Конечно, ее гламурные фотоколлекции мало напоминают этот снимок. Но, видимо, она наткнулась на него, листая старые издания в поисках новых идей.
И Екатерина Рождественская высказалась у себя на странице в ФБ:
Старая фотография 50-х. Женщина идет из магазина, несет что-то в авоське. Захотела попить, полезла в карман за мелочью. Совсем не старуха, лет ей не так уж много, от силы, 55-60... Ничего особенного. Но как можно было так выглядеть? Не поверю, что это вся ее одежда. Это просто другая психология. Уверена, ей неловко было даже подумать, что можно перед выходом в люди посмотреться в зеркало, причесаться - нет, она же рабочий человек! Не до того тогда вроде как было, другим жили, о другом думали. Вот и выжигали в себе женственность, - ни мужчин, ни женщин, просто работники. Но чтобы до такой степени себя не уважать... Не понимаю. Хотя сегодня могла бы быть в тренде)).
В каких условиях росла Екатерина Рождественская? Мы с ней почти ровесницы. Значит, помним что-то общее о молодости наших матерей.
Итак, её биографическая справка.
Юная Катя ходила в литфондовский детский садик. С семи лет изучала английский язык. С девятого класса мечтала стать врачом, но к окончанию школы приняла решение поступать в МГИМО.
В 1979 году окончила его по специальности «международные отношения». В институте выучила французский язык. После института работала на Гостелерадио СССР, где занималась переводами иностранных передач на русский язык. Потом трудилась переводчиком художественной литературы. В 1985 году вместе с мужем отправилась на три года в Индию, куда его направили на работу в корпункт Гостелерадио СССР.
Ну, дальше известное увлечение фотографией, потом дизайном одежды, бренд, посвященный отцу «ROB-ART by Katya Rozhdestvenskaya».
Мы жили в одном городе, но в разных мирах. Отец, командир стройбата, приезжал домой раз в неделю. Гражданской одежды у него практически не было. Наоборот, братья часто носили его салатовые форменные рубашки за неимением лучшего. Бабушка, приезжавшая к нам время от времени из алтайской Карагайки, носила в основном вещи, пошитые собственным руками (и кукол мне шила из холста), плюшевую кацавейку и полушалок. Когда приехал дед Дементий, и отец повел его во Дворец съездов, он с гордостью достал белые праздничные валенки и надел их вместо черных. Незабываемый момент в истории нашей семьи!
Мама окончила офицерские курсы кройки и шитья. В доме был настоящий женский манекен на ножке. С большими округлыми формами. Гонялись за выкройками, рисовали их сами на миллиметровке. Даже платье на выпускной сшила мне мама. И все удивлялись.
Но когда подряд женились оба брата, маме пришлось забрать страховку, которая была у нее чем-то вроде сберкнижки. (На самом деле по нашим пятиэтажкам ходила душевная страховщица, они любили с матерью поболтать на кухне. Вот она ее и уболтала, и заходила потом на чай каждый месяц.) Но все равно после свадеб я оказалась без осеннего пальто. И мне принесла его соседка сверху - моя учительница биологии. Не скажу, что мне нравилось это пальто, тем более в нем уже походила ее подросшая дочка. Но было холодно. И спорить было не о чем.
Еще вспомнился мне фильм "Отчий дом", который я очень люблю.
Видимо, Рождественская его не смотрела или не поняла.
Помните, в самом начале героиня Людмилы Марченко, столичная девушка, с ужасом узнает, что она приемная дочь. А настоящая ее мать живет в деревне. Раздается звонок, приходит, она думает, как раз такая женщина. Молочница с бидоном. И Таня сразу смотрит ей на ноги, медленно поднимая глаза.
Она поедет в деревню в своих красивых платьишках и туфельках. Абсолютно в тренде. Будет смотреться в зеркало и блюсти женственность. Свою мать не сразу поймет и примет. Даже после того, как увидит портреты на стене и, наконец, удосужится спросить деда, кряхтящего на печке - кто это.
И узнает, что это ее братья и отец. Никто из них не вернулся с войны.
Она у своей деревенская матери - в стоптанных сапогах, полушалке, пошитой руками одежке - осталась одна.
Деревенская женщина с натруженными руками, не "в тренде", в старом пиджаке с мужниного плеча, не скажет ей ни слова. Только горько вздохнет у порога, застав этот миг.
Фильм 1959 года. Того времени, из которого Рождественская вытащила снимок.
И оскорбила наших матерей.