Перед началом Великой Отечественной войны в Белой Церкви проживало около 9500 евреев. Часть мужчин была призвана на фронт, часть женщин и детей успели эвакуироваться. Тем не менее, к середине июля 1941 года в Белой Церкви оставалось около 4500 евреев.
Город был оккупирован немецкими войсками 16 июля 1941 года. Как и в других в начале войны, весь ужас случившегося поняли не все. «Немцы — культурная нация, они с детьми и стариками не воюют», — считали белоцерковские обыватели.
Между тем, гитлеровцы, закрепившись на захваченной территории, приступили к «зачистке» нежелательных элементов, в первую очередь коммунистов и евреев.
Евреев Белой Церкви бросали в тюрьму, где они не задерживались надолго — их расстреливали. Из отчета комендатуры Белой Церкви от 11 сентября 1941 года: «Многие из евреев Белой Церкви расстреляны, остальные убежали. Евреев в городе практически не осталось. Подчиненным штабам дано распоряжение о том, что если у них еще осталось значительное число евреев, то им следует организовать гетто и использовать евреев для работы в соответствии с существующими предписаниями».
У расстреливаемых взрослых отнимали детей, решение о судьбе которых не было сразу принято. К 20 августа 1941 года в одном из зданий города скопилось около 90 маленьких детей, ставших сиротами, от младенцев до шестилеток. Единственная «забота», проявленная по отношению к ним, заключалась в том, что несчастных охраняли круглосуточно, чтобы еврейские дети не сбежали.
Перепуганные малыши, которых мучили голод и жажда, постоянно плакали и кричали. Детские крики стали беспокоить немецких военных, размещенных неподалеку от места заключения маленьких невольников.
Священники-капелланы из 295-й пехотной дивизии вермахта отправились узнать, что происходит.
Вот что писал в своем рапорте командованию протестантский пастор 295-й пехотной дивизии Корнман: «Вчера, 20 августа, около 15 часов, ко мне и к военному капеллану пришли два священника из ближайшего отделения полевого лазарета и сообщили, что неподалеку, примерно в 500 метрах отсюда, на верхнем этаже одного из домов обнаружены 80-90 детей — грудных и дошкольного возраста, крик и плач которых слышны издали; поскольку они находятся там уже целые сутки, то был нарушен ночной покой солдат, расквартированных в соседних домах. От этих солдат и узнали священники о детях. Я пошел с ними и с капелланом в этот дом и увидел, что там, в двух маленьких комнатах, лежат и сидят дети — некоторые из них в собственных нечистотах — и, что самое главное, там не было ни капли питьевой воды, так что они очень страдали от жажды. На посту стоял украинский полицейский, от которого мы узнали, что это еврейские дети, родители которых расстреляны. Около поста находилась группа немецких солдат, у другого угла дома — еще одна группа, и обе возбужденно обсуждали увиденное и услышанное».
Священники, разумеется, знали, об отношении к евреям в Третьем Рейхе, но полагали, что дети заслуживают проявления милосердия. Им удалось добиться от местного командования отсрочки принятия решения о судьбе детей, после чего они обратились к командованию армией.
Белая Церковь была взята 6-й армией вермахта. Эта армия, бравшая Париж, закончит свою историю в Сталинграде зимой 1943 года. А летом 1941 года ей командовал Вальтер фон Рейхенау, принадлежавший к той части немецкого офицерства, что решительно поддержала идеи нацизма.
Рейхенау, получив рапорт священников, пришел в ярость. Его возмутил тот факт, что в деле уничтожения евреев проявлено колебание. Он выразил недовольство тем, что капелланы вообще придали огласке эту историю, а трактовку событий, данную священниками, он охарактеризовал как «неправильную, неприемлемую и крайне дерзкую».
Рейхенау отправил в Белую Церковь начальника зондеркоманды 4а айнзатцгруппы «С» штандартенфюрер СС Пауля Блобеля, отвечавшего за проведение карательных акций.
Блобель, который месяц спустя будет командовать уничтожением евреев в Бабьему Яру, прибыв на место, распорядился: детей немедленно расстрелять.
Все произошло 21 августа 1941 года. Вот что рассказывал об этом дне оберштурмфюрер СС Август Хефнер: «Блобель приказал мне казнить этих детей. Я спросил его: кто будет расстреливать? Он ответил: солдаты Ваффен-СС.
Я сказал ему: они люди молодые, как мы объясним им, что нужно стрелять в маленьких детей? И я предложил, чтобы детей расстреливали украинские полицейские, подчиненные фельдкоменданту. Ни один из них не отказался... Я отправился в рощу... Солдаты уже успели выкопать ров... Привезли детей...
Украинцы стояли вокруг и дрожали. Детей выгрузили... Их поставили у края рва и стали стрелять... Поднялся неописуемый крик. Эту картину я не забуду никогда в жизни. Мне тяжело об этом рассказывать. Мне особенно запомнилась одна маленькая белокурая девочка, которая уцепилась за мою руку. Ее тоже застрелили... В некоторых детей приходилось стрелять по четыре-пять раз, чтобы умертвить их».
Приказ Рейхенау был исполнен: больше никто не тревожил истинных арийцев из вермахта плачем и криками.
Когда после тяжелых боев 4 января 1944 года войсками 1-го Украинского фронта Белая Церковь была освобождена, во рвах рядом с городом были обнаружены тела примерно 4500 казненных.
Вальтер фон Рейхенау ненадолго пережил детей, которым подписал смертный приговор. 14 января 1942 года у Рейхенау произошло кровоизлияние в мозг, а 17 января он умер в воздухе во время перелёта из Полтавы в Лейпциг на лечение; самолёт с его телом при посадке во Львове потерпел авиакатастрофу, врезавшись в ангар. При этом командующему оторвало голову, которую пришлось срочно пришивать на место для торжественных похорон.
Пауль Блобель в конце войны попал в руки западных союзников. В 1948 году он был приговорён к смертной казни американским военным судом на процессе по делу об айнзатцгруппах в Нюрнберге и повешен 7 июня 1951 года.