В июне 2014 года Максим Тесак-Марцинкевич прекратил в СИЗО голодовку. Он требовал приобщить к материалам своего дела результаты независимой экспертизы и позволить внимательно с этими материалами ознакомиться. Марцинкевича судили за три видеоролика. Во время голодовки он похудел на 43 кг. Но многие оппозиционеры до сих пор этого не знают.
Например, я, либеральный журналист и публицист, узнала об этом только спустя четыре года. Потому что я не читала националистические паблики, не смотрела НТВ и не следила за сообщениями Интерфакса. А больше о голодовке Тесака никто особенно не писал. Самым “либеральным” СМИ, сообщившем о его катастрофическом состоянии, было РБК.
Теперь Тесак умер. Одиозный, пугающий, отталкивающий, он своей смертью показал, что как и свобода должна быть одинакова для каждого, так и несвобода бывать тоже только одна на всех. Почему не сообщалось ничего о потерянных Тесаком 43 килограммах? Потому что Тесак это ведь было “Фи!” Отвернуться, плюнуть, сосчитать до десяти - а в этом время пускай его загонят под шконку. Правосудие для всех, но не для таких ребят, да? Такие должны гнить.
282-я статья - зло, клыки режима, сажать по ней нельзя, но некоторых можно. В 2007 году ст. 282 УК РФ - “Возбуждение ненависти либо вражды” была диковинкой. Хотя она существовала с самого начала принятия Ельциным Уголовного кодекса. Просто по ней особенно не сажали. И даже после ужесточения статьи при Путине до второй половины 2000-х по этой статье были осуждены единицы.
А потом вдруг Алексей Навальный пишет на Тесака донос с требованием осудить того за возбуждение ненависти и вражды - кричал нацистские приветствия на выступлении Юлии Латыниной. Из песни слов не выкинешь: сегодня Алексей Навальный приходит в Берлине в себя после отравления, а 13 лет назад он просил посадить человека за лозунги. Юлия Латынина, кстати, укоряемая в недостаточной либеральности, этому препятствовала.
А светила борьбы за наше общее будущее еще до образования Центра “Э”, до посадок “политических” по 282-й решили посадить Марцинкевича. Потому что неприятный
Тесак получил три года. “Новая газета” то ли посетовала, то ли развела руками, что суд ограничился одним эпизодом, хотя можно было набрать несколько - и все по 282-й. То есть, можно было бы дать больше, но суд не дал.
Ээээх! Тогда же, в 2007 году, все были уверены, что экстремистская статья - это для противников. А она оказалась для всех. И вот уже “Новая газета” получает предупреждение от Роскомнадзора и больше всего боится, как бы ее саму не обвинили в экстремизме.
А Тесака, если не помните потом судили за экстремизм еще раз. И еще. И еще. По экстремистским статьям он отсидел почти семь лет. Не за нападения на наркоторговцев, не за охоту на педофилов. Было за что сажать Тесака, но до последнего раза его сажали за слова, и прогрессивная публика была не против: дескать, пускай хоть так. Из обрывочных сообщений в прессе у Тесака складывался монструозный образ, никто особенно не следил, за что его сажали, но предполагали самое страшное. А Тесак сидел за нацистские лозунги, за видеоролики во Вконтакте, за книгу и отзывы о фильмах “Сталинград” и “Околофутбола”. И все это казалось нормальным ходом событий. За что он там снова сел, как его сажали, на что он жаловался - никто уже не следил. Потому что ко времени последней посадки либералы сами успели посидеть по 282-й. И вообще небо над Россией как-то вздрогнуло, схлопнулось - стало не до Тесака.
Когда сообщили о его смерти (или убийстве), вдруг появились рассказы о том, что Тесак-то в течение нескольких месяцев был потерян где-то на зонах и этапах. И что, объявившись, говорил о пытках, о желании повесить на него убийства, якобы совершенные им в 1990-е еще в подростковом возрасте. Вот, например, читаем, что адвокат Марцинкевича в мае сообщала о возможном оказании давления на подзащитного. А здесь правозащитник Ева Меркачева говорит, что Тесак не раз к ней обращался в последнее время с просьбами о помощи. И минимум с мая писал в письмах другу, что сделал “нечто такое”. Из писем понятно, что речь идет о непоправимом шаге, совершенном под пытками. Адвокат родителей Тесака Алексей Михальчик, защищавший его в 2000-х по предыдущим делам, говорит, что информация о пытках, об исчезновении Марцинкевича просочилась давно, сочувствующие ему единомышленники пытались распространять ее через паблики во Вконтакте.
Смотрите, адвокат, правозащитник, друзья знают, что человека несколько месяцев могли пытать. С это время была уже подана в ЕСПЧ жалоба. Но мы нигде ни разу не прочитали об этом, потому что не подписаны на националистические паблики.
А больше никому таинственное исчезновение в красноярских зонах Тесака было неинтересно
Смерть Тесака - кульминация многолетней моральной драмы, при которой правозащитники, почти всегда исповедующие ультралиберальные взгляды, неохотно признают политзаключенными или несправедливо осужденными людей с националистическими или радикальными коммунистическими взглядами. Я помню неловкое свое чувство, когда оказалась в 2012 году на благотворительном концерте в поддержку Pussy Riot в Петербурге - их тогда приговорили к двум годам. При этом незадолго до того 10 лет дали нацболке Таисии Осиповой. Я слушала, как наши честные, с душой наружу, рокеры говорили и говорили про Pussy Riot, и все ждала, вспомнят ли еще кого-нибудь, ту же Осипову, но нет, про нее не вспомнили. Не комм, как говорится, иль фо.
А возьмите случай “Сети”? Почему публикация данных о двух возможных убийствах на совести трех фигурантов дела резко свернула кампанию в их защиту? Ведь, во-первых, речь шла о допускаемой причастности к убийству только троих из более чем десятка. Во-вторых, разве факт пыток, которые применяли к нескольким из обвиняемых по этому делу, был опровергнут? Что изменилось с нахождением в рязанском лесу двух трупов? Ничего. Осужденные по-прежнему осуждены по политическому делу, их по-прежнему пытали. Просто защищать тех, чье имя может стоять рядом с убийством, неприятно. Права - для хороших, эта максима в условиях тотального озлобления и ненависти друг к другу стала означать, что права и их защита предусмотрены только для своих, потому что хорошие лишь свои, а чужие в представлении современного политизированного и раздраконенного россиянина - это плохие. Уроды. Нечисть, которую можно и на зоне сгноить. Или запытать до смерти.
Последние годы жизни и смерть Тесака показали, что правозащита и пресса не могут быть избирательными и выступать исключительно на стороне добра, потому что они иногда не способны разглядеть разницы между добром и общественным благом
Тесак был злом, но защищать его в трех политических процессах и писать о пытках сейчас было в интересах общества. И совести. Потому что иначе получается, что смерть Тесака - на совести тех, кто проигнорировал его сообщения о пытках, а до того - его голодовку. Так сообщение о его возможном убийстве всех всколыхнуло именно потому, что общество почувствовало свою вину. Мне хочется думать, что почувствовали все, от журналистов, которые получили на почту самодельные пресс-релизы с криками о помощи, до Навального, Марии Гайдар и Сергея Митрохина, гордившихся тем, что приложили к посадке Тесака руку.
Теперь мы узнали, почему никого нельзя сдавать по неправомерным статьям - может случиться снежный ком, который раскатает человека. Вот Тесака он и раскатал. Благородные оппозиционеры многие годы помнили, что с “этими” делать можно, что угодно, что прав для них нет. Правило так крепко было вколочено в головы, что пробить его не удалось даже сообщениями о пытках и исчезновении заключенного. И не у всех это правило выбила з головы смерть Тесака. Михаил Козырев написал кратко: гибели Тесака рад, “собаке - собачья смерть”. В комментариях журналист пояснил: “он <Тесак> оказался там не в первый раз, у него было время раскаяться и на свободе и в заключении”. Строго говоря, уважаемый Михаил Натанович, предыдущие отсидки Тесака не считаются, он сидел по политическим делам. Так что это была его первая уголовная ходка.
Вот есть Михаил Козырев на “Дожде”, есть его коллега Тимур Олевский, который тоже отметился в комментариях. А есть Тесак, на которого вешают чужие убийства.
Куда ему, его адвокатам было писать, если прогрессивная общественность приветствовала три его “экстремистские” отсидки и теперь радуется, что Тесак погиб после долгих пыток?
Кстати, а сам Михаил Козырев такой смерти не боится? Он уверен, что его-то на “Дожде” точно не схватят и не увезут этапом в Челябинск?
Мир наш устроен непросто. В нем, чтобы ты мог свободно писать о либеральных идеях, у условного Тесака должно быть право писать о русских, а у Симоньян - радоваться Крыму. В этом мире судить хороших людей по политическим статьям перестанут лишь тогда, когда не будут сажать по ним и Тесака. Пытки, пресс-хаты, 282-я либо для всех, либо ни для кого. И собачья смерть - тоже.
Неслучайно многие в нашей стране не поняли, почему американцы вступились за убитого полицией Джона Флойда: уголовник-рецидивист, да еще, вроде как, под наркотой. А американцы просто знают, что убивать на дороге нельзя никого.
Какой бы ни был Тесак, но он был человек и имел право сидеть лишь за то, что совершил… И дело здесь не в гуманизме. Случай Тесака - тест для всего общества. И не на человечность, нет. Это тест на гражданственность. Только зрелый гражданин с современными правовыми ценностями понимает, что никого нельзя сажать за слова и пытать за чужие преступления, иначе сажать и запытывать до смерти будут всех.
В комментариях к новости про смерть Тесака пользователь по имени Грегор Б. написал: “Десять лет назад, никогда бы не подумал, что меня может заставить сочувствовать таким разным "экстремистам" как Стомахин, Энтео, Тесак... То ли люди меняются, то ли режим равняет…”
Да, равняет. 10 лет назад этот Грегор Б. наверняка думал, что режиму не помешает со всякими этакими и пожестче. А потом понял, что пресс опускается на всех равномерно и выбираться из-под него надо всем вместе. Нельзя оставить чудовищу Тесака, а самим выскочить. Так не получится.
Если вы считаете этот текст общественно важным, можете перевести автору любую сумму по этой ссылке
------------------------------------------------------------------------------------------------
Подписывайтесь. Это запасной канал публициста и писателя Анастасии Мироновой. Здесь я буду выкладывать длинные тексты, из-за которых на основном канале можно попасть под цензуру или обрушить карму. Первый канал для легких историй