Уже в который раз думаю: а что потрясает меня в образах тех, которых я выбираю для своих очерков, героинь и героев, полузабытых красавцев и красавиц, поэтов и шутов, непризнанных гениев и властителей пера? Что такого поразительного в было и есть них, какая черта, какой штрих, что недостижимое и волшебное вдруг заставляет меня браться за перо, включать мигающий монитор, неустанно плутать в паутине сети, перелистывать страницы книг, искать в архивах фото и документы. Наверное, я никогда бы не смогла объяснить, что именно.
Одухотворенность, некий прорыв личности в поступке, создание и свершение ею чего то неординарного. Проявление духовной смелости, отваги, благородства. Вот все это как раз и было в характере и душе Виктории Колонна ди Ферранте, маркизе ди Пескара, единственной возлюбленной Микеланджело, чьи письма он берег ,как зеницу ока, чью руку осмелился поцеловать и на смертном одре не как влюбленный, а как почитающий.
В умных лекциях об эпохе Возрождения о Виттории Ферранте ди Колонна сказано, что она «начинает собою эпоху талантливых женщин, преданных искусству: поэзии, музыке, живописи».
В те времена посвятить себя такому влечению, такой страсти, было делом необычайным, если женщина была не куртизанкой, а знатной и почтенной вдовою. Виттория Колонна, маркиза ди Пескара, синьора Ферранте, как раз и осталась вдовою в тридцать пять лет, ее брак был счастливым и гармоничным, сохранилась ее переписка с мужем, которому она посвящала многие из своих сонетов и баллад.
Что поражает в ней, как в личности, Женщине, в первую очередь?
· Виттория - дама из знатнейшей семьи в Италии. Ее отец - коннетабль, мать из старинного рода, потомок фамилии Монтефельтро, дама Агнесса. Фамилии вписанные в историю Италии, если не золотом, то бронзой, патиной. Не тускнеющие во времени.
· Знатная синьорина помолвлена - в четыре года, а в семнадцать лет уже и отдана замуж. Брак меж молодыми заключен был по глубокой любви, в которой присутствовал и горячий пыл, и уважение, и страсть.
· Супруги Колонна писали друг другу стихи всю их жизнь вдвоем; хранили полные признаний и свежести чувств письма. Не надо же забывать, что Фернандо ди Ферранте был храбрым воином, а не изнеженным римским сибаритом! Несколько детей супругов умерли во младенчестве, они теряли близких и друзей, сподвижники супруга Виттории то и дело умирали от ран.
· Стало быть, семью сплачивала не только высокая романтика, но и горе, и долг, и духовное родство.
· Виттория была блестяще образованна, одухотворенно сочиняла и музицировала, изучала латынь по древним свиткам и иные трактаты мудрецов были ей понятны и мудро истолкованы ею своим внимательным слушателям и поклонникам.
В стихах Виттории Колонна все историки литературы отмечают и сдержанность, и гуманизм, и сострадание, и внутреннюю силу, цельность образов и высокую дань традиции.
Но маркиза - поэтесса имела и свой собственный голос, почерк, манеру. Никто не писал так до нее и после нее – страстно – изысканным, сильным, ясным слогом,, оказывающим на читателя такое воздействие, точно он прикоснулся в жаркий полдень к ледяной, целительной родниковой струе или в прохладный вечер ощутил в сердце жар костровой. В стихах дамы Виттории таился некий абсолют, жажда совершенства, духовного поиска, очищения от страданий. И современники не могли не ценить это. Век Возрождения и сам был вечной тягой к Совершенному, духовному, эмблемой и знаком Совершенного, его кредо и сутью.
Яркими и зримыми красками в сонетах Виттории нарисован портрет ее доблестного героя, любимого супруга:
Сюда вернулся он, мое светило,
Добычей царской нагружен богато.
Ах, мука вновь зреть место, где когда-то
Для глаз моих день солнце озарило.
Тысяча слав его здесь окружила,
Почет от самых знатных; в час возврата
О слышанном свидетельствовал свято
Изысканный рассказ и взоров сила.
