Очередная глава из повести "Этот неправильный терьер"
Зима не за горами, и я решила опубликовать ещё одну главу из своей повести "Этот неправильный терьер" про зиму. Другие главы из повести тут, тут, тут, тут, тут, тут и тут
Краткое содержание: в семью со слегка ленивым пятиклассником Петей и ехидной бабушкой Мимозой попадает щенок пшеничного терьера Кузя. Петя и Кузя становятся лучшими друзьями, попадают в разные истории и потихоньку становятся взрослее. В этой главе у Пети появилась младшая сестрёнка, и жизнь в семье изменилась. Кузя тоже переживает рождение малышки по-своему.
Книга давно написана, сейчас долго и мучительно готовится к печати. Но она обязательно выйдет - с картинками моей подруги художника Оли Рац.
Глава 41. Управляемая снежная собака
В начале зимы, когда на улице улёгся ровным слоем пухлый снег, гулять с Кузей оказалось некому.
Вот-вот должен был приехать доктор Уберите Собаку, мама не могла оставить малышку Катю, Братишка Петя был в школе, а папа – на работе.
Бабушка Мимоза никогда не гуляла с собакой из принципа "чтоб вам жизнь мёдом не казалась", и Кузя опешил, когда она молча вышла в прихожую в ярком лыжном костюме, молча прицепила поводок к Кузиному ошейнику, и молча вышла с ним за дверь.
От неожиданности Кузя вдруг повёл себя как собака с дипломом УГС – «Управляемой городской собаки», который он так и не получил.
Несколько воскресений они с папой добросовестно потратили на обучение в группе других собак, которые хотели тоже стать управляемыми.
В группе были йоркширские терьеры, мопсы и другие «мелкотявки», как про себя называл их Кузя. На их фоне Кузя ощущал себя овчаркой среди терьеров, вёл себя снисходительно и занимался на курсах спустя поводок. Дрессировщица Рита окрикивала Кузю и папу, который не умел быть достаточно строгим. Пару занятий они прогуляли, а потом и вовсе бросили ходить на курсы. Кузя остался как был – обыкновенной городской собакой. Не "управляемой".
Но сейчас, рядом с бабушкой Мимозой, шагавшей с независимым носом, спящая управляемая собака прямо полезла из Кузи наружу. Он вспомнил всё, что вдалбливала щенячьему классу дрессировщица Рита, и занял положение «Рядом» у левой бабушкиной ноги.
Метров через пятьдесят бабушка оценила Кузино послушание и, всё ещё молча, отцепила его с поводка.
Увидев подростков на пустыре, где они гуляли, Кузя моментально вспомнил правило «Проход через группу людей» и, так же держась у бабушкиной ноги, спокойно прошел сквозь толпу. Ему невыносимо хотелось бегать и скакать, но ещё больше хотелось заслужить хоть какую-нибудь похвалу от неприступной бабушки.
И тут он увидел Дусю-лабрадора. «Встреча с незнакомой собакой!» - промелькнул в нём голос дрессировщицы Риты и исчез. Дусю, собаку Петиной одноклассницы Сони Полуэктовой, он знал уже давно.
Дуся была красива спокойной лабрадорской красотой. Она была крупная, палевая, нежная и плавная. В данный момент она была занята созерцанием первых снежинок, медленно и ровно падавших на землю.
Не так, ох, совсем не так к снегу относился Кузя! Снег был его любимой стихией, холодным мягким батутом для кульбитов и прыжков.
Чтобы привлечь Дусино внимание, Кузя решил провернуть свой любимый аттракцион «Снежная собака». Когда он с ним выступал, все вокруг покатывались со смеху. Даже Петя, который наблюдал снежную собаку практически каждый день.
Кузя скакнул в пухлый снег и опустил в него морду. В первой части аттракциона надо было зарыть морду в снег ровно до уровня круглых карих глаз и начать зыркать поверх снега по сторонам. Кузя чертил линию в сторону Дуси, но она не пошевелила ни усом, ни бровью.
Тогда Кузя перешёл ко второй части представления.
"Сейчас я тебя растормошу!", - подумал он залихватски.
Продолжая степенно двигаться вперёд, Кухя начал погружаться в пухлый снег целиком. Сначала под пухлым снежным одеялом скрылась его голова с ушами, потом утонула спина, и, наконец, над равниной снега остался двигаться только бодрый хвост с чёрной кисточкой на кончике. Со стороны казалось, что весёлый хвост движется над снегом сам по себе, без собаки. Хвост продвигался зигзагами, иногда замирая и повиливая.
