Вот документальное доказательство.
Текут добры молодцы вотчины вспять.
Трущобы трещат — и пусты деревеньки.
Пошто бы им загодя джинсы не дать?
По сей промтовар все идут в деликвенты.
Восход малолетства задирчив и быстр:
тетрадки да прятки, а больше — рогатки.
До зверских убийств от звериных убийств
по прямопутку шагают ребятки.
(«Хожу по околицам дюжей весны…». — Сб. «Сад», 1987).
Деликвент — по-латински преступник, ср. corpus delicti — состав (тело, если буквально) преступления.
Кстати, российские деревни, во всяком случае — средней полосы, к примеру в Ивановской области, уже давно спились и теперь тихо умирают. Шуметь уже некому.
Но одной из определяющих тем поэзии Изабеллы Ахатовны является цвет и цветы, как носители природной цветности. О сирени и черёмухе — даже непомерно много. Впрочем, это у кого какой поэтический аппетит и литературный вкус. Но вот следующее четверостишье, на мой вкус, превосходно.
Анютиных дикорастущих глазок
Здесь вдосталь, и, в отсутствии Анют,
Их дикие глаза на скалолазов
Глядят, покуда с толку не собьют.
(«Вошла в лиловом в логово и в лоно…» — Сб. «Сад», 1987).
Тут особенно хорошо, что привычные социально-сексуальные роли поменялись, и уже не юноши глазеют на девушек, а наоборот. Всё это чревато излишне слабой сообразительностью сильного пола и срывом его со скалы. Летит в тартарары под диким взглядом. Молодцы анютины глазки, хоть и дикие!
2013.03.11.
Первопубликация: https://www.facebook.com/notes/максим-бутин/342-социальность-ахмадулиной/506045126231745/