Он, побежденный просьбами моими,
Мне показал рубцы, сам повествуя
Про ряд побед, столь многих и бесспорных.
Грущу о них, как веселилась ими.
В различных мыслях радуюсь, тоскуя,
Лью мало сладких слез и много скорбных.
Перевод: С. Шервинский
О сути любви, понимаемой ею самой всегда в жизни, как высокое служение и искреннюю самоотдачу, восхищение и открытость другой, родственной, душе, как воспарение души, синьора Ферранте - Пескара писала с экспрессией живого сердечного восторга, и одновременно - четкостью, изящной графичностью в малейшем изображении эмоций: Фрагмент подарочного рисунка
Птенец, когда его терзает голод,
Вдруг видит мать и птицу над гнездом:
Любовью возникающей ведом,
За ней готов лететь он в зной и холод.
Он сердится, что слаб еще и молод,
Что крылья расправляются с трудом,
Но наконец покинут тесный дом,
И воздух криком радости расколот.
Так сердце торжеством твоих лучей
Питаю я, о истинно живая,
Неугасимая лампада дня!
Пером скрипучим водит за меня
Любовь, и часто, солнце воспевая,
Не понимаю собственных речей.
Для Виттории Колонна любовь - истинный полет, серьезный, тернистый путь Души к светлому, необъяснимому, к тому, что возвысит, обогатит, обожжет благодатным огнем, сформирует и сделает и сердце, и душу неким священным сосудом жертвенным, и благородным, чистым, глубоким, дающим силу Жизни.
Не только тому, кто испытал и взрастил в себе это чувство, но и дальним потомкам влюбленного, возлюбленной .
Виттория не сумела спасти своего мужа, он умер в тяжких страданиях после неизлечимой раны, на ее руках. Но и в скорби тридцатипятилетняя вдова сохраняла силу и энергию любви к жизни, высокую чистоту чувства. Она никогда больше не вышла замуж, хотя поклонников у нее было очень много и множество среди них – достойнейших людей с высоким понятием чести.
Божественный Микеланджело не смел тревожить ее ничем, кроме стихотворений и подарочных рисунков, в которых прятался, таился его восторг и восхищение цельностью натуры синьоры Колонна. К советам и речам ее он всегда прислушивался, не докучал признаниями, а если они и были, то в шутливой форме и никто не воспринимал их серьезно.
В изысканном доме Колонна неукротимый скульптор и художник, гений резца и Духа, всегда мог отдохнуть - и разумом, и душою, сосредоточиться на каком то новом замысле, прогуляться по благоуханному саду. Просто побыть в одиночестве. Или, напротив, встретиться с друзьями, чей совет ему был необходим.
Вся сила страсти была истинным Художником сокрыта в его могучем сердце.
Прорывалась иногда лишь, в строфах, подобных этим:
Бескрылый сам, на ваших крыльях вслед,
За вашею душой, ввысь себя я движу,
Послушен вам - люблю и ненавижу,
Я зябну в зной, и в холоде согрет.
Своею волей весь я в вашей воле
И ваше сердце мысль мою живит
И речь моя часть вашего дыханья.
Синьора знала обо всем? Не берусь гадать и додумывать. Вероятно, да. Но ответить - не хотела, не могла мучить ложными надеждами, понимая отчетливо и ясно, силою мудрой души, всю мощь его великого дара и преданности искусству, которое все эти силы могло и отнимать.
Маркиза не хотела вставать между гением и тем, чему он был истинно предан? Вероятно, так. Привязанность и память Микеланджело к маркизе Пескара была столь велика, что он хранил ее образ в глубинах своего сердца до самой старости и он умер почти в одно с нею число - 18 февраля 1564. Пережив ее почти на двадцать с лишком лет. Не доказательство преданности для не романтиков. Отнюдь. Но нужны ли в этом случае доказательства? Любовь не подчиняется разуму. У нее своя логика. Логика сердца.
@ Лана Астрикова.
.