Глядя на зигзаги хвоста, который изредка замирал и повиливал, бабушка Мимоза с трудом сдерживала улыбку, которая наползала на её вечно строгое лицо.
В заключительной части шоу из-под снега выпрыгивала снежная собака. Рыжеватые кудри Кузиной кудрявой шерсти были плотно облеплены мокрым снегом. В снежном прыгуне хорошо видно было только три угольно-чёрных точки – глаза с белыми снежными ресницами и мочка носа. Снежное кудлатое четвероногое совершило несколько прыжков вверх и вбок, и, наконец, остановилось отряхнуться.
Соня Полуэктова, гулявшая с Дусей, звонко хохотала на весь двор.
- Какой же он смешно-ой! – простонала она с трудом.
Но вот Дуся-лабрадор по-прежнему не обращала на Кузю ни малейшего внимания.
Кузя никак не мог понять, отчего же Дуся не скачет и не набрасывается на снежинки, чтобы попробовать их на вкус. Она просто следила за ними взглядом: вверх и вниз. В такт движению снежинок пушистая щеточка ее густых палевых ресниц медленно поднималась и опускалась. Кузя устал завоёвывать Дусино внимание и подскочил поближе.
Дуся продолжала наблюдать за снежинками.
"Какая странная особа, – думал Кузя. – Ноль внимания, фунт презренья. Просто бабушка Мимоза в собачьем обличьи!".
Холодноватое поведение Дуси заводило Кузю пуще любых команд. Как и в случае с бабушкой Мимозой, ему хотелось прыгать выше головы. Кузя ещё раз проделал перед носом Дуси все свои кульбиты, и начал легонько пихать Дусю носом в бок, приглашая поиграть.
Дуся оторвалась от снежинок и взглянула на Кузю сверху вниз – таким же медленным взглядом, как на снежинки. Её ресницы плавно опустились от Кузиной макушки до кончиков лап, и он снова перестал её интересовать.
Кузе просто ужасно хотелось разгадать загадку её олимпийской невозмутимости. Он утихомирился, подошел к ней вплотную, прижался боком к боку и стал повторять её движения глазами. Точнее ресницами.
Со стороны эта парочка смотрелась странно: гладкошёрстная упитанная Дуся и кудлатый подвижный Кузя напоминали двух разнокалиберных лошадей, запряженных в одну упряжку. Казалось, собаки прилипли друг к другу боками и срослись головами. Они не двигались, только их глаза и ресницы синхронно двигались вверх и вниз.
Постигая Дусю, Кузя не заметил, что Соня Полуэктова отщёлкала целую фотосессию сладкой парочки, а бабушка Мимоза подозрительно раскраснелась и незаметно вытирала слёзы от беззвучного смеха. От смеха она как будто помолодела, и Соня заметила, что глаза Петиной бабушки засияли голубым цветом, как звёздочки.
Но вскоре бабушкин тайный приступ закончился, как будто в ней выключилась какая-то кнопка, и она суховато как всегда скомандовала Кузе: "Ко мне!".
"Странно, – подумал Кузя, послушно подбегая и покорно подставляя шею под поводок, - чего это я расшаркиваюсь перед ней? Если бы я так слушался Братишку Петю, он бы меня зацеловал и закормил вкусностями. А вот в бабушке Мимозе я совсем не уверен!".
Но Кузя зря сомневался. Бабушка не только заметила, но и записала в памяти, что он вёл себя как управляемая и хорошо воспитанная городская собака.
- Чтобы некоторые Принцы Индонезии становились шёлковыми, - сказала она, подняв бровь, когда все собрались за семейным ужином, – достаточно обращать на них внимание только изредка. Когда они действительно этого заслуживают.
Братишка Петя скривился, услышав ненавистное прозвище, а Кузя обнаружил под столом бабушкину руку, в которой был зажат не один, а целых три кусочка сыра.
За стараниями растопить сердце Дуси-лабрадора Кузя даже не заметил, что сегодня ему удалось сокрушить куда более неприступную крепость и вернуть бабушку в беззаботную юность, пусть и ненадолго.
Эта история основана на реальных событиях, но, к сожалению, у меня осталось мало фото Кузи. Недавно я выкладывала видео с ним, а вот как ведут себя пшеничные терьеры в снегу можно увидеть в инстаграме нашего Чильки: