютная тишина, и лишь дробь дождя по окнам нарушала ее.
События уходящего года оставили на душе моей и сердце моем глубокий шрам, который не способно залечить само время. Каждый день я возвращаюсь к этим воспоминаниям, в надежде вернуть упущенное время и что-либо исправить. Но какой в этом толк? Я все больше начинаю вспоминать…
В тот день солнечная благодать озарила наш мир, ну или наш маленький городок, и мы с Кирюхой вышли из дома купаться в лучах солнца. Он был по годам резвый и неугомонный, катил на своем самокате вперед, иногда оборачиваясь на меня. Мимо шли прохожие, улыбаясь сыну в след. В основном, это были бабушки, которые, как это и должно быть, любили маленьких сорванцов. Иногда они его ласково журили за то, что быстро несется на своем самокате и грозит сбить прохожих, ну или за то, что просто далеко уехал от меня – родителя. Не спеша мы дошли с ним до парка, перед этим забежав в магазин за хлебом для уточек. Дойдя в самую глубь мы, наконец, наткнулись на прудик, где плавали эти пернатые. Мы спустились к самой кромке воды, я оценил на глаз глубину и понял, что берег мелкий, а значит безопасно. Я сел на землю и показал Кирюше, как отщипывать хлеб и кидать уткам. Он быстро разобрался и дальше мне оставалось следить, чтобы все было в порядке. Он весело визжал и крякал подстать уткам, а я жмурился от слепящего солнца и верил, что это самый счастливый день в моей жизни. Верил до момента, пока Кирилл не заигрался и не забрел в воду по щиколотки. И это в обуви! Я резко подорвался, но было поздно, он поскользнулся на скользком иле и рухнул в воду, отчаянно гребя руками. Не помня себя и как вообще это произошло я два раза промахнулся, ловя его в воде за шиворот. Время остановилось…
Вот он сползает по дну вниз из-за панически мельтешащих рук и ног, а я пытаюсь его догнать вброд, потому что мне ниже колена, а он, лежа, ушел с головой. Я тяну руки и безмолвно кричу на весь парк, прошу о помощи, гребу руками в мутной воде, попутно собирая водоросли. И никто не спешит на помощь...Мимо начинают мелькать деревья, поля, дома, страны…
Истошный вопль вырывает меня назад и я, тряхнув головой, оказался на берегу, где мой сын, мокрый по пояс, хнычет, что хочет домой. Что я тогда пережил не пожелаю никому. Но, все также светит солнце и плавают рядом утки, ища пропитание. Я щурился от яркого света и пытался понять, что к чему. Кирюха дергал меня за рукав и еще раз попросился домой. Ужас сковал мое сердце, и я подумал "Что было бы, если бы я и вправду сейчас куда-то исчез, оставив сына?"
Но то, что произошло немногим позже, разрушило мою жизнь окончательно. Все еще стоя на кухне я погружался глубже в воспоминания. С тех событий прошел ровно год....
