Созерцание золотого сияния нарушил скрип дверей и на пороге появился Панкрат. Он буднично кивнул домовому и собирался спуститься с крыльца, как до него дошло, что Тимофей-то не один! Панкрат ошарашенно смотрел на парня, а тот отвесил поклон и для пущей важности кашлянул в кулак:
- Доброе вам утро!
- И тебе не хворать! - Панкрат с годами стал не особо доверчив и открыт.
Оно и понятно - кузня - дело сурьёзное, метал да огонь суровость прививают. С чужаками на откровенность Панкрат и сызмальства не был горазд, ну а с годами, обзаведясь семьёй, и вовсе стал насторожен.
Не то чтобы парень ему не нравился... Да и беде его Панкрат посочувствовал. Но вот что-то не давало Панкрату покоя, где-то под сердцем слышалось сухое шероховатое эхо, словно гравий трётся друг о дружку. Так всегда бывало у него перед какой-нибудь большой неприятностью. Варлам, при случайном разговоре сказал, что это, должно быть, ревность отцовская в нём заговорила, мол не хочет Панкрат признавать, что дочка может вскоре замуж выйти... Но Панкрат точно знал, что это решительно не так. Соткудова ей взяться, ревности-то? Он и сам был бы рад, ежели бы дочка замуж вышла, да внуками порадовала... Тут что-то не так, а вот что - не ведомо. Но с того дня, как на их подворье появился этот парень, сердце стало перемалывать гравий и сухо, то-ли шуршать, то-ли скрипеть.
- Чего вам не спится-то?
- Запамятовал что-ли? Мне сегодня ещё к брату наведаться надоть. Вот сейчас свою работу справлю и в путь. А болезный, кажись, належался. Вона, работу себе ищет. Взял бы ты его с собою, а! - Тимофей посмотрел на Панкрата преданными глазами, ровно как щенок голодный на хозяйскую тарелку.
- Сам знаю, что мне делать! - отмахнулся было Панкрат, но парень оказался не промах, смекнул, что за общим-то делом мосты быстрее наводятся.
- А и то верно! Возьмите меня с собою! Чего ж мне теперь, от скуки помереть, раз от ран не помер?
- Да возьми ты его, Христа ради! - Не слышно за спиной мужа показалась Вера. - Коли охота ему пришла к делу приложиться, пусть уж лучше при тебе будет. - Она со значением глянула на мужа. Панкрат уловил её этот взгляд и понял, что жена, как всегда, права.
- Ладно, паря. Завтракать и собираться! Мать, накрывай на стол!
- Так уж готово всё, отец. - Вера просияла своей улыбкой.
Солнце уже выровнялось над косогором, когда Тимофей закончил дела в доме. Вера ушла в поле вслед за тем, как мужчины отправились в кузню.Так что, домовой справлял свои дела в одиночку, обстоятельно и очень усердно. Теперь пришло время чаю испить. Как раз к тому времени и Агата с речки воротилась, где на зорьке она лён белила.
- Это ты поспособствовал тому, чтоб Павла в кузню пристроить? - Агата села за стол напротив домового.
- Я! Он сам работу искал, так отчего бы не помочь?
- Вот скажи: есть у тебя сердце? Больного человека на такую тяжеленную работу загнать! Чем ты думал?
- Уймись! Я не к чужому человеку его отправил, а к батюшке твоему! Нешто он зверь лютый, чтоб измываться над больным? Небоись, ни чего не станется с твоим Павлом! Сама скумекай: быстрее сойдутся, тебе же - польза!
Девушке считанные секунды понадобились, чтоб оценить сказанное.
- А и то верно! Какой же ты у меня хитрющий! - с этими словами она кинулась к Тимофею, обнимать и целовать старика.
- Как же! Это не я, это мать твоя надоумила. Видит ведь она, что отец твой к нему суров. Вот и решила она их пообтереть на работах. - Честно признался домовой.
- Ну и пусть мать... А ты все равно - молодец! - Агата весело смеялась, кружа по комнате.
- Ты потише! А то посуду побьёшь! - Улыбался ей Тимофей. - А знаешь, он ведь из наших будет...
От этих его слов Агата остановилась и встала, как вкопанная.
Сказки Тимофея Савича
Глава 64
Продолжение
Рудана
Веренея на ЛитРес