Сегодня – про Чемитоквадже, небольшой посёлочек с богатой историей, от которой, правда, ничего не осталось. И теперь он, как древний старик, спит, прилепившись к подножию горы у самого Чёрного моря.
Оказались мы там случайно. А оказавшись, не могли не осмотреться.
Мы шли от самого высокого в России моста к железной дороге и вообще, к морю. Железная дорога на перегоне Туапсе – Адлер идёт по самому побережью и очень живописна. По ней стоит проехать хоть раз в жизни, и желательно утром.
Старинные, мощёные ещё советским асфальтом, улочки Чемитоквадже довольно круто и извилисто сбегают к морю. Пройти напрямую к морю не получится. Видно его, прямо вот, рукой подать, но впереди опять маячит забор. Получается, как в поговорке: близок локоток, да не укусишь.
Народу здесь немного, но почти в каждом домике сдаётся жильё, часто очень и очень выгодно, впрочем, как и везде на побережье. Инфраструктуры – никакой. Все магазины, которые есть – вдоль трассы.
Петляя по узким улочкам посёлка, на которых едва ли разъедутся два Запорожца, мы наткнулись на совершенно удивительную вещь: заброшенную советскую турбазу практически на берегу моря. Такого не может быть, скажете вы, ведь каждый клочок берега заботливо огорожен и сдаётся.
И тем не менее, это так. Крутая основательная лесенка, построенная ещё в советские времена, с сохранившимися железными перильцами, увитыми плющом и другой южной растительностью, привела нас к живописным домикам, стоящим на террасах, уступами спускающихся к морю.
Домики с открытыми верандами, обращёнными в сторону моря и залитыми солнечным светом, которого здесь тоже море.
Пятна света, пробивающиеся сквозь резную листву, лежат на полуразрушенных и жутко скрипящих досках пола. Двери комнат, выходящих на веранду заперты, но окна выбиты и рамы выломаны.
Внутри ничего нет, но относительно чисто. Возможно, какие-то дикие туристы всё-таки находили приют под полуразрушенными крышами.
Эти заброшенные домики, живописно разбросанные на склоне, напомнили мне «Повесть о жизни» Паустовского, вернее, тот её фрагмент, в котором автор тоже жил в ничейной заброшенной даче, только не на Кавказе, а под Одессой, убежав от мира и питаясь «нектаром и амброзией».
Кстати, настоящей амброзии здесь предостаточно. Отправляясь на черноморское побережье в августе-сентябре, учитывайте это.
Миновав бывшую турбазу, мы вышли к довольно хорошо набитой тропе. Мы рассудили, что тут всё-таки все дороги ведут (в Рим) к морю.
Преодолев по дряхлым мосткам небольшой, сырой и тёмный овраг, в котором фекальный водопад, мнящий себя Ниагарой, низвергал своё содержимое к морю, мы вышли на зады посёлка.
Зады, они на то и зады, чтобы держать там то, что спереди располагать, скажем, не очень прилично.
С разных сторон к морю сбегали трубы, трубочки и прочие конструкции, в которых журчало и булькало.
Выйдя к железке, мы увидели, так сказать, финиш, к которому все эти ручейки так упорно стремились: мутная ароматная река разлилась в туннеле под полотном. По камешкам, обладая физической сноровкой, можно было выйти к морю, даже не замочив ног.
Путь вонючей жиже к морю преграждала импровизированная дамба (чтобы отфильтровывать твёрдые фракции?).
И вот мы на море, на диком пляже. Тишина, редкостная, изумительная тишина. Только шум прибоя.
Меня дикие пляжи очаровывают своей пустынностью, заброшенностью. Народу немного. Вода прозрачнейшая. Отойдя подальше от речки-вонючки, мы решили искупаться.
Нас немного насторожили слова какой-то женщины о том, что сегодня пены значительно меньше. И действительно на море была странная пена, у самого берега вода пенилась.
Купание в море нас освежило, дети резвились на мелководье, как дельфины. Но после купания осталось неприятное послевкусие: тело казалось липким и неприятным на ощупь.
Поняв, что наши шансы нахвататься ротавирусов гораздо выше, нежели выиграть в лотерею, мы решили не рисковать и обезопасить себя, приняв добрую порцию кока-колы.
Пока мы петляли по сонным улочкам поселка в поисках магазина, Ласточка, к которой мы стремились, благополучно упорхнула. Пришлось ждать следующей. Но зато мы утопили все потенциальные местные вирусы вражеской колой.
Получается, что от самой Зубовой щели до Чемитоквадже купаться нельзя, вернее можно, но на свой страх и риск. Вдоль всего посёлка оборудованных пляжей нет.
Магазинов в посёлке мало (мы нашли только один). Но если нужно убежать от суеты, то Чемитоквадже – подходящее место.
Что я могу сказать? Чемитоквадже – кусочек прошлого, где жизнь остановилась лет 40 назад, рай на земле, чего не скажешь о море.
Дальше мы двинулись на поиски руин средневековой крепости Годлик.