«Наука логики» Гегеля. Учение о сущности: «Первый отдел. «Сущность как рефлексия себе самой»… и чуть ниже: «Сущность… есть то, что она есть… через свое собственное бесконечное движение бытия». Мы видим здесь, что Гегель подчёркивает самостоятельность сущности, её независимость в ходе диалектического развития. Вот давайте и возьмём какую-либо сущность и посмотрим, к чему нас приведёт «свое собственное бесконечное движение бытия». Скажем – экономика как сущность и «она есть то, что она есть через свое собственное бесконечное движение бытия». То есть экономика развивается своим собственным путём и по ходу развития позволяет человеку выражать свои взгляды на «готовый продукт», на «рефлексию в самой себе». Я хотел бы, чтобы мы задумались над этими словами.
А теперь было бы полезно определить место экономики в жизни современного общества, и что можно ждать от неё в будущем. Я бы назвал нашу экономику многоукладной. Так вот, по закону отрицания-отрицания возможен возврат «якобы к старому». Но вот только в нашем случае мы не могли вернуться к капитализму западного с его буржуазно-демократическими революциями и таким же строем. Не было в России ни буржуазно-демократических свобод, ни свойственных этому строю институтов. Я не говорю хорошо это или плохо. Так уже сложилась история.
А так Россия из феодализма сразу шагнула в социализм с его общественной формой собственности. Теперь же, когда социализм отступил, Россия вернулась «якобы к старому» - по закону отрицания-отрицания – это могла быть только одна из разновидностей феодализма. Я не хочу вдаваться в подробности этой проблемы и тем более спорить по этому поводу, поскольку моя мысль об экономике «как своем собственном бесконечном движении бытия». То есть она всегда остается сама по себе и развивается по своим законам. Но кому-то в восьмидесятые – девяностые годы прошлого века очень хотелось капитализма западного типа, и нам уши прожужжали о его преимуществах перед социализмом, о преимуществе рынка перед плановой экономикой (об этом чуть позже).
Итак, феодальные отношения просматривается во многих сферах жизни страны. А вот в социализм Россия перешла из феодализма с неснятыми противоречиями и прежде всего, в области сельского хозяйства. Реформа 1861г. не разрешила и не сняла эти противоречия, поскольку это как сказал бы Гегель, была внешняя, а не внутренняя рефлексия. Формально собственность на землю не изменилась, и поэтому социализм в области сельского хозяйства остался с неразрешенными противоречиями феодализма. Но и социализм не смог разрешить эти противоречия в силу определённых причин. Отсюда нестабильность политического положения среди крестьян. Были и не довольства и бунты, гражданская война, где часть крестьян поддерживала белое движение. И снятыми все эти противоречия оказались только после смены формы собственности, после развала Советского Союза. История предоставила буржуазии возможность поверить в революцию в феврале 1917 г., но за те девять месяцев, что она была у власти, «родилась» только социалистическая революция.
А что же произошло с социалистической экономикой? Не могла же она исчезнуть из жизни огромной страны, к тому же мы помним, что экономика есть в том, что она есть… Так вот она никуда и не исчезла, процесс-то диалектический. Сменилась только форма собственности, а разобраться во всем этом нам поможет ВПК (военно-промышленный комплекс). Надо ведь как-то объяснить эффект «сирийской форточки». Мы вкратце упомянули три экономические структуры которые во многом остались только как понятия, т.к. по Гераклиту «нельзя дважды войти в одну и ту же реку». И его же формула «Бытие есть становление», то есть все в этом мире находится в постоянном движении к изменениям отсюда и основной диалектический закон «единства и борьбы противоположностей». Так что же случилось с ВПК? Но сначала ещё несколько слов о понятии сущности одним из её подразделений является действительность. Поэтому действительность, также как и сущность, есть то что она есть через свое собственное бесконечное движение бытия. То есть действительность есть то, что и сама сущность, и она развивается диалектически как бы без участия человека. Да, человек как сущность, субъект диалектического процесса не может не быть его частью. Но, по-видимому, он представлен только так внешняя рефлексия, а не внутренняя. Человек не может принадлежать сущности, поскольку в этом случае он был бы частью собственного бесконечного движение бытия. Не может человек быть бесконечным в этом мире, слишком короток его век.
Одним же из основных положений диалектики является закон противоречий. По Гегелю все вещи противоречивы сами в себе. И один из его основополагающих выводов гласит: «Противоречие есть корень всякого движения и жизненности, лишь поскольку нечто имеет в себе самом противоречие, оно движется, обладает импульсом и деятельностью». Ну вот, можно сказать, что диалектический вывод и о судьбе России таков. С её многочисленными противоречиями во всех сферах можно с уверенностью сказать, что у неё прекрасные перспективы развития. А вот каким образом это произойдёт не скажет никто, поскольку по Гегелю «противоречивого нельзя ни представить, ни мыслить». А вот здесь и пригодится пример с ВПК. Почему именно ВПК? Может ли кто-то объяснить, каким образом небольшая ракета «калибр», запущенная с небольшого корабля из акватории Каспийского моря, попала точно в «сирийскую форточку». Я представляю что творилось в штабах наших партнеров, для которых произошедшее было просто кошмаром. Ведь они-то знали, что творилось в нашей стране в лихие девяностые годы. Уничтожалось оружие, носители этого оружия, закрывалась военные учебные заведения и так далее и тому подобное. Откуда же появились новые виды и ракетного и другого вооружения? А самые современные в мире самолёты? А новейшие атомоходы? Я не даром начал на статью с понятия о сущности, развитие которой идет через её собственное бесконечное движение бытия, которое является внутренней рефлексией.
