Представьте себе, что вам предстоит поход в суд по какому-то делу: то ли из-за драки с соседом, то ли оскорбили вас.
По совету друзей вы нашли адвоката, который потребовал гонорар, сопоставимый с вашей годовой зарплатой. Вы говорите, что подумаете, а сами немедленно бежите к другому защитнику и с облегчением заключаете с ним приемлемый договор. Какое же удивление может вызвать у вас в суде появление «дорогого» служителя юридической общественности, выступающего на стороне вашего процессуального противника. Допустим, что ваш недорогой адвокат советует вам по доброму уладить спор, оплатить соседу его издержки в связи с лечением, моральный вред, признать свою вину, поскольку «повинную голову меч не сечет» и уйти из суда домой своими ногами. Вы соглашаетесь, но не тут то было. Ваш несостоявшийся адвокат требует от вас крови, зуб за зуб, око за око и никаких моральных преференций- один рубль, чтобы другим не повадно было в пятницу вечером, будучи в нетрезвом состоянии на справедливое замечание соседа, что каждая пьянь будет здесь кудахтать, вы распустили руки и теперь только тюрьма может вас исправить.
Затем вашего соседа с адвокатом приглашают на федеральный канал и вы узнаете, что ваш дед служил в контрразведке батьки Махно, что ваша мать похищала колоски с колхозного поля, а сами вы, в свободное от пьянства время, во дворе в мегафон читаете стихи какого-то подзаборного поэта Орлуши и очень не любите нашего президента.
Участковый, которого вы никогда в глаза не видели, по требованию какого-то проходимца , возглавляющего существующую только на бумаге федеральную службу по борьбе с коррупцией, почти ФСБ, после опроса соседей делает вывод, что вы являетесь ассоциативным типом и подлежите высылке за 101 километр от Москвы.
- Что вы просите у суда?- заботливым голосом спрашивает вашего соседа судья.
- Пять лет колонии со строгим режимом,- твердо отвечает потерпевший.
И вы получаете свои пять лет, едете в СИЗО, проклинаете тот день, когда связались с потерпевшим и ждете справедливости уже от апелляционного суда.
Такой приговор на адвокатском сленге именуется «приговором с подпорками или костылями», когда роль этих самых «костылей» играют что угодно: взятка судье, совет начальника судьи, передача в телевизоре и т.д.
Что-то подобное и случилось в Пресненском суде г.Москвы по делу Михаила Ефремова, когда судья вместе с адвокатами «бортанула» гражданскую жену Сергея Захарова, когда уже после приговора выяснилось, что участковый с каким-то проходимцем передали адвокатам липовую справку о том, что Ирина Стрехова, якобы, сдавала жилье Захарову, койко-место, и не может быть признана потерпевшей, когда суд не допросил в суде этого участкового и тех, кого он опрашивал, потому что очень спешил: телевизионные каналы требовали закончить это дело в самый короткий срок.
Уже после приговора выяснилось, что к делу ни на следствии, ни в суде не была допущена организация, которой принадлежал автомобиль, управляемый Захаровым и этот автомобиль восстановлению не подлежит.
А ведь они тоже по закону должны были участвовать в суде и на следствии, требовать от виновного возмещения материального ущерба, высказывать свое мнение о наказании и т.д.
Журналисты, вместо следствия, суда и адвокатов, выяснили, что жена Захарова в исковом заявлении от 18 мая 2020 года указала, что не имеет с ним брачных отношений с 1994 года и просила расторгнуть брак.
Теперь перед Мосгорсудом предстал «приговор на костылях», который нужно каким-то образом преобразовать в приговор, отвечающий законности.
Возможно, апелляционная инстанция уберет все «огрехи» судьи Абрамовой. Но будет ли при этом вынесено частное определение в адрес этой судьи, пренебрегшей своими обязанностями в поисках истины и справедливости - это вопрос.