В начале июля я решилась на лучевую терапию: вместе с хирургом мы решили сжечь очаг, направив на него максимальную дозу и сформировав фиброз.
Отлежав на аппарате три положенных сеанса, я побежала к своему врачу и спросила:
- А что теперь?
- А теперь я очень надеюсь, что Вы поправитесь - улыбнулся мой прекрасный хирург (его имя, если что, я изменила, но хирург он действительно прекрасный и специалист редкий. А за эти слова, его дела и надежду я всегда буду ему благодарна).
Из корпуса я летела на крыльях. Я думала, раз он дает шанс, значит, шансы есть. Пока ряд других докторов не убедили меня в том, что он ошибается.
Рак коварен тем, что ведет себя как хочет, попадая в кровь. Месяц - и я лежу с безумной температурой. Еще две недели - и со мной ничего (от слова совсем) не делают в больнице на Гастелло. Еще две недели, и я обнаруживаю много-много метастаз в своем мозге, которые слава Богу, облучают на гамма-ноже.
Иван Андреевич ошибся. Хотя мне бы так хотелось, чтобы именно он был прав. Сформировав фиброз одной опухоли, лекарствами дальше мы не смогли устранить метастазы в печени, голове, легких, кровохарканье и прочий кошмар, от которого не осталось сил ни у кого.
Появились новые врачи, с которыми стало проще разговаривать и контактировать, чем с крутейшим хирургом Песочки. Хотя я все еще скучаю по его манере быстро бежать, ничего не объяснять и не ждать меня хромающую с костылем. С Иваном Андреевичем было легко и спокойно. И уверенно. Даже когда самому ему было страшно.
Я часто спрашиваю себя о лучевой терапии: стоило ли делать ее? Ведь по сути рак попал в кровь, и, как говорит, мой любимый злой онколог, пока он меня не прикончит, он не успокоится.
И тут я вспоминаю Блока. Вы помните поэму "Двенадцать"? Как она заканчивается?
... Так идут державным шагом —
Позади — голодный пес,
Впереди — с кровавым флагом,
И за вьюгой невидим,
И от пули невредим,
Нежной поступью надвьюжной,
Снежной россыпью жемчужной,
В белом венчике из роз —
Впереди — Иисус Христос. (с)
Мало кто знает, что Иисус Христос у Блока родился неожиданно и вставлен для надежды, с верой в Отечество. В то, что придет в нашу страну прекрасный человек и спасет нас всех от того, что было. А изначально было так:
... Так идут державным шагом —
Позади — голодный пес,
Впереди — с кровавым флагом,
И за вьюгой невидим,
И от пули невредим,
Нежной поступью надвьюжной,
Снежной россыпью жемчужной,
В белом венчике из роз —
Впереди — ИДЕТ МАТРОС...
Не было там впереди никакого Христа, были молитвы и надежды. Так с чего же я решила, что мои врачи - из конечного варианта поэмы?
Да, с лучевой терапией я рискнула, и я проиграла. Но если бы выбор встал еще раз, я бы все равно пошла к Ивану Андреевичу. Скажите, Иван Андреевич, Вы же были когда-то матросом? А Вы, доктора, которые пророчат кошмар, когда-то были Христом?
Моя форма до сих пор работает плохо, но если вы хотите меня поддержать мой номер кошелька: 410019038203252
При желании также подписывайтесь на мой инстаграм.
