(все имена вымышленные, любые совпадения-случайность)
***
В голове Лёхи не утихали мысли, как тот рой из насекомых, настойчиво жужжали одна за другой, в такт ветру и вьюге, через которую снегоход летел как в молоко. Управляющий снегоходом остановил машину и прокричал, что "Оленя брать надо было..." одним движением накинул тент на снегоход и поволок Лёху за собой. Из заснеженного молока появился чум. Вася, как представился до этого "представитель коренных народов Севера", отодвинул полог и протащил Лёху внутрь жилища. Внутри никого не было. Вася быстро засунул в буржуйку несколько сушеных тушек какой-то рыбы, брызнул бензина и поджег. Запахло горелым бензином с примесью горьковатой жжёной рыбой. Лёха поморщился. В тундре с дровами было никак, он это знал как никто. Они с работягами часто меняли местному населению доски от ящиков, к которых приходило оборудование, на рыбу или оленину. К слову, рыба здесь была замечательнейшая. Даже обыкновенная щука, выловленная в любом местном озере была, как правило, немалых размеров. Шесть, а то и все десять килограмм на тушку. Те, кто любил рыбачить потом во всех эмоциях описывали как они доставали рыбу, у которой в лунку пролезает только кончик морды. И если большую рыбину там, на "земле" особо и кушать-то было не очень, то здесь это было нежнейшее жирнючее мясо, попробовав один раз которое, "земную" щуку уже и не захочется. Про "благородные" виды можно и не упоминать. Нельма, Муксун, Щёкур, Осётр, Стерлядь... Хотя Муксунов и Щёкуров Лёха не очень жаловал, а Осетров не любил... На вкус и цвет, как говориться, хозяева разные.
- Что стоишь, сейчас совсем тепло станет, времени мало, надо успеть - Василий позвал жестом в центр чума, у которого уже успел разжечь еще один костерок, но этот костерок был из настоящих дров. Нечто вроде очага, обложенного камнями. Шестнадцать камушков. Рядом с центральным очагом и запах был более привычный, хотя горечь рыбная все равно присутствовала.
Лёха неспеша прошел к очагу, снял куртку, заметив, что, действительно, за вполне короткое время в таком простом жилище уже можно было ходить почти раздетым.
- На! Выпей! - Василий протянул металлическую кружку, от которой пахло какими-то травами и мхом.
- Может ты мне сначала объяснишь, что все это значит? - Лёха до сих пор все происходящее воспринимал как какую-то шутку, которых за время его работы в тундре было предостаточно, он и сам иногда бывало подыгрывал коллегам, когда те придумывали очередной "анекдот" для тех, кому Север был в новинку. Но сейчас он далеко не новичок, а по приезду с "трассы" в городок базирования именно его разыскивал "чукча" (так они с коллегами называли всех представителей местного населения невзирая на этнические подробности). Когда Вася увидел Лёху, схватил за руку и пообещал, что к утру привезет обратно. Мол, скоро пурга, надо торопиться.
-Нечего объяснять! Помогать надо! Духи тебя показали. Тебе помогать, мне помогать, всем помогать. Сейчас помогать! Пей и садись сюда.
-А если не сяду?
-Плохо будет! И мне плохо будет и тебе плохо будет! Ножик вон не захотел к тебе идти, потерялся. Мой ножик, особенный. Пока искал -время упустил. Торопиться надо.
-Погоди, так ты - шаман чтоли?
-Может и шаман, я мало ваших слов знаю. Пей скорее и садись. Накрывать тебя надо скорее. Я обещал.
-Накрывать?
-Садись и ничего не бойся!
-Фу, гадость какая! - Лёха отхлебнул из кружки терпкое варево.
-Пей всё и сразу, так легче будет - Вася показал жестом что залпом будет проще.
Лёха опрокинул кружку, поморщился.
-Запей. - Василий протянул другую кружку. По запаху - чебрец.
Эта кружка "пошла" гораздо легче, оставив душистый привкус во рту. Но терпкость мха все равно вызывала неприятные ощущения на языке.
Шаман усадил Лёху около очага и начал ритмично стучать по неведомо откуда возникшему в его руках большому бубну.
