Глава 1. ШНУРКИ
«Шнурки!» - пронеслось в голове у Степана Николаевича, когда, наступив на развязанные шнурки, его неуправляемое тело сорока лет от роду, в четверг, 22 сентября 2016 года, ровно в 22 часа 22 минуты по московскому времени, летело с края безлюдной платформы станции Московского метрополитена им. В.И. Ленина прямиком под неумолимо приближающийся старенький электропоезд с вагонами 81-й серии.
Что чувствовал в этот момент Степан Николаевич, трудно сказать. Возможно испуг или даже страх, а может удивление или вовсе ничего, так как мысли не успели отключится от процесса анализа минувшего рабочего дня и планирования сегодняшнего вечера.
Но нет…
Степан Николаевич тут же был раздосадован, обида на сложившиеся обстоятельства мгновенно наполнила всю его сущность, все его нутро. Ну как же так, ОН, кандидат медицинских наук, самый перспективный член кафедры, без пяти минут доктор наук, светила отечественной медицины, который добился всего сам, пройдя долгий и тернистый путь, теперь, когда вот-вот наступит оно, светлое для НЕГО будущее… Вот так… Из-за развязанных шнурков, замеченных еще у эскалатора и халатно оставленных без внимания, он… ОН окончит свое великое существование. Эта мысль, несмотря на свой внушительный размер была, сжата в точку и подсознательно заготовлена на всякий пожарный, который как раз и случился… И в туже долю секунды, когда обида от кончиков ушей достигла его пят и сердце бешено толкнула адреналин по веткам сосудов, он почувствовал, что погружается в какой-то неведомый доселе мир, в котором под ярким светом фар приближающегося поезда в силу кратковременности существования и необратимости процесса все становится неизбежно настоящим и честным, неумолимо слетает вся шелуха надменности, притворства и амбиций. Душа… Душа обнажаясь, зябко поджимая плечи, вырывается нагая наружу из холеного, избалованного отсутствием физического труда тела, облаченного в фирменный костюм и пахнущего дорогим парфюмом.
Время остановилось... Степан Николаевич не видел испуганное лицо машиниста, не слышал разрывающего вязкий воздух подземки гудка и даже собственных, вырвавшихся непроизвольно матерный слов… Он просто плыл в пространстве тоннеля, как космонавт в открытом космосе, в полной тишине, которую один раз прервал гулкий удар собственного сердца.
Вдруг чья-то сильная рука схватила Степана Николаевича сзади за куртку и рванув назад отбросила его на платформу.
Степан Николаевич стоял в растерянности и смотрел на желтую полосу окон проносящихся мимо вагонов электрички. Затем склонился на одно колено и стал дрожащими руками машинально завязывать шнурки, практически не отрывая глаз от останавливающихся вагонов поезда. Затем Степан Николаевич встал, вышел из ступора и наконец-то обернулся, чтобы увидеть своего спасителя. Но слова благодарности превратились в скупое спасибо, когда он увидел на пустой платформе бомжеватого вида деда с седой бородой и истоптанных светлых кроссовках. Таких персонажей Степан Николаевич, как и многие из вынужденных временных обитателей подземного царства метро, в силу их отталкивающего имиджа, да и еще и не менее отталкивающего запаха, стараются обходить стороной, да подальше или вообще переходить в другой вагон.
На деда Степан Николаевич обратил внимание еще до злополучного полета с платформы, просто по привычке, которую имел с детства. Еще пацаном, начитавшись Конан Дойля, он любил рассматривать незнакомцев пытаясь угадать кто они и чем занимаются. Вот и теперь при виде деда в голове у Степана Николаевича возникло одно весьма емкое и скоропалительное слово «бомж».
Дед-бомж стоял на платформе опершись на колонну спиной и внимательно смотрел на Степана Николаевича. Глаза его были необычно ярко голубого цвета, даже неприлично яркие для его возраста. Волосы и борода седые, но не грязные, одежда старая, но достаточно чистая. Потертые джинсы и накинутая поверх черного свитера заношенная и выгоревшая от солнца куртка военного образца. «Авганка» - подумал тогда Степан Николаевич, мимолетом вспомнив годы службы в Вооруженных сил Российской Федерации.
В ответ на брошенное спасибо дед только кивнул. Поезд раскрыл двери вагонов, обдавая волной спертого, теплого и вязкого воздуха. Степан Николаевич зашел в пустой вагон и плюхнулся у двери на пустые сидения, дед вошел в соседнюю дверь и стал напротив поодаль. «Осторожно двери закрываются!» -приятным женским голосом предупредил вагон. Ш-ш-шмяк – хлопнули двери, у-у-у - протяжно завыла электричка ныряