2. Вот где собака-то зарыта!
Она нервно ходила за моей спиной. Было неприятно, что за спиной. Напрягало и то, что она явно нервничает, а я не знаю, почему.
Я застала её в странном то ли настроении, то ли состоянии. Вся встреча проходила странно. Вроде бы всё нормально: её дети гуляли, дома были муж и свекровь. Муж пригласил меня за стол. Свекровь, приветливо улыбнувшись мне, ушла в дальнюю комнату. Мы разговаривали, но Татьяна в разговоре не участвовала и к столу не приближалась. Она заняла позицию за моей спиной. Я её не видела, но знала, что она непрерывно ходит. Даже не ходит, а мечется от стены к стене.
Это меня напрягало. Мало того, что было неприятно, что она устроилась за моей спиной, но и такой непоседливости в детстве я за ней не замечала. И эта её молчаливость… «Может быть, ссора в семье произошла? Нервничает!»- предположила я. – Посижу немного, неудобно убегать сразу». Обстановку старательно сглаживал её муж.
Вбежала девочка-подросток. Это её дочка. Увидев полный пакет конфет, радостно вскрикнула и спросила: «Можно я конфетку возьму?» Её появление послужило толчком. Когда дочь ушла, Татьяна заносчиво обратилась ко мне: «Вообще-то я считала, что мы с тобой пойдем на кладбище, а не у меня дома будем. Вставай! Пошли!».
Посещение усопших родственников – дело чести каждого, но вечером идти на кладбище?! «Ничего себе ты придумала! Зачем тогда на вечер меня пригласила? Кто же ходит вечером на кладбище? Я не пойду! – чётко ответила я. Мой отказ вызвал у ней замешательство. Это понятно. У неё были другие планы. Я всё больше разочаровывалась: «Ничего себе! Что это с её настроением? Сама пригласила. Почему всё так?» Я её не понимала.
Через какое-то время, она активно и с вызовом заговорила: «Ты помнишь, мои родители ссорились, и вы всей семьёй пришли мирить их?» Конечно же я помнила. Мы жили в двухквартирном доме. Её семья – наши соседи. Отношения между семьями не были очень близкими. Просто спокойно общались. Однажды ночью мы проснулись от ругани в той половине дома. Шум был сильный. Родители побежали успокаивать взрослых, а я метнулась к рыдающей подружке. Мне не удалось её успокоить. Ещё и у моих родителей возник по возвращении домой какой-то неприятный разговор. Папа растерянно удивлялся чему-то, а мама сердилась. Я, ни о чем не задумываясь, уснула.
Ссоры у соседей были обычным явлением. Но как это может объяснить её сегодняшнюю агрессивность?
-Ты же знаешь, что папка постоянно ревновал маму!- продолжала подруга.
Я возмутилась: «Так мы с тобой сейчас будем родителям косточки перемывать?! Знаешь, что? Как умели, так и жили. Нас растили! И не нам их судить!»- резко ответила я. - Я не буду о них говорить»!
-Так он же к твоему отцу её ревновал!
- С чего бы это вдруг!? – удивлённая воскликнула я. Мне приходилось наблюдать, как другая наша соседка охотно использовала повод для общения с ним. Он отвечал учтивой приветливостью. Дети, кажется, заняты своими делами, но видят очень многое. Однако, наблюдать его желание общаться с её мамой мне не приходилось.
- Ну, посмотри, на кого я похожа?- настаивала подруга.
Я молчала, не понимая, к чему она спрашивает. Ведь очевидно, что её старший брат и она ярко похожи на своего отца! Сестра была совсем другой.
- Говорили в вашей семье, на кого я похожа? - агрессивно, доходя почти до истерики, наступала она. - Что в вашей семье говорили, на кого я похожа?
- Да! Говорили! «Надо же, как Наталья на бабу Сину похожа: и лицом, и фигурой!»
- Откуда ты её знаешь? -поперхнулась от неожиданности Наталья.
-Так мы с тобой в детстве приходили к ней! Она жила в маленьком домике. У неё очень болели ноги, и ты приходила, чтобы принести ей воды. Ты была доброй девочкой!
Но мой рассказ разозлил её. «Прекрати!» - закричала она чуть не рыдая.
Теперь я начала наступление: «Чья родственница – баба Сина? Твоей мамы или папы?» Её мама была маленького роста вертлявой хрупкой женщиной с игривым характером. А Наталья и баба Сина –среднего роста с некоторой полнотой и спокойным поведением женщины. Мне пришлось повторить вопрос. После молчания Наталья ответила: «Это сестра папиной мамы». И тут же возобновила своё наступление на меня: «Почему тогда он её ревновал!»
- И что? Ты считаешь, что родилась от моего отца потому, что твой отец ревновал маму? Разве всегда женщина рождает детей от того, к кому муж её приревнует?
Она быстро взглянула на мужа, смутилась, и стало понятно, что вопросы ревности в их семье актуальны. Татьяна молчала. Мне пришлось повторить вопрос: «Если муж ревнует, значит это, что дети не его?» «Конечно, нет»- наконец пробормотала она.
- Может быть, просто твой отец был ревнивый.
-Не смей говорить о моих родителях! – пришла в ярость она. Она готова была броситься на меня, как в детстве, с кулаками, и удержал её взгляд мужа.
-Ну, извини! Ты сама начала этот разговор.
У меня не было ни малейшего желания продолжать общение и выслушивать всякую ересь, основания для которой не было.
Каждое событие фиксируется в нашем сознании, вернее даже бессознательно. Это похоже на якорь. Тиггер – такой якорь, который бессознательно активирует прожитые эмоции, когда само событие забыто. Подруга встретила меня и сработал спусковой крючок, запустивший негативные воспоминания, которые вызывали злость, ненависть.
Ко времени назначенной ею нашей встречи тиггер довел её до сильнейшего нервного переживания. Через полтора десятка лет тиггер запустил по новой переживания, боль, которые она испытала в детстве. Её поведение к вечеру стало неадекватным, неприемлемым.
Я испытала не только сильное разочарование, но и недоумение. Меня начинали злить её нездоровые фантазии. Надо прекращать разговор, пока моё терпение не лопнуло.
- Постой! Я пойду с тобой!- неожиданно услышала я за спиной требовательный голос подруги и поняла, что у этого разговора будет продолжение.
Хотя, о чём нам говорить? Всё и так ясно! Мне казалось, я теперь знаю причину странного поведения «подруги»: она поверила сценам ревности, которые наблюдала в детстве. Она поверила в порочность своей матери! Но тогда продолжение разговора не требуется. Всё выяснили!
Так почему же она снова за моей спиной?!
«Дамоклов меч какой-то», - подумала я.
А её тиггер не отпускал. Ненависть не покинула её и вряд ли когда-нибудь покинет.
Продолжение следует.