-Идите молитесь...
Рождественские морозы двадцатилетней давности помню как сейчас. Меня трясло, но не от холода, а от той мысли, что я не была рядом, когда моя малышка почувствовала боль в животе.
Свои первые школьные новогодние каникулы Рина проводила у бабушки. Бабушка дала Рине обезболивающею таблетку и уложила в постель. Безусловно она хотела сделать лучше, но аппендицит на тот момент уже лопнул и началось воспаление и, как следствие-заражение. Я узнала о случившемся только утром, когда мне позвонили и сказали, что Рина в больнице и её срочно нужно везти в областную клинику на операцию. Сделали обезболивающий укол и мы срочно поехали. Моя малышка вся горела, эти полтора часа дороги были такими долгими и изматывающими.
На пороге нас встретил сухенький старичок в белом халате, позже я узнала, что он хирург, но на тот момент мне был нужен доктор, который спасет моего ребёнка, а не этот дедок "еле душа в теле". Я держала дочку на руках, она обессиленно растеклась по мне и постоянно сползала, что я очень боялась ее уронить. А этот старичок бежал к нам и его хоть самого на ручки хватай.
-Поставьте её- старичок так громко крикнул, что я аж вздрогнула. Этот крик вернул меня в чувства и я стала осторожно опускать Риночку на ножки. Ножки не слушались, ещё мгновенье и мой ребёнок окажется лежащей на полу.
-На стол-скомандовал старичок. Подвезли каталку, положили на неё Рину и каталка заехала в лифт, я рванула за ней, но вахтерша удержала меня за рукав.
-Вам туда нельзя, здесь ждите, присядьте.
Тяжелые двери лифта закрылись, слышно было, как лифт стал подниматься, а я осталась...это чувство пропасти внутри, бесполезности, от того, что не можешь помочь, от того, что твою жизнь увезли, а ты стоишь тут, как дура и ни чего не делаешь, мало того даже и не знаешь, что делать...
Я ждала. Слезы лились сами. Помню ощущение времени- оно было тяжелым и медленным...
Часы весели над дверью лестницы ведущий на этажи. Где-то там находится моя девочка.
-Можно я сбегаю узнаю, что там?
-Разувайся и беги, я сделаю вид, что не увидела.
Пожалела меня вахтерша. Со скоростью времени я была уже на втором этаже. Слева-ожоговое, справа-хирургия. Заглядывая в двери палат, в предпоследней палате я увидела аккуратно сложенные вещи моей малышки на закатанном матрасе... Этот матрас, до сих пор стоит перед глазами...почему не развернут, застелен, как все кровати...
-А где девочка этих вещей?
-Тяжелая она сказали, все доктора в операционной...-ответила мне девушка с ребенком на руках.
Время тянулось...на конец-то ко мне вышел дежурный доктор из реанимации.
-Несколько дней она будет в реанимации..
-Как она? Что-то нужно привезти? из лекарств?
-Состояние стабильно тяжелое . Острый перитонит на фоне гангренозного аппендицита. Идите...молитесь...
Это сейчас я понимаю эти медицинские термины, а тогда это было похоже на смерть. А мне жизнь без дочки абсолютно не нужна.
Я чётко помню это холодное спокойное уверенное чувство-если её не станет, не станет и меня. И это не обсуждается.
Стало совсем темно, когда я доехала до остановки, с которой только попуткой можно доехать до дома.
Как нарочно не было ни одной машины. Меня еще колбасило и я потихоньку замерзала.
-Дочк, садись. Садись, замерзнешь.
В "Камазе" сидели двое мужчин (водитель и пассажир). И страшно, но и ног, рук уже не чувствовала.
-Вы представляете, ни разу такого не было...
Наш водитель оказался разговорчивым весёлым человеком.
-Выехал я за мост и заглох, вот прям ни с того, ни сего. И главное, ни машин, ни людей. С час простоял, пока парень этот не подошел и не попросил подбросить. А я б и рад, так сам стою, не знаю, что делать. Объясняю ему, что не заводится и ключ повернул, а мотор и завелся. Вот чудеса-то.
Парень сидел между мной и водителем. Я не видела его лица, но поняла, что он обращается ко мне.
-У вас ребенок в больнице? Я вам напишу, что купить нужно, все будет хорошо, не надо плакать.
Я помню, как от этих слов у меня ещё сильнее слезы полились, но при этом стало спокойно на душе, тревога исчезла. К сожалению не помню его голос, но помню, всё, что он говорил делать, от приема лекарств до домашнего ухода, чем мазать шов, чем кормить, все мелочи.
Рано утром я с мужем уже стояли у первой открывшейся аптеки, фармацевт еще удивилась, что один из препаратов очень редко бывает, а нам вот прямо повезло, сколько нам нужно, столько и в наличии оказалось (кто-то заказал и не стал забирать). Купили всё по списку с бумажки и привезли в больницу. К нам вышел реаниматолог. Мы подали пакеты из аптеки. Он так удивленно посмотрел на нас.
-Всё правильно привезли и то что нужно. А откуда узнали?
Я полезла в карман за листочком, но в кармане, кроме перчаток ни чего не было.
Через сутки мою девочку перевели из реанимации в общую палату. Мне разрешили лежать с ней. Через пару недель мы выписались.
Водителя я позже нашла, отблагодарила, что мимо не проехал, не дал замерзнуть. Пыталась парня найти, не нашла. Хоть и вместе мы по приезду вышли, только пошли в разные стороны. Город у нас маленький, все друг друга знают, только вот лица я его не видела и как оказалось водитель тоже не смог вспомнить его лица.