***
Наверняка многие из вас видели океан, не важно какой, Атлантический, Тихий, Индийский, а то и все три. Сейчас, когда путешествия стали делом обычным, этим, наверное, никого не удивишь. А вот в моем сердце совсем другой океан – Северный Ледовитый…
Первый раз я его увидела в шесть лет. До этого я уже бывала на Черном море, поэтому, когда папа и его старший брат Прокопий сказали, что мы поедем на море к родственникам, уже предвкушала, как я буду плескаться в теплой соленой водичке. И вдруг я вижу картину, которая совершенно не вписывается в мои представления о море! Тогда я ничего не понимала, даже заплакала. И даже слова папы, что это море, которое называется Восточно-Сибирским, часть великого океана, меня ничуть не утешили. Я стояла, рыдая, папа растерянно обнимал меня. И тут заговорил дядя Прокопий:
- Ты зря плачешь, Наташка! Не каждому человеку доведется в своей жизни увидеть такую красоту. Утирай слезы, я расскажу тебе историю. Нет ни одной реки, которую бы родил океан, нет, он только пожирает все, что несут ему его реки. Но наш океан особенный, здесь умирают все самые могучие сибирские реки, от нашей Колымы до великой Оби. Предки считали, что именно здесь находится ад, наш дед рассказывал, что где-то именно в этих местах находится выход из Нижнего мира. У юкагиров много сказок и легенд, но та история, которую я тебе расскажу, совсем не сказка.
Плеск прибрежных волн заглушал и без того негромкий голос, и я, чтобы лучше его расслышать, тут же перестала плакать.
***
Казаки пришли в эти края в первой половине 17 века. В 1643 году ими был основан город Среднеколымск, через год ниже по реке - Нижнеколымск (перестал существовать в 1968 году). Экспедиции длились по много лет, потому неудивительно, что многие члены отрядов Стадухина и Дежнева женились на местных. Обе жены Дежнева были якутками, причем жены были настоящими, венчанными. Вслед за своим атаманом пошли и другие казаки.
Юкагиры своих женщин прятали. Они не любили смешивать свою кровь с чужой, даже с ближайшими соседями, якутами и чукчами. С пришлыми казаками они вообще не хотели иметь никаких общих дел, потому практически объявили тем войну.
В 1646м Стадухин почти со всем отрядом ушел в Якутск, командовать в остроге остался Дежнев. Под его руководством оставалось не более двадцати человек и перебить их казалось вроде бы простым делом. Но не тут-то было! В руках казаков было огнестрельное оружие, тогда как юкагиры были вооружены самодельными луками и ножами. Осада была долгой и жестокой, но, тем не менее, все нападения казаки успешно отбивали.
В конце лета 1647 года в Нижнеколымск пришли кочи экспедиции Федота Попова. Они пытались пробиться по Восточно-Сибирскому морю дальше, в сторону Чукотки, но им помешали льды. Потеряв несколько кочей, Попов решил зимовать в остроге у Дежнева. Экспедицию перенесли на 1648 год, Дежнев и оставшиеся в остроге казаки собирались уходить вместе с Поповым.
Тем временем в одной юкагирской семье подрастала девочка, слава о красоте которой шла по всему северному краю. Звали ее Нэна. Где и когда она познакомилась с одним из молодых казаков, никому неведомо. Еще больший вопрос, как они поняли друг друга, ведь один не знал юкагирского языка, а другая - русского. Но факт есть факт, общий язык они нашли, стали встречаться тайно от всех. Где-то через год Михаил, как звали казака, решил жениться. Пришел к Дежневу, мол, так и так, Семен Иваныч, пособи. Не отдадут родственники девчонку без боя, но жизни своей без нее не мыслю. Дежнев в остроге сидеть не собирался, его путь лежал к северному морю, через которое он намеревался дойти до края огромной российской земли. Тогда он еще не знал, что пройдет всю Чукотку до самого пролива, разделяющего Азию и Америку. Почему-то пролив несправедливо назовут потом именем Беринга, который придет в те места только через 100 лет.
Но вернемся к Дежневу. Не знаю, какой он был человек, все говорили о нем разное. Но шанс насолить надоедавшим ему своими нападениями юкагирам он решил не упускать.
- Если честно хочешь, то не отдадут. Сам знаешь, какие у нас с ними отношения. А если силой заставим, все равно калым потребуют. Есть у тебя, Мишка, калым? Да не мотай головой, сам знаю. Поэтому один вариант – выкрасть. Девка-то сама согласная? Ну и лады тогда. Уходить будем на следующей неделе, идем вниз по реке, к морю. Предупреди, что с нами пойдет.
