В детстве я очень любила читать. Читать меня научили ещё до школы. И я с упоением вслух ( думаю, очень громко) читала. Старший брат не выдержал первый. Объяснил, что читать можно и «про себя». Самое сложное в этом объяснении то, что читать надо не «про меня», а «про себя». Читая «про себя», поначалу забывалась, и переходила «в голос». Тут же слышала: «Мара!!!» (почти ласковое производное от Марина).
Отношение со сверстниками не всегда складывались хорошо. Отдушину я находила в книгах. Книгу в 100 страниц могла прочитать за день. А учебник по чтению прочитывала в тот же день, как получала.
Это была так давно, что кажется не в этой жизни. Учебник тогда назывался «Родная речь», а урок – чтение. Просто чтение, обычное такое чтение - без претензий. Мой любимый урок. И учительница Светлана Петровна тоже была любимая. Она нас «доучивала», хотя уже была на пенсии. Без амбиций, с мудростью, пожившего человека, Светлана Петровна учила нас считать быстро, писать без ошибок, решать задачи так, как будто отгадываешь загадку или головоломку. А ещё на уроках чтения читала нам вслух. Её чтение без крика, без надрыва, как рассказ близкого нам человека. Не буду писать (но как не написать), как класс замолкал до звенящей тишины. И нет не из уважения к учителю или нашей воспитанности. Просто нас в этот момент не было в классе, мы путешествовали с рассказами Бориса Житкова. В лесу «почти подслушивали» разговоры птиц и зверей с Виталием Бианки. Сопереживали или осуждали сверстников в рассказах Нины Артюховой.
Так ненавязчиво урок чтения учил нас общаться, дружить, быть добрыми и смелыми. Да может быть где-то наивно и прямолинейно, но! соответствуя возрасту. Вместе с ним мы путешествовали по миру во времени и пространстве. (Кстати, такую попытку попробовали воплотить в своем учебнике «Литературного чтения» господа Бунеевы. Но, на мой взгляд, не удачный, в отрывках «мёртвый» выбрали материал.)
На уроках чтения происходило комплексное ( модное сейчас в школе слово) воспитание, развитие, обучение. САМИ ПРОИЗВЕДЕНИЯ ТАЛАНТЛИВЫХ АВТОРОВ ненавязчиво душевно оставляли след (добрый или умный) в душах детей. Спасибо авторам учебников, так подобрать произведения, тоже нужен талант.
Сейчас в начальной школе предмет называется «литературное чтение» с акцентом на слове «литературное». В ходе урока учитель конечно же задаёт детям вопросы на осмысление текста. На если учесть что, часть детей не имеют навык беглого чтения ( читают по слогам, с ошибками) они ( дети) остаются глухи и безучастны к чувствам и мыслям, которые хотел передать автор. Ученики ( учителя, методисты) рассматривают текст рассказа, сказки, стихотворения как материал, как упражнение. На основе которого они тренируются в чтении, учатся делить текст на части (Зачем?! Что бы запомнить или воспроизвести, так это универсальное действие больше необходимо на уроке окружающего мира). Дальше больше, в каждой части раскромсанного текста мы ищем, выделяем эпитеты, сравнения, признаки жанров, образные выражения итд и итп.
Текст литературного произведения ( зачастую дан уже отрывок) продолжаем «кромсать» на части, «выковыривать- искать» и в результате такого безжалостного расчленения ( нет другого слова) делаем вывод: описанием хмурого утра автор ХОТЕЛ передать подавленное состояние своего героя. И ключевое слово здесь ХОТЕЛ. Хотел, а вот передал ли?! Ведь зачастую это «передача» происходить в первые минуты , секунды восприятия текста. А не через подробный анализ .
Когда подобным образом мы анализируем текст, мы похожи на ПАТОЛОГОАНАТОМА, который работает уже с мёртвым телом. Никак не хочу обидеть людей этой профессии, но давайте задумаемся. Цель вскрытия – обнаружить причину смерти или узнать строение. Да, и это кому-нибудь необходимо, например будущему литературу (чтобы его произведение было живым и радовало сердце и ум читателя) или критику (позвольте назвать его литературным доктором), но не мне. Я хочу общаться с «живыми» книгами, улыбаться, плакать или спорить с ними.
Выводы никакие делать не буду. Очень спорная и больная тема. Жду помидоров и тапок. Но вдруг, я не одна так думаю. Напишите.