-Не думай! Просто смотри! Закрой глаза и смотри! - Движением сверху вниз Василий провёл по лицу Алексея чем-то похожим на кисточку с кучей цветных тряпочек с какими-то мелкими косточками или камушками, косичками и еще невесть чего висячего, призывая закрыть глаза.
Лёха успел заметить, что голос "чукчи" стал совсем другим. Каким-то более глубоким, низким. Уже успев пропеть какие-то нелепые и непонятные звуки, шаман стал стучать по бубну то более сильно и быстро, то более медленно и мягко, иногда переходя на почти шуршание, при этом сам переходил на шёпот. Звуки кружились вокруг очага единым потоком, отдавая в теле Алексея, заставляя его тело "покрыться мурашками". Раздался звук рога. Так послышалось Лёхе. Его заднее место оторвалось от земли и вверх тормашками понеслось куда-то вверх. Он отчетливо видел чум, из которого выходил дымок, рядом стоящий снегоход, уже успевший покрыться снегом, чуть дальше сбились в кучку небольшое количество оленей. Почему-то хотелось плакать. Он не понимал, что именно происходит, но решил досмотреть "мультик" до конца. Услышал где-то вдалеке "отпусти себя" тем же низким голосом шамана. Лёха перестал хвататься за воздух, пытаясь уравновеситься, решил просто расслабиться. И вот ступеньки. Твердые. Каменные. А вокруг - ничего. то есть вообще - ничего. Стал подниматься. Шаг. Второй. Третий. Какая-то прозрачная рука размером с вагон смахнула с Лёхи какую-то тварь и растворилась. Тварь полетела вниз и стала засасываться в воронку, из которой тут же попытались повылазить похожие твари, но всех затянуло вниз. Еще несколько ступенек и дверь. Большая, красивая, резная, похожая на ту, что на фотографиях в Индийских храмах. дверь открылась в огромный зал, посреди которого было что-то вроде стола или перевернутого колокола, только восьмиугольного. Сверху на этот стол светил большой луч. Лёха увидел, что у этого зала 4 двери крест-накрест и у каждой стояло по человеку. Все они показались до боли знакомые. Он их всех знает, он их всех видел, но не помнит когда, где и кого именно в каких обстоятельствах, но точно знает. На ободке стола стали появляться какие-то знаки. Ни одного Лёха не узнал. Просто какие-то символы. Перебираются между собой и все. Потом цифры. 108, 432, 2048, 8, 16, 618, 382... Всех цифр и не запомнить.. Потом какие-то фигуры. Одна из них - обычный шестигранник. Некая сила притянула участников к столу и луч расширился до общего круга. Дальше как буд-то свет пронзил насквозь тело от макушки до пяток и проник в каждую клетку. Снова захотелось плакать и слезы сами потекли ручейком обжигая скулы. Пришла твердая уверенность что ему что-то дали. Даже подарили. Но что это "что-то" он не мог осмыслить. На столе возникла женщина, вернее существо, похожее на женщину. Как четырёхликий сиамский близнец. Положив руку на голову каждого участника она мысленно сказала:
-Всё потом. Придёт время и ты узнаешь. Я люблю тебя.
Причём не было понятно одно это предложение или несколько. Лёха почувствовал, что и эту женщину он тоже знает. Причем настолько сильно, что сомнений не могло быть. Чуство вселенского трепета пронзало его с ног до головы, слезы текли сами, а она сам так и не мог нормально осмыслить происходящего. Когда женщина убрала руку, все исчезло и Лёха стал проваливаться в пустоту, услышав как эхо "Я люблю тебя".
Опять этот звук рога и бубен тихо постукивал все ближе и ближе. Лёха открыл глаза.
-Успели! - тем же низким голосом произнёс шаман, потом еще пошутрал по бубну тихонечко сбавив ритм шёпетом допел какие-то звуки пошатываясь напротив Лёхи, поднял бубен вверх и громко со всей мочи ударил в последний раз, потом отложил бубен и устало опустился рядом с тлевшим очагом.
-Пурга утихла, скоро поедем обратно. Теперь будет хорошо. Мать-моржиха не заберет тебя. - Василий поднял палец вверх.
-Какая Мать-моржиха?
