Дед Иван хорошо помнил время, когда Земля ещё крутилась как следует. Помнил, как она стала раскручиваться чересчур быстро и как, стремительно тормозя с визгом шин по асфальту, остановилась.
Всё произошло быстро. Сперва в новостях сказали, что закрыты музеи и театры, потом стали закрываться школы и сады. Через 5 дней все уже сидели по домам, а через 10 выходить можно было только раз в две недели за припасами. Время уже тогда замедлилось так, что тянулось невыносимо долго. По телевизору ничего про это не говорили, но не заметить это было просто невозможно. Спустя месяц Земля остановилась совсем.
Дед Иван считал, что ему крупно повезло. В кои то веки Россия оказалась в прямом смысле впереди планеты всей. Ведь Солнце остановилось именно над нашими часовыми поясами, да ещё и летом. Мир не сразу отреагировал, но довольно скоро люди с Теневой стороны Земли стали перебираться на Солнечную. Конечно, это могли себе позволить только богачи. Они бросали свои дома и квартиры, ведь продать их было просто некому, и покупали за бешеные деньги жильё в Москве и Петербурге – там было 8 утра, в Екатеринбурге – 10 утра, в Красноярске – полдень. Остальные часовые пояса тоже пользовались популярностью. Так говорили в новостях.
Вместо Лондона, который теперь всегда находился в седых 6 утра, и Нью-Йорка с его вечной ночью центром деловой активности стали наши города. Москвичи сдавали свои ветхие квартирки в пятиэтажках, которые так и не успели попасть под реконструкцию, переезжали в деревни и небольшие города и безбедно жили, занимаясь своими огородами и скромными хозяйствами. Конечно те, у кого были эти самые дачи или деревенские дома. Дед Иван тогда вспомнил свою жену, которая всегда пилила его насчёт упущенных шести соток в ближайшем Подмосковье. Теперь на деньги с той земли можно было бы жить олигархом.
Молодёжь пыталась остаться. В Новом Мире всё поменялось. Менеджеры, консультанты и другие специальности, смысла которых Дед Иван не понимал, оказались не у дел. Кто побойчее переделались в курьеров. Остальные… Ну кто их знает, куда они все подевались. Людей вообще стало сильно меньше. По улицам передвигались единицы, так что их было совершенно недостаточно, чтобы снова запустить вращение Земли.
Многим жителям со временем пришлось переместиться в более сумрачные регионы, в Европу. Там оставалось много брошенного жилья, бесхозного и никому не нужного. Без солнца практически ничего не росло, зато можно было пользоваться оставленными погребами. Запасы консервов позволяли худо бедно дожить свой век.
С тех пор как Теневая Сторона осталась без электричества, никто не знал, что именно там происходит и происходит ли вообще хоть что-то. По телевизору иногда проскакивали сюжеты об оставшихся там людях, но всё это походило на какие-то ужастики в стиле РенТВ: одичавшие племена, выживающие за счёт бесчисленных междоусобных войн за остатки съестных припасов. Дед Иван старался не задумываться, что действительно стало со всеми теми людьми, которых он привык считать капиталистическими врагами.
Дед Иван считал, что ему крупно повезло. Он сдал свою двушку паре из Лос-Анджелеса. Их западное побережье держалось дольше всех – ведь там был просто вечер. Но постепенно непорядки захватили весь материк, и им тоже пришлось уехать. Квартиру он сдал, ведь всё равно прожить на пенсию в Москве было уже невозможно: продукты и ЖКХ стоили как никогда дорого. Ну и кроме того, оставаться одному там, где жила вся семья, было жутко тоскливо.
На вырученные деньги он перебрался на Норвежские озёра. Ему нравилось вспоминать, как в детстве дед брал его с собой на охоту на Селигер. Как в предрассветный час надо было сидеть часами не двигаясь, не дыша. И вот вставало солнце, воздух начинал прогреваться, но всё вокруг ещё было заколдовано и не шевелилось. В те моменты маленький Ванька чувствовал настоящее движение жизни – когда мир замирал.
Дед Иван считал, что ему крупно повезло. На озере Мьёса всегда царил его любимый час.