Сердце разбивается, когда, чрезмерно расширившись под теплым дуновением надежды, оно вдруг сжимается от холода реальности!
Александр Дюма, «Граф Монте-Кристо»
С самого детства Геннадий Кривошеин подозревал, что его родители ненастоящие. Все ходил, присматривался. Ждал, не запрозрачнеет ли вдруг на фоне окна отец, не просквозит ли острый лучик света через мать. Иногда Генке казалось, что забеги он неожиданно за родительские фигуры, там, с той стороны, окажется плоский пыльный картон.
Родители у Генки были большие и сонные, вялые, как будто больные. К Генке они всегда оставались спокойно-равнодушны, и мертвые вещи, видимо, интересовали их куда больше, чем сын. Будучи подростком, Генка иногда специально провоцировал родителей, хулиганил и дурил, пытаясь пробудить в них хоть какие-то человеческие чувства —. раздражение, злость. Но это был напрасный труд. Родители глядели на Генку равнодушными застывшими глазами (мать — карими, отец — мутно-голубыми) и молчали. В конце концов Генка понял, что старается зря, и навсегда успокоился.
Школу Геннадий закончил хорошо, хотя умом не блистал — просто ему было все равно, чем заниматься. Пока его сверстники бегали за девчонками и занимались иными делами юности, Гена сидел дома и тупо, не понимая смысла, долбил школьные предметы. Сдав выпускные экзамены, Гена вдруг осознал, что ему совершенно нечего делать. Подавать документы в институт он не стал — просто не смог выбрать ВУЗ — и поэтому до самой осени пролежал на диване, уставившись в потолок. А потом совершенно случайно увидел в газете объявление о том, что городскому драматическому театру требуется монтажник сцены.
Что-то вдруг колыхнулось в его душе, будто медленная глубоководная рыба повела хвостом. Геннадий позвонил по указанному в объявлении телефону и записался на собеседование. Его приняли без лишних вопросов. Так Геннадий Кривошеин стал работать в театре.
За сценой, среди густой пыли и плоских фанерных декораций, он чувствовал себя в буквальном смысле как дома. В театре все было ненастоящее, насквозь фальшивое, и Кривошеину это нравилось — театральная ложь даже не пыталась прикинуться правдой, а потому вызывала уважение. Работал же Геннадий Кривошеин на совесть — приходил вовремя и трезвый, никогда не отказывался помочь, ни с кем не скандалил и не дружил. Все как-то сразу стали воспринимать Кривошеина неотъемлемой частью театра, такой же, как занавес или, скажем, суфлерская будка.
Шли годы. Однажды Геннадий Сергеич Кривошеин, вернувшись домой с работы, вдруг понял, что уже давно не видел своих родителей. Он обошел комнаты, но ни отца, ни матери нигде не оказалось. Куда они делись, Кривошеин так и не узнал. Да он и не задавался этим вопросом, если говорить честно. Он вообще не задавался вопросами с тех пор, как окончательно разочаровался в окружающем мире. Утром Геннадий Сергеич поднимался с кровати, быстро, но тщательно умывался, съедал бутерброд с колбасой и шел, не глядя по сторонам, в театр. Вечером он возвращался с работы, ужинал, а потом садился на стул и сидел так неподвижно до тех пор, пока не наступала ночь и не приходило время спать. А потом снова наступало утро. Никаких снов Кривошеин уже много лет не видел — просто закрывал глаза, а потом открывал их на следующий день.
Все бы так и шло своим чередом, если бы в театре не сменился директор. Этот новый директор имел племянника, которого нужно было трудоустроить. В результате Геннадия Кривошеина уволили из театра, а племянника взяли на кривошеинское место.
Выслушав новость об увольнении, Г. С. Кривошеин пожал плечами, сходил в бухгалтерию за расчетом и отправился домой. Не зная, чем заняться, и не умея распорядиться свободным временем, Кривошеин уселся на стул и так просидел до самой ночи. Наутро он, позавтракав без аппетита, снова сел на стул и замер в неподвижности. Так прошел один день, другой, третий... К вечеру четвертого дня Геннадий вдруг покачнулся на стуле и упал на пол.
Если бы в этот момент в комнате находился кто-то еще, он заметил бы, что гражданин Кривошеин удивительным образом лежит на полу совершенно плоский, как лист фанеры.
Еще рассказы для вас:
- "Сказка про дедушку и голубицу"
- "Лед"
- "Веселый попутчик, или с чего начинается путешествие в тысячу ли"