История с Вяземским "котлом" для меня глубоко личная. Нет-нет, мой дед, Пётр Прокофьевич Лисичкин, в "котёл" не попал, хотя и был в те дни офицером Западного фронта. Он оказался "вне котла" - в те дни строил Малоярославецкий укрепленный район, который одновременно занимали навек прославившие его подольские курсанты.
А в том дело, что южная немецкая группировка, наносившая удар по 43-й армии на Спас-Деменск по Варшавскому шоссе, дошла до Юхнова, где встретилась с не менее известным отрядом Старчака, резко повернула на 90 градусов на север к Вязьме - чтобы замкнуть "котёл". Так вот, именно это и есть - родные места моего деда, которого ещё и угораздило родиться в дату завершения ликвидации Вяземского "котла" - 14 октября, на Покров Пресвятой Богородицы:
Указанная в этом документе деревня Лужки в наше время не существует, но сохранилась ближайшая (совсем рядом) станция - Климов Завод:
Это от Юхнова всего в 20 километрах на северо-запад: немцы двигались по Варшавскому шоссе на восток, от Рославля через Спас-Деменск до Юхнова, затем повернули налево и повалили по дороге Юхнов - Вязьма, и вот через 20 километров после поворота проехали этот Климов Завод. А у них на пути, чуть слева от дороги, в его родной деревне Лужки, тогда оставались дед и бабка моего деда Петра Лисичкина (отца его Прокофия немцы убили ещё в Первую Мировую, а овдовевшая мать Фёкла переехала в Подмосковье). Их, Максима и Марфу Лисичкиных, немцы расстреляли уже весной 1942 года - вот за это самое, за наличие внуков - офицеров Красной Армии. Там сейчас в лесу стоит памятник на месте их расстрела и захоронения, туда ходит весь Климов Завод (в советское время возле этого памятника принимали в пионеры). Но об этом я расскажу в другой раз.
Здравствуй, пёстрая осинка - ранней осени краса,
Здравствуй Ельня, здравствуй Глинка, здравствуй, речка Лучеса!
.
А война - ей всё едино, всё хорошие края:
Что Кавказ, что Украина, что Смоленщина твоя!
Друзья, предлагаю и вам рассказать о воевавших родственниках, в рамках Дзен-проекта "Архивы памяти 1941-1945".