В этом посте не будет иллюстрирующих фотографий из эстетических соображений.
Современная городская скульптура провинциальных городов зрелище удручающее. И мне уже несколько лет интересно, почему так. Я даже пыталась с подойти к отдельным объектам с мерками формально-стилистического анализа, но он не работает в современном искусстве, хотя именно это очень подробное вдумчивое всматривание открыло мне некоторые невидимые при первом рассмотрении связи.
Новая парадигма - посмотреть на феномен псевдореализма (простите мне вольный подбор дефиниции) с позиции аксиологического подхода. Совремнная скульптура сибирской провинции - это именно то, что отражает ценности современного общества.
Искусство отражает и выражает систему ценностей общества, в котором и для которого оно создается. Суть ценностного подхода в том, чтобы через анализ системы ценностей заказчика/художника/зрителя найти ключи к пониманию художественного произведения. Современная культура России, основанная на традиционных ценностях и закрепленной в новой редакции конституции идеей наследия славного советского прошлого, выбирает в качестве отражения своей системы ценностей некие образы, призванные продолжить эстетику соцреализма, но без соответствующей идеологической нагрузки о светлом будущем, коммунизме. Соцреализм - волшебная сказка о светлом будущем, требующая невероятной реалистичности для максимальной убедительности. Отсутствие мощной идеи на уровне содержания приводит и к провалам на уровне формального воплощения. Иными словами, это не художники разучились мыслить и делать эпически, в этом просто нет необходимости. Как в средние века, когда скульптура перестала быть реалистичной - это не художники разучились делать с натуры, это было требованием заказчика. А что у нас с заказчиком? Заказчиком городской скульптуры в провинции является администрация разных уровней этих самых провинциальных городов и поселков. А что там с системой ценностей провинциальных администраций? “Закон, что дышло, но как бы чего не вышло”. Современная скульптура, характеризующаяся сложными формами, концептуальной нагрузкой, часто вызывает споры среди горожан по поводу формы и содержания. Провинциальная публика в массе своей не приемлет непривычные глазу средства выразительности, злится, если замысел художника не читается с первого взгляда. Подобные реакции и яркие выступления противников, или защитников современного искусства, сродни народным волнениям, которых так боится любая провинциальная администрация.
Такой конфликт интересов консервативного и новаторского напоминает историю становления социалистического реализма и краха авангардного искусства в России начала века. Авангард был непонятен широким народным массам молодого советского государства, а соцреализм отличался ясностью языка и убедительностью образа. Выбор был очевиден. Для провинции выбор очевиден и сейчас. Городская скульптура появляется на улицах без обсуждения с горожанами; это не открытые конкурсы, а скорее договоры подряда по благоустройству улиц, парков, площадей, и требования к ним такие же как и к другим элементам урбанистической среды: скамейкам, урнам, бордюрам, фонарям и светофорам. Здесь на первом месте функционализм и декоративность: дырку в асфальте загораживать. Такие скульптуры не вызывают особой любви горожан, к ним привыкают, с ними смиряются, фотографируются. Часто восторг по поводу новой скульптуры связан с контекстом места: сделали ремонт, “окультурили” и на контрасте это выглядит проявлением любви к “произведению искусства”.
Восприятие подобной скульптуры характеризуется двойственным ощущением: вроде бы все хорошо, но что-то не так. Дьявол в деталях, которые мы вряд ли будем разглядывать в скульптуре, не вызывающей никакого отклика. Но мы попробуем. В монументальной скульптуре таких деталей слишком много, а в малых формах городской скульптуры они несут противоречивую информацию, это и вызывает диссонанс и раздражение. Современной монументальной скульптуре провинции не хватает монументальности: множество мелких и якобы значимых деталей дробят форму, лишая ее лаконичной выразительности, а смысл теряет свою эпическую значимость, даже там, где этому способствует тема. Проникновение мелких деталей в монументальные произведения в принципе характерно для современной скульптуры, это дает возможность еще одного смыслового плана: общий вид для первого впечатления, много мелких нюансов при близком рассмотрении. Но зачастую художники не справляются с подобной многослойностью, в итоге мы не можем разглядеть ничего издали, но и поближе посмотреть не получается из-за затрудненного доступа - дань советской традиции - постаменты, отделяющие монументы от зрителя, подчеркивающие величие идеи.
Малые формы городской скульптуры современной провинции - это счастливые дети, сказочные и киногерои, известные горожане, аллегории позитивных состояний (детство, юность, любовь, дружба) характеризующиеся псевдореалистичным способом презентации и выполняющие декоративную функцию. В современной культуре нет единой мощной идеологии, не получается волшебной сказки, для убедительности которой так важен реализм, отсюда псевдореалистическое изображение: будто в случайном порядке нивелируются одни детали и акцентируются другие, поскольку нет внятного содержательного посыла, сильной идеологии, убедительной истории, формальные средства выразительности существуют будто обособленно. Счастливые существа непонятного возраста в детской одежде с подрастковыми телами, анахронизмы в одежде, когда смешиваются традиционный деревенский и современный городской стили, увлеченность портретным сходством и смазанность анатомической верности. Все это не настолько важно, чтобы захватить наше внимание, но достаточно, чтобы осталось впечатление фальши.
Получается, что отсутствие внятной системы ценностей, приводит к отсутствию смыслов, а художественная форма без содержания превращается в бронзовый симулякр, коих достаточно много на улицах провинциальных городов.