В воскресенье 13 сентября Иркутская область, как и еще 17 регионов России, выбирала губернатора. Впрочем, про то, что область выбирала, — сказано слишком громко… Явка на выборы составила лишь около 32%.
Основная борьба велась между провластным самовыдвиженцем Игорем Кобзевым и кандидатом от КПРФ Михаилом Щаповым.
Кобзев — МЧС-ник и «варяг» из Воронежа, Щапов — хоть и местный, но бывший ФСБ-шник. Выбор, как говорится, из двух зол. К слову, ни один из кандидатов в губернаторы не смог заслужить и получить поддержки «умным голосованием».
По данным избиркома голоса распределились следующим образом: за Кобзева — 60,79%, за Щапова — 25,5%. Справедливости ради, условно вернем Михаилу Щапову 4,33% — голоса, которые отобрал у него кандидат-спойлер Щадов.
Однако с учетом явки несложно вычислить, что главой региона Игорь Кобзев избрался при поддержке всего лишь 19,5% иркутян.
Выходит, что всё предвыборное состязание Кобзева и Щапова проходило, грубо говоря — в песочнице, ведь 2/3 избирателей вообще не пошли голосовать.
Что двигало жителями Приангарья, решившими остаться дома?
Стратегия Игоря Кобзева на этих выборах мало чем отличалась от стратегии любого провластного кандидата в любом другом регионе страны. Михаил Щапов выступал в роли умеренного оппозиционера: поднимал актуальные для Иркутской области проблемы, при этом в ходе кампании подчеркивал, что будет решать их в диалоге с Кремлем. Также Щапов активно давил на то, что он в отличие от приезжего Кобзева — местный. Положительно можно оценить и яркую предвыборную кампанию, которую Михаил Щапов вел в социальных сетях. Этого оказалось мало, чтобы мобилизовать протестно настроенного избирателя, судя по итоговому распределению голосов. Возможно, чтобы побеждать в новых условиях, кандидату необходимо было вести себя более смело.
Но больше и нагляднее о ситуации в Иркутской области говорит явка. Она показала, что среди участников губернаторских выборов в принципе не оказалось кандидата, отвечающего интересам и чаяниям народа.
Действительно, не один из кандидатов в своей программе не заявил о пересмотре отношений с федеральным центром по налогам – чтобы большая часть поступлений оставалась в бюджете области, ни один кандидат не выступил за расширение полномочий местного самоуправления и не заявил в голос о необходимости введения мер защиты предпринимателей из области от экспансии крупного бизнеса московских олигархов.
То есть действительно важные для региона вопросы и проблемы в прошедшей избирательной кампании оказались не озвучены, а способы их решения не предложены.
Появись на выборах кандидат с реальной программой в интересах региона — кто знает, как сложилась бы гонка. Можно предположить, что расклад по итогу голосования был бы совершенно иным.