Советская экономика строилась и развивалась с учётом диалектики, где одновременно действовали все объективные законы. А в состоянии ли человек охватить и осмыслить все эти законы и контролировать их? Пожалуй, нет. К чему это. Ещё раз повторю, что экономика это сущность, которая развивается по своим законам. А человек, как часть внешней рефлексии, играет субъективную роль в процессе диалектического развития.
Однако в диалектики не только явления приходящи, подвижны, текучи, отделены лишь условными гранями, но и сущности вещей также. Гегель пишет: «На деле же субъективность лишь ступень развития и бытия, и сущности, – а потом сия сущность, диалектически прорывает свой предел и «через заключение раскрывается в объективность». Советское государство строилось на базе общественной собственности, на орудия и средства производства. Поэтому сущность как внутренняя рефлексия в себе самой, развивалась по своим законам, имея свои противоречия как любая другая вещь. Здесь, кстати можно было бы и добавить, что деятельность вообще есть «противоречия» – цель действительна и не действительна, возможна и невозможна и т.д.». Строительство советского государства проходило по жёстким планам, с постоянным контролем со стороны государства и партии и чёткой персональной ответственностью за результаты труда. Для того, чтобы вся эта государственная машина функционировала надлежащим образом, нужна была и просто сила. И диалектика дает ответ. Гегель пишет: «Отношения целого и части; это отношение переходит в следующее - силы к её проявлению. Далее: «Сила есть отрицательное единство, в котором разрешается противоречие целого и частей, истина этого первого отношения». Сила выступает как «принадлежность существующей вещи или материи». Она внедряется в вещь посредством некоторого чужого насилия. И большевики, руководствуясь диалектикой развития, так и создали государственные структуры системы управления экономикой, наукой, образованием, вооруженными силами, и т.д. с применением необходимой силы для поддержания всей системы управления государством в дееспособным виде. Но я не хочу дальше раскрывать эту тему. Меня интересует другое. И вот это сила стала частью сущность через свое собственное бесконечное движение бытия. Стала внутренней рефлексией, и её действие было присуще социалистическому государству. И это, в свою очередь, вызвало много и своеобразного, и противоречивого. Взять хотя бы «режим секретности» в вооруженных силах и в научно-технической сфере. Противоречивое положение, и оно вызывало много недовольств, когда даже работники одного, например, отдела не могли делиться тематикой своих работ, не говоря уже о вооруженных силах, где каждый знал только свое дело, и любая болтовня пресекалась. Да, это внутренние противоречия, и таких было много. Но они-то и определяют развитие сущности. Случалось так, что социализм вынужден был отступить. А сущность, внутренняя диалектика и бытие остались прежними.
В развитии этой темы хочу коснуться таких философских понятий как «вещь в себе» и «вещи для других». Полагаю, что в годы советской власти ВПК и ВС были большей частью «вещью в себе». Страна делала всё чтобы укрепить ВС и, прежде всего, за счёт развития ВПК. А вот где-то с середины 90-х они стали как бы «вещью для других». Они оказались самодостаточными, прежде всего, в экономическом плане, как экономическая сущность. И ВС и ВПК стали определять и экономическую политику и развитие страны в целом. Есть возражения? А их не может не быть, поскольку в этом мире все противоречиво.
Но вернёмся к сущности экономики. «Капитал» Маркса. В этой книге он впервые применил диалектику Гегеля. Недаром Ленин говорил, что для того чтобы понять «Капитал» нужно сначала проштудировать «Науку логики» Гегеля. И опять «закон противоречий». Помните – «все вещи противоречивы сами в себе». Стоимость, по Марксу, имеет противоречия в самой себе. Это и потребительная стоимость, и меновая стоимость. Я цитирую: «Потребительная стоимость образует вещественное содержание богатства, какова бы ни была его общественная форма». При той форме общества, которая подлежит нашему рассмотрению, они являются в тоже время вещественными носителями меновой стоимости. Обратите внимание, «какова бы ни была его общественная форма». Т.е. Маркс подчеркивает, что экономика, не зависимо от того какой в это время существует общественный строй – «экономика есть то, что она есть...» и т.д. Меновая стоимость – это «и есть их стоимость». Маркс продолжает, «как потребительные стоимости товары различаются, прежде всего, качественно, как меновые стоимости, они могут иметь лишь количественные различия, следовательно, не заключает в себе ни одного атома потребительной стоимости». И «меновая стоимость товаров и есть их стоимость».
Итак, потребительная стоимость - это принадлежность рынка. Именно рынок определяет полезность вещи, то есть её потребительную стоимость. А стоимость товара определяется количеством общественно полезного труда. Рыночные же отношения присущи всем формам общества, поскольку только рынок определяет и полезность и необходимость вещи.