(Wu xia, 2011, Гонконг)
Не знаю, сколько видов дедукции существует в мире, но китайская - это, доложу я вам, нечто особенное! Не только Шерлок Холмс - детективы всего мира здесь просто отдыхают. Причём не расслабляются, а впадают в ступор, из которого больше не выходят.
"Та-а-ак! - размышляет герой "Меченосцев", сыщик Сюй, сопоставляя показания свидетелей и подозреваемого Лю с уликами на месте преступления. - Лю говорит, что вот здесь он споткнулся. После чего один из бандитов, с кем он дрался, промахнулся и случайно отрубил мечом ухо другому бандиту. Но ведь дело было явно не так! Все следы указывают на то, что в этот момент Лю напряг свои первую и пятую чакры, а потом сконцентрировал внутреннюю энергию Ци в пальцах и выплеснул её во врагов. После чего их Ян замкнул на Инь, жизненное Дао искривилось, потоки их Ци были нарушены, разум впал в смятение, и вот тогда-то один из них рубанул мечом другого...".
Железнейшая логика! Воистину, хрен оспоришь!
И да - как вы уже, небось, сами догадались, у нас тут не обычный кунг-фу-боевик, а детективный кунг-фу-боевик, плюс ещё и исторический. Причём, что любопытно: действие этой истории происходит в октябре 1917 года - аккурат параллельно Октябрьской революции в России, хотя в сюжете это никак не обыграно, и ни единым словом об этом не упомянуто.
Да и с чего бы вдруг, если задуматься?
События в "Меченосцах" идут не то, что в глобальном масштабе - даже на местечковые едва тянут.
А начинаются они с банальной деревенской потасовки, обернувшейся двумя трупами. К счастью - правильными трупами. Просто однажды в местное сельпо ворвались два вооруженных грабителя, которые стали избивать хозяина, его жену и вымогать у них деньги. А в это время у них как раз работал бумажных дел мастер Лю (Донни Йен). Который хотел успокоить крикунов, за что они стали дубасить и его.
Вот только Лю так испуганно и быстро от них удирал, что в итоге один из грабителей, поскользнувшись, разбил себе голову об угол столешницы, а второй от перенапряжения заполучил кровоизлияние в мозг. И тоже крайне удачно умер, не успев сам никого убить.
Как бы то ни было, но сыщик Сюй (Такэси Канэсиро) из Куньмина, столицы провинции, всё равно нагрянул в деревеньку. Уточнить, а правда ли злодеи нечаянно тут самоубились, и не стоит ли отдать-таки за это под суд кого-нибудь из крестьян.
Уточнил. Оказалось, что Лю надо и вовсе не судить, а награждать, ведь он уморил своей беготнёй до смерти одних из самых разыскиваемых преступников Китая.
И всё-таки кое-что упрямо не давало Сюю покоя. Кое-какие воспоминания и аналогии из не шибко давнего прошлого, чьи отголоски он нашёл в нюансах этого дела. А также в отметинах на бандитских трупах, явно не похожих на обычные синяки.
Ну а взять подозрения Сюя на веру, то выходила совсем безрадостная картина.
Потому что перед ним был вовсе не робкий крестьянин Лю, а маскирующийся под него, член клана элитных убийц Тан. Что, кстати, сразу объяснило бы столь "удачную" смерть обоих грабителей в сельпо. Но как доказать, что версия сыщика правдива? Только устроить провокацию, заставив Лю/Тана утратить бдительность и раскрыться.
Этим и занялся коварный Сюй, осознающий, какого "спящего тигра" он дразнит, но всё равно не желающий отказываться от своих планов.
***
В общем, до того момента, как история "Меченосцев" выходит на финишную прямую - то есть примерно две трети фильма, - кино радует нас нетипичными ситуациями, крепкой детективной интригой ("Прав параноик Сюй или нет?") и иронией, порой довольно циничной. При том, что обычных глупостей и допущений, свойственных полуфантастическим кунг-фу-боевикам, здесь тоже хоть отбавляй, но до поры до времени это не напрягает.
Однако сто́ит всем тайнам раскрыться, и "Меченосцы" скатываются в натуральный трэшак, на который даже не знаешь, как реагировать. Ибо вся ирония из них тотчас улетучивается, ей на место приходит лютая шизофрения, и от первоначального очарования фильма простывает и след.
Впрочем, даже с таким пошлым сюжетным вывертом "Меченосцы" всё равно остаются оригинальной и красивейше снятой картиной. Которую всяк любитель жанра уся́ (да и не только) будет не прочь оценить собственноглазно, а уже потом и решит, соглашаться ему с моими простецкими выводами или нет.