Из моей поэмы сияй. Глава Метаморфозы
Метаморфизируясь, ты будешь постоянно испытывать внутренний недуг, вследствие «уничтожения» старого состояния восприятия действительности, путём замещения на новое, не конгениальное к предшествующему – способного к существованию в грядущем.[1]
[1]Особенно при изначальном устремлении идущего к первичному, исконному, живущему внутри него самого, а не на стороне. Т.е. к Богу. Его не сыскать ни в одной религии, ни одной церкви и ни одном вето, гласящем о высоком, незыблемом, потустороннем.
Его не сыскать нигде, кроме как не в самом себе, пробудив внутренний зов свободы сквозь акт созидания во имя нечто величественного вкупе вдохновенной силой, дарованной именно с этой целью.
Духовное развитие так или иначе не должно превалировать над материей здравого смысла, посему не стоило вдаваться в крайности покуда нет чёткого представления о возможной грани, сдерживающей две враждебные стихии.
Но и сидеть на месте, сложа руки, категорично возбраняя потустороннее, якобы не присущее, вследствие иного мировоззрения не стоило. Нынешнее «эго-Я» этого безусловно не позволит – понять то, чего пока у Вас нет; но это вовсе не означало, что этого в действительности нет.
Речь об особом чувстве свободы пробуждённого, но уже не эго-Я; не граничащего с нынешнем представлением о мировосприятии. Особенно это касается молодого эона, «прибывшего» сравнительно недавно.[2]
[2]В силу определённого канона, дозволяющего излагать сей слог, не могу постоянно оперировать иносказательным, уточнив откуда прибыло и зачем. Ибо это преждевременное введёт в неосознанное, неконтролируемое заблуждение, вследствие врождённой детерминированности ума отвергать любое, что так или иначе противостоит устоявшейся картине мира...