В новом выпуске блогер Юрий Дудь взял интервью у известного писателя-фантаста Дмитрия Глуховского, автора постапокалиптической серии "Метро" и журналиста. В ходе интервью зашел разговор о патриархе Кирилле.
Дудь задает вопрос Глуховскому
"Д: Я вспомнил у тебя цитату: "патриарх, разумеется, вряд ли верующий человек, с моей точки зрения".
Г: Ну конечно.
Д: Чего? Не, я всё понимаю - усадьбы, мерседесы, вертолеты, вот эта вся роскошь. Но неверующий?
Г: Ну конечно. Ну как? Послушай, ты знаешь, что Русская православная церковь в ее нынешнем издании была сформирована при Иосифе Виссарионовиче при Министерстве государственной безопасности? Ее же заново легализовали, потому что нацисты упирали на православные чувства на оккупированных территориях и было решено, что борьбу с духовенством и чиновничеством пора заканчивать и нужно пора иметь свою правильную церковь с блэкджеком и всем остальным, понимаешь.
И короче вот, при тотальном контроле со стороны МГБ/НКВД/КГБ эта Церковь была сформирована. Французская Церковь, ну во Франции есть "правильная" православная церковь, была до последнего времени, по крайней мере, и они к нашей домашней здешней российской советской православной церкви относятся как к ни к сатанинству, но как к КГБэшной институции. Потому что идеология и религия - это вещи очень похожие. Это некоторая прошивка, которая устанавливает для тебя какую-то картину мира, и требует от тебя, во-первых, веры безоговорочной. Понимаешь? Во-вторых, лояльности. И ты если верен, то лоялен. Если ты веруешь, то веди себя определенным образом, соблюдай это.
Когда коммунизм как религия, потому что коммунизм в какой-то степени тоже религия со своими жертвенными пирамидами в центре Москвы, жреческими собраниями, гимнами, иконами с Лениным и Сталиным, ведь компартия - это религиозная институция, а не политическая, когда она обанкротилась, потому что люди в это верить не смогли, потому что советский проект весь рухнул...
Д: То Церковь пришла на смену.
Г: Конечно. И Церковь заменила в умах людей, тревожных, ищущих, какое-то простое объяснение сложности мира, Церковь это объяснение им дала. И поэтому Церковь - это инструмент политического контроля. Мы говорим про Церковь с иерархами, патриархом во главе, мы не затрагиваем веру в Бога. Бог может вполне существовать.
Д: Ты про топ-менеджмент?
Г: Конечно. Человеческая потребность верить у меня никакого сомнения и насмешки не вызывает. Человек нуждается в любви, человек нуждается в вере. Так устроен человек. Ему в мире без веры, без опоры очень неуютно и сложно выживать. Но кто эксплуатирует, и с какими целями эксплуатирует эти человеческие потребности - это отдельный вопрос.
Поэтому патриарх совершенно не должен быть верующим человеком. Другие от него нужны вещи. Он должен быть встроен в политическую систему. Он должен быть лоялен политической власти. Он должен быть хорошим политиком. Неплохим финансистом. Он должен быть авторитетным. Он должен быть талантливым руководителем. Но к Богу всё это отношения не имеет.
Больше того, я думаю, что такие вещи, которые он по работе часто видит, и такие разговоры, которые он по работе часто ведет, исключают Бога из его картины мира.
Д: У-жас. Ты не веришь в Бога?
Г: Я не исключаю. Я думаю, что Бог приходит к тебе в тот момент, когда твои родители начинают стареть, ты становишься сильнее и умнее их, они слабеют, и тебе нужен кто-то на замену. В этот момент ты ищешь Бога. Бог - это замена твоим родителям. Бог - это ответ на вопрос бессмысленности жизни в условиях смерти. Когда мы победим смерть, то мы перестанем нуждаться в Боге.