(За окном глубока ночь. Я даже не заметила как это произошло. Мы сидим с Наташкой у неё дома и болтаем о разном).
- Ой, Натуль, засиделась я у тебя. Мне ж домой пора. Завтра рано утром на работу.
(Иду в коридор одеваться. Наташа смотрит на время, потом в окно).
- Как же ты пойдешь в такую темень. Людей даже нет. В такое время на улице одни наркоманы и насильники ходят.
- И что ты предлагаешь?
- Позвони Пашке, пусть проводит тебя.
- Ты что? Пашка сегодня на ночном дежурстве.
- И что делать? Женька, я боюсь за тебя.
- Да что там, я быстрым шагом дойду как-нибудь. Всего-то на всего пятьсот метров до дома.
- Ты знаешь, люди мусор выносят и пропадают. У тут всё-таки полкилометра темными дворами и ещё через сквер. Возьми-ка что-нибудь для самообороны.
- Что ты предлагаешь?
- Нож.
(Берёт со стола нож и протягивает мне).
- Нож? Кухонный?
- Да, к сожалению, другого нет.
- И как я его понесу?
- Не знаю. Просто неси и всё.
- Ну, предположим. Я его несу в руках. Вот ко мне начинает приставать маньяк. Я начинаю тыкать этим ножом в него. И вот фиаско!
- Какое ещё фиаско?
- Да, Натуль, фиаско. Я же буду тыкать хаотично. Значит, могу попасть в кость, а не в мясо. Следовательно, от удара в кость нож может погнуться или сломаться. Преступник разозлится ещё больше. И всё. Я жертва. И вдобавок заколет меня твоим же ножом. И что самое страшное, что нож то действительно твой. А значит, когда будут осматривать моё тело и вещественные доказательства, всё будет указывать на тебя. А я не хочу, чтобы по моей неосторожности посадили в тюрьму мою лучшую подругу.
(Наташа вырывает у меня из рук нож, кладёт обратно на стол. Затем направляется в коридор. Выдвигает ящик из тумбочки, роется в нём).
- Наташ, ты что-то ищешь?
- Да. Я ищу молоток. С ним ты не промахнёшься. Одним ударом отобьёшься.
- Да ладно. Давай бросим затею эту с самообороной.
- Какое ладно, я потом себя не прощу, если по дороге от меня с тобой что-нибудь произойдет. (Вытаскивает молоток, рукоятка которого обмотана какой-то синей изолентой). Вот, держи.
(Я одеваюсь, обуваюсь. Беру молоток в руки и прощаюсь с Наташкой. Выхожу из подъезда. Осматриваюсь по сторонам. На улице ни души. Я спокойным шагом направляюсь в сторону своего дома, слегка размахивая молотком. Через метров сто вижу, как мне на встречу двигаются две мужские тени. Я крепче сжимаю в руках молоток и увеличиваю амплитуду размахивания. Шаг за шагом мы приближаемся друг к другу. Я вынимаю телефон из кармана и начинаю имитировать разговор, продолжая одновременно с этим размахивать молотком. Вдруг примерно в десяти метрах от меня мужчины резко останавливаются. Я тоже останавливаюсь. Они смотрят на меня. Я понимаю, что начинается. Они явно что-то задумали. Понимаю, что с двумя могу не справится. И к счастью, слышу слева шаги. Поворачиваю голову, а там бабуля прогуливается с доберманом. Я, не долго думая, разворачиваюсь навстречу бабуле. На ходу сочиняю её имя).
- Мария Степановна! Вы что так поздно с собачку-то выгуливаете?
(Видимо мои резкие шаги в сторону хозяйки, плюс торчащий молоток из рукава куртки, побудили собаку на агрессию. Эта бабка что-то невнятное кричит собаке, что та двигается на меня и пастью вгрызается в руку. На счастье куртка пуховая, и под ней ещё толстовка. Прокусить удаётся не насквозь).
- Ай, уберите собаку. (Сильно кричу).
- Доллар, фу, фу, к ноге.
(Собака отпускает мою руку и бежит к хозяйке. Бабуля приближается ко мне и осматривает меня на предмет укуса).
. Ты в порядке? Тебе повезло, что он ещё щенок.
- Зачем вы спустили на меня собаку?
- Откуда мне знать, что у тебя на уме? Вижу, идёт с молотком, то ли наркоманка, то ли ночная проститутка.
(А дальше всё как во сне. Бабуля продолжает мне вслед что-то говорить. А я иду в сторону своего дома и думаю, а ведь могло бы всё кончиться хуже. Лучше быть покусанной собакой, чем изнасилованной. Я очень ловко сумела отвлечь внимание двух похотливых самцов, тем самым спасла свою честь).