Во второй половине осени 1941 года немецкие войска начали наступательную операцию "Тайфун", якобы для захвата Москвы. Так нам рассказывают историки, но насколько я могу судить - Москву толком никто не штурмовал, и никто её не защищал.
Вторую часть этой фразы приписывают Верховному Главнокомандующему Вооруженных Сил СССР, которого звали Сталин Иосиф Виссарионович. В открытых источниках утверждают, что:
8 октября 1941 года Верховный Главнокомандующий Иосиф Сталин передал по радио войскам Московского фронта, уже попавшим в окружение и погибающим в так называемом Вяземском "котле":
"...Теперь Москву защищать некем и нечем. Повторяю: некем и нечем"
.
Это вообще-то не нам сейчас судить: ошибался ли Сталин, привирал слегка, или всё-таки был недалёк от истины. А может, он вообще ничего не понимал - это как вам будет угодно думать, я не навязываю своё мнение. По официальной версии, потом (т.е. после 8 октября, когда эти слова были сказаны Сталиным), где-то всё же нашли каких-то людей и поставили перед Москвой - вот они-то якобы и остановили немцев: с помощью генералов Мороз и Слякоть, да за Русь Святую. Но я бы, как версию, не сбрасывал со счетов вероятность того, что Сталин внезапно сказал правду: Москву никто толком не защищал, просто потому, что "некем было защищать. И нечем". Более подробно мы рассмотрим эту проблему в последующем цикле публикаций о Битве за Москву.
Ещё более интересно закручено с первой частью приведенной выше фразы: о том, что немцы, собственно, и не штурмовали Москву. Вот, например, ещё одна цитата, первая же попавшаяся мне (она идёт в продолжение вышеприведенных слов Сталина о "некому и нечем"), выделение моё:
Если бы в это время танки немецкой 3-й танковой группы генерала Георга Рейнгарда двинулись по Волоколамскому шоссе, остановить их было нечем. Но они не двинулись. Потому что вынуждены были повернуть в сторону рубежа Вязьма - Сычевка - Ржев
.
И такое вы можете прочитать везде, просто надо знать - на что обращать внимание. Немцы НЕ НАСТУПАЛИ НА МОСКВУ, "потому что", и далее обычно приводятся тысячи причин - почему немцы не наступали на Москву. Например, вот как выше сказано, "потому что они наступали направо, налево, и в другие стороны", но никак не на Москву.
Вот в данной цитате упоминается о "3-й танковой группе". Поскольку термин "танковая группа" не очень понятен советскому читателю, который смолоду привыкает к словам "такая-то группа детского садика", а у нас воинские соединения назывались "бригады", "дивизии", "армии" и так далее, я буду говорить "танковая армия". Это одно и то же, а официально сия группа переименована в "3-ю танковую армию" с 1 января 1942 года, т.е. через пару месяцев после описанных здесь событий. И далее до конца войны она называлась "3-я танковая армия".
И ещё одно замечание: изначально командовал этой группой-армией генерал-полковник Герман Гот, но вот как раз с 6 октября 1941 года его перевели в Украину - командовать 17-й полевой армией, а 3-ю танковую группу возглавил, действительно, упомянутый Георг Рейнгард, до того - командир один из корпусов этой группы.
Вот почему я далее по тексту, условно называю это соединение "танковой армией Гота". Указанный выше её "поворот на Ржев" вместо Москвы - он был вообще-то не единственным. Она постоянно разворачивалась Гитлером туда-сюда, словно бы с единственной целью - не дать ей взять Москву.
По смыслу построения той цитаты, можно было бы предположить, что танковая армия Гота натолкнулась на сильное сопротивление - потому, мол, не смогла пробиться прямо к Москве по Волоколамскому шоссе, и, не солоно хлебавши, ВЫНУЖДЕННО повернула на 90 градусов на север - на Ржев этот несчастный, и далее на Тверь. Но такое предположение опровергается, во-первых, процитированной выше фразой Сталина, и вообще пониманием того - что никто им никакого сопротивления на пути к Москве не оказывал, ибо некем и нечем. Во-вторых, разработчики стереотипа поленились прописать и вбросить какую-нибудь очередную эпическую сагу о героях, не пустивших армию Гота к Москве. А просто будничным тоном сообщают, что эта армия всё время отворачивалась подальше от Москвы по приказам Гитлера.
В частности: 22 июня 1941 года, танковая армия Гота вторглась в СССР на стыке Белоруссии и Прибалтики, и повела наступление на Московском направлении, последовательно создавая Минский и Смоленский "котлы", где второй замыкающей "клешней" выступала танковая армия Гудериана (о ней - ниже). После Смоленска, немцам оставалось до Москвы 350 километров, и традиционно там не было никаких советских войск - они все погибли на территории Белоруссии и Смоленщины. Для сравнения, предыдущие 600 километров от границы до Смоленска немецкие танкисты прошли за 5 недель, разгромив десяток советских армий, очевдно у них был шанс взять Москву досрочно (напомню, по плану "Барбаросса" для этого отводились пресловутые девять с половиной недель).
И тут Гитлер принимает очередное "странное" (не для меня) решение, процитируем его по Википедии:
19 июля 1941 года, Гитлер издал директиву № 33, в которой предписывалось передать танковые соединения Группы Армий «Центр» в распоряжение Группы Армий «Север» (танковую группу Гота) и ГА «Юг» (танковую группу Гудериана).
Наступление же на Москву предписывалось продолжать силами пехотных соединений. По мнению немецких военачальников, это решение привело к задержке наступления на Москву и, в конечном итоге, к провалу плана «Барбаросса». Командующий 3-й танковой группой Герман Гот позднее писал:
"Это было полным отречением от первоначального плана — мощными силами, сосредоточенными в центре, пробиться через Смоленск на Москву. «Мощные силы» центра, состоявшие из двух танковых групп и трёх полевых армий, сократились до одной полевой армии. Обе же танковые группы — основная ударная сила — были переброшены одна направо, другая налево. Совершенно очевидно, что подобное обстоятельство противоречило принципу — наступать там, где противник более всего ослаблен".
.
Итак, после Смоленска танковая армия Гота, вместо Москвы была переброшена на север - наступать на Ленинград. Покатавшись по Ленинградской области, в начале октября 1941 года она, как ни в чём ни бывало, возвращена на Московское направление - в район Духовщины, и отсюда резко стартует на восток 2 октября - замыкая Вяземский "котёл". Слишком резко замыкает, неожиданно резко: от Вязьмы до Москвы - уже только 200 километров, это трое суток, и дальше никаких советских войск. На пути фашистских танков могли встать лишь народные дружинники, мусора и посты ГАИ.
И Гитлер снова рождает гениальную идею: зачем вообще нужна та Москва?! То ли дело Тверь, вот где подъём конкретный. И разворачивает армию Гота на Тверь (это и есть тот самый вышеупомянутый "поворот с Волоколамского шоссе в сторону рубежа Вязьма - Сычёвка - Ржев" и далее Тверь). Прочь от Москвы.
Для тех, кому не доводилось видеть карту Российской Федерации, я поясню на наглядном примере. Мы выехали из Харькова на Львов, потому что во Львове дело на миллион долларов. Но, проезжая Киев, вдруг решаем прокатиться в Одессу, делаем полицейский разворот и уже несёмся на юг по знаменитой трассе. На логичный вопрос: "а как же Львов?", невозмутимо отвечаем: "А что Львов? никто не запрещал взять сначала Одессу, а через месячишко подтянуться и ко Львову тоже". Мол, без нас не начнут.
Именно это и произошло с танковой армией Гота. Ржев лежит в 100 километрах строго на север от Вязьмы, под прямым углом к шоссе Вязьма-Москва (по которому, повторюсь, 200 километров до самой Москвы). После Ржева ещё 100 километров на северо-восток - и будет та самая Тверь, новая цель армии Гота вместо Москвы.
Иногда этот гениальный манёвр поясняют как "глубокий охват Москвы с севера" (это как охватывать Львов из Киева через Ивано-Франковск). Нигде прямо не сказано: кто или что помешало танковой армии Гота валить к Москве напрямую, без этих глубоких обходов. Чтобы потом из Твери попасть в Москву, нужно спускаться обратно на юго-восток на те же 150 километров. Получается треугольник Ржев - Тверь - Москва, с вершиной в Твери и основанием в виде дороги Ржев-Москва, т.е. Волоколамского шоссе (200 км) и сторонами Ржев-Тверь (115 км) и Тверь-Москва (150 км) - это если по-прежнему думать, что немцев вообще интересовала Москва.
Что ж, одна из формальных причин, определяющих более высокий приоритет Твери по отношению к Москве: в то время город Тверь носил имя главы СССР - Михаила Калинина, это по его имиджу, наверное, и был нанесен удар - как потом такой же бессмысленный штурм Сталинграда был ударом по имиджу премьер-министра СССР - Иосифа Сталина.
В конечном итоге, танковая армия Гота, пройдя извилистый путь, описуемый буквой "Ω" (омега) , отмеченный синей чертой на интерактивной карте, достигла определенной точки северо-западнее Москвы - это и был её последний рубеж. Почему немцев так манила именно эта точка - я расскажу в следующих публикациях.
И точно таким же извилистым был путь 2-й танковой армии - генерал-полковника Гейнца Гудериана, упомянутой выше, которая параллельно и совместно с армией Гота шла на Москву - от Бреста по Белоруссии до Смоленска, а потом. Это настолько всем известная история, что едва ли есть смысл повторяться: в июле 1941 года Гитлер вдруг сказал, что его не интересует Москва, и отправил армию Гудериана в Украину - замыкать так называемый Киевский "котёл". В конце сентября 1941, армию Гудериана вернули на Московское направление, но после всех этих пертурбаций (технический ресурс танков не бесконечен) она так и застряла под Тулой и, внимание, соседним Сталиногорском - ещё один город с символичным названием. Сейчас это - Новомосковск, и вы видите на интерактивной карте извилистый путь танковой армии Гудериана, в форме буквы "г", менее всего похожий на путь к Москве, и недалеко от Сталиногорска-Новомосковска оборвавшийся:
Итак, обе немецкие танковые армии, целенаправленно шедшие на Москву с самого начала войны в составе группы армий "Центр", вдруг (после Смоленска, в июле 1941 года) получили важные и неотложные задачи под Киевом и Ленинградом соответственно. Зато вместо них Гитлер взял и переставил на Московское направление ещё одну - 4-ю танковую армию генерала Гёпнера, которая в начале войны наступала на Ленинград и, практически, уже заехала в него - но тут последовал резкий окрик Гитлера "Питер не брать!". (и точно такой же окрик, видимо, был в отношении Москвы - но о нём ещё менее известно, зато известно о результатах - это я и пытаюсь показать).
Танковая армия Гёпнера стала единственной, которая по-настоящему шла вроде бы на Москву - но нет, она тоже смещалась в Северное Подмосковье, толкаясь левым плечом с армией Гота, в ту самую вожделенную точку на северо-западе Москвы, которую я уже пообещал раскрыть в следующих публикациях. Вот фактический путь танковой армии Гёпнера, в форме замысловатого гибрида из букв "S" и "W", менее всего напоминающий удар по никем не защищаемой Москве: она начала двигаться по Варшавскому Шоссе, смещалась на Можайское и Волоколамское, а в итоге подъехала к Москве по Ленинградке:
Таким образом, бороздя просторы Подмосковья по замысловатым маршрутам, не обусловленным сопротивлением советских войск, все три немецкие танковые армии выдохлись к вечеру 5 декабря 1941 года, а со следующего утра, ко Дню рождения Сталина, их погнали назад в ходе нашего контрнаступления, и это будет уже другая, не менее интересная история. Разрыв же между Гёпнером и Гудерианом заполняла 4-я полевая армия фон Клюге - обычная немецкая пехота, как и наша - словно бы застрявшая в эпохе наполеоновских войн: пешие солдатики с винтовками, артиллерия и обозы на конной тяге. Этих-то мы уработали на раз-два,
Бонус для тех, кто дочитал до конца: тот же самый трюк проделан Гитлером летом 1942 года, когда уже Герман Гот возглавлял 4-ю танковую армию вместо Гёпнера, с которого Гитлер после Москвы (точнее - в результате) сорвал погоны и выкинул из Вооруженных Сил, а в 1944-м вообще казнил по решению трибунала. Взяв Ростов-на-Дону, армия Гота понеслась на Кавказ - и тут получила внезапный и необъяснимый приказ Гитлера: разворачиваться на никому не нужный посёлок Сталинград. Где и благополучно погибла. Вот её "U"-образный путь на карте:
Таким образом, вместо прямого и никем не сдерживаемого удара по Москве в июле и в октябре 1941 года, немецкие танкисты описывали замысловатые траектории, смысл которых мы покажем в следующих статьях.