-Которая всех забрать хочет. Иногда раньше, чем надо. Духи сказали найти тебя и накрыть надо. Ты нужный будешь. А мне две силы много дали, нехорошо, надо делиться. Они тебя показали. Сказали, что потом надо тебе будет, когда Мать-моржиха хватать начнёт. Много раз хватать будет. Теперь не бойся, теперь ты накрытый. - Василий протянул еще одну кружку с чебрецом, вторую налил себе.
Алексей выпил травяной настой, пожав плечами, стал одевать куртку, поймав себя на том, что, несмотря на достаточно позднее время, он совсем не хочет спать.
-Погоди, не торопись, кушать надо чуть-чуть. - уже обычным голосом произнес Василий. Без бубна, звуков и костра он выглядел обыкновенным, неуклюжим "чукчей", никогда и не скажешь, что он вполне мог вдруг превратиться в настоящего шамана. Вася своей раскачивающейся походкой быстро шмыгнул на улицу и приволок огромную, похожую размерами на крокодильчика тушку Нельмы. Второй рукой он держал тушку поменьше килограмм на пять.. Лёха даже рот приоткрыл. За все время работы на Севере он и не видел таких. Не, ну четыре, пять, даже десять или двенадцать килограмм на тушку - это нормально, но вон тот "крокодильчик" явно побольше. (Забегая вперёд, сообщу, что по приезду в городок, они потом с коллегами проверят и выяснится, что рыбинка весит ни много, ни мало, но девятнадцать килограмм, почти с половиной.) Вася положил рыбку, что поменьше, и повернулся ко входу.
-Это тебе. Я в нарты кину. Сильная рыба. Сам ешь. Никому не давай. Для тебя это. Для друзей я маленьких дам. - он на несколько секунд исчез за пологом и вернулся обратно держа в руках еще одну небольшую Нельму. Достал из-за буржуйки деревянный щит, положил его на пол рядом с очагом и ловко настругал полоски строганины. Добравшись до хребта, перевернул рыбку и в несколько движений настрогал еще пол-рыбины. Поставил рядом кружку с солью и принялся за вторую рыбу. Покончив со второй рыбой, остатки кинул ко входу. Налил по кружкам уже знакомого "чая" с чабрецом. Алексей рассматривал ножик, лежавший на доске, на рукояти которого была кисточка из каких-то "висюлек". Сам клинок был одностороней заточки с выемкой по оси. Напоминал вытянутую ложку, но в форме ножа.
-Его брата тебе отдать надо было. - проговорил Василий с набитым ртом - Не захотел. Капризный. Два дня искал. Много время упустил.
-Можно? - Лёха протянул руку к ножику, жестом спрашивая, можно ли взять в руки предмет.
-Тебе можно. -Вася протянул Лёхе ножны. - Сначала это возьми.
Лёха взял ножны в руки. Таких он еще не видел. Толстая кожа по форме клинка, но опять с кучей "Висюлек" и разных орнаментов. И не в клоунском стиле, как часто продают на разных стихийных рыночках или позывают в фильмах. Все очень просто и скромно, но абсолютно не мешало "функционалу". Другой рукой он аккуратно взял нож. Такой заточки он еще не встречал. Кисточка в рукояти тоже не мешала держать нож и работать с ним. Все было очень удобно и, казалось, что другого решения просто быть не может. Он сам видел как ловко Василий настрогал рыбу буквально в несколько движений. Жало клинка было острым. Наверное, даже очень острым, что было проверено на куске строганины тут же. Алексей аккуртно вернул оружие туда, где взял и вернул хозяину ножны. Обратил внимание, что, пока он рассматривал нож, куча строганины была съедена и на доске оставалось всего несколько полосок.
-Теперь ехать надо. Пошли. Вася убрал нож, встал и направился к выходу. Пропустив наружу гостя, он, спустя несколько секунд, вышел сам. На улице светила полная луна, напротив которой проглядывались малозаметные зеленоватые полоски всполохов северного сияния. Снегоход завелся с поворота ключа и уже через пару минут рассекая монотонный пейзаж бескрайней тундры направлялся с двумя пассажирами туда, где совсем скоро Алексей станет свидетелем того, что чудеса все таки происходят.