Придя домой, достав ножи,
Начал рубить концы с концами.
Взглянув в глаза увидел пустоту наполненную болью.
У пустоты закончился резерв, и память опустела.
Беспамятство у всех в глазах.
Серым серо, все отсырело.
Сильнейший крик души пронзает слезы,
Боль, страдания неважно.
В них нет той пустоты, оргазма от одиночества,
Страдания от жажды слез и криков, и истерик,
Молитв неслышно. Не слышно ничего.
Лишь пустота в пустых глазах сверкая, не уходит.
Кричит и борется, и плачет, но не знает -
В пустых глазах не слышно ничего.
И даже слезы падают на землю тихо,
Не издавая молитвенного крика.
До сель не виданный разрыв эмоций,
То пустота, то боль, то их отсутствие, то снова шарлатанство
Кричащих слез, не издаивающих ни звука,
Упавших в пустоту и тишину морских потоков.
Как океана звук вдруг покинул тишину,
Как меч двух острия пронзает боль и пустоту,
Горят снега, сверкает бронза, семь звёзд и яркий свет идёт
И вот один уж звук услышать можно:
Прости меня, я грешен, каюсь
Пред тобой.
И океан, горя, светясь, сверкая, ему ответил:
Не бойся сын, ведь ты дитя мое.
Твои уставшие глаза,
Так долго копят боль и слезы.
Они не смотрят на меня,
Но я уставившись на них,
Попал в тупик без выхода и входа.
Придя домой, достав ножи,
Начал рубить концы с концами.
Нет мук сильней, чем гордо, жертвенно и честно их любить -
Глаза пустые, с красными слезами.