– Евгений Германович, хочется спросить о вашей новой книге, которая наконец-то доступна читателям именно в бумажном варианте: «Сестра четырех». Под обложкой этой книги читателя ждут целых четыре пьесы. И вопрос, который просто напрашивается, – как вам роль драматурга?
– Вы знаете, скажу честно, не моя вроде эта роль, потому что я не испытываю амбиции быть каким-то значительным драматургом. Это драматургия? Да, формально. Но если разобраться, то это драматургия прозаика и в каком-то смысле это диалоги, которые присутствуют и в прозе.
Есть такой жанр «пьесы для чтения». Допустим, Бернард Шоу, где конфликт не очень силен, а конфликт для пьесы важен, но у него нервное кружево диалогов превосходное, и за счет этого он стал совершенно великолепным драматургом и до сих пор не сходит со сцены.
Я – прозаик по призванию и по убеждениям. Но иногда мне хочется, если хотите, в рамках прозы производить какие-то эксперименты. Например, у меня в голове существует какое-то прозаическое произведение и я начинаю отсекать от него все, как мне кажется, лишние части и оставляю диалог. То есть я отправляю в «мусорную корзину» портреты, пейзажи и прочее, остается лишь диалог.
Почему диалог? Потому что это очень мощное средство. Диалогом всего не выскажешь, это понятно, поэтому я и пишу романы, где высказываю все, что хочу выразить. Но вместе с тем, диалог – это наиболее непосредственное, это от сердца к сердцу, от уст к устам. И поэтому я, даже не будучи драматургом, вовсю хочу использовать диалог, раскрыть его возможности. А в периоды необычные, как, допустим, сейчас, это ведь явно не обычное время с этой пандемией, – слово, беседа, диалог – это наиболее оперативный способ общаться с читателем. Этим я и занимаюсь.
– А что объединяет эти четыре пьесы: «Сестра четырех», «Пародист», «Музей» и «Микрополь»?
– На всякий случай упомяну об авторе. Во-вторых, в большей или меньшей степени эти пьесы написаны в духе абсурда, потому что часто в нашей реальности возникают такие вещи, которые иначе как методами абсурдистскими не опишешь. И я в общем неплохо отношусь к абсурдистской пьесе и пытаюсь работать в этом ключе. Пожалуй, это главное, что их объединяет.