Когда Мишка изложил девушке свои планы, та не испугалась. Она знала, что уже приехали за ней от такого жениха, которому никто не откажет. Был он местным князьком, улусным головой, богатым не только по местным меркам человеком, который желал иметь самое лучшее. В том числе и самую красивую девушку в женах. Брал он ее второй женой, в те времена это было в порядке вещей. Нэна прекрасно понимала, что если она выберет свою любовь, то о родителях и братьях ей придется забыть. Но идти второй женой к старому, угрюмому, а главное, нелюбимому, она не хотела.
В назначенный час от Нижнеколымска вниз по Колыме двинулась небольшая флотилия. Один из кочей увозил из родных краев юкагирскую девушку Нэну. В устье реки вдруг упал страшный туман, что задержало суда. А когда туман спал, отряд увидел долбленые челны преследующих их юкагиров…
Атака была страшной и безмолвной, в результате сражения юкагиры потерпели поражение. Но и экспедиция Дежнева и Попова потеряла три коча. Два из них прямо на глазах ушли под воду, а третий, на котором и находились беглецы, просто пропал.
Дежнев решил, что юкагиры добились своего, достали-таки Михаила и Нэну, но рисковать не стал. Суда пошли вперед, их ждала новая земля.
Через несколько лет после этих событий один из наших дальних предков, Афанасий, на своей собачьей упряжке в устье Колымы попал в страшную пургу. Мело почти три дня, Афанасия спасло только то, что он сумел вовремя сделать что-то наподобие снежной юрты. Там он смог пересидеть, не потеряв ни единой собаки. На утро четвертого дня он собрал упряжку и двинулся в путь. Но вместо Колымы он уехал в другую сторону, о чем догадался только когда вместо привычных пейзажей перед ним вдруг встали неизвестные скалистые берега. Это место официально откроют много позднее и назовут Медвежьими островами. А тогда Афанасий не заморачивался, он думал только об одном, как ему найти дорогу домой. На одном из островов он, неожиданно для себя, обнаружил свежие человеческие следы. Он пошел по ним и пришел к странному деревянному сооружению, лишь отдаленно напоминающему дом. Оттуда вышла красивая молодая женщина, которая заговорила с ним на родном языке. Это была Нэна.
Она рассказала, что их коч потерял в том сражении половину команды, включая ее любимого Михаила. Прибило их к берегу этих самых островов. Ночью она услышала, а к тому времени она уже прекрасно знала русский язык, как оставшиеся мужчины говорят о том, что во всех их бедах виновата она, Нэна. И один, самый старший, добавил, что «женщина на борту приносит одни несчастья». Она думала, что ее убьют, и была к этому готова, все равно жить без любимого ей не хотелось. Но все было гораздо проще. Коч просто ушел, оставив ее на берегу. Что с ними стало, остается только догадываться, но никаких сведений об этих людях так никогда и не появилось.
А Нэна осталась одна. Она собрала все, из чего можно было бы построить жилище. Самым трудным было добыть огонь, но и это ей удалось. Только не спрашивайте, как, и не говорите, что это невозможно. Женщина, выросшая на Крайнем Севере, может многое…
С белыми медведями, которые водились на островах, у нее возникло некоторое подобие перемирия. Она не лезла к ним, они не трогали ее. Питалась рыбой, яйцами, которые в огромном количестве откладывали здешние птицы, водорослями. Несколько раз возникал соблазн попробовать перейти зимой лёд в сторону материка, но она опасалась мести со стороны сородичей. Решила, что будет жить, сколько ей отмерено.
Афанасий забрал Нэну с собой. Она сумела его сориентировать, и уже через два с половиной дня он подъезжал к родному селу. Именно от них, Нэны и Афанасия, началась история нашей семьи. И именно в честь этого предка получил свое имя мой дедушка Афанасий.
***
- Наш дед называл это море сердцем Северного Ледовитого океана. Да, это сердце практически всегда одето в ледяной панцирь. Но коротким летом его волны шумно бьются о берег, и этот шум напоминает стук сердца, оно словно кричит: я живое! Слышишь?
Я ничего не услышала, но, чтобы не обижать дядю, послушно кивнула головой. Он, конечно, все понял, улыбнулся и погладил меня по голове:
- Ничего, потом поймешь.
Потом мы приезжали туда несколько раз, два раза с нами ездили брат Вася и мой лучший друг Колька. Папа его любил, считал за сына, охотно брал в любые походы. Видимо, он чувствовал, что этот маленький мальчик через какие-то десять лет станет его зятем:)
От Черского до бывшего морского порта Амбарчик больше 100 километров вниз по реке. Но туда редко ездят, сейчас там живет всего несколько человек. В свою последнюю поездку на родину, мы с Колей договорились с его другом Севкой, который и увез нас туда на своей моторке. Это было сразу после свадьбы, летом 1988го. Выбор, предложенный нам родителями, между теплым морем и местами нашего детства, даже не стоял. Мы, не сговариваясь, выбрали Колыму.
Помню, как сидели на берегу, молча слушали звук моря. И вдруг показалось, что я слышу ритмический стук, напоминающий биение сердца. Дядя был прав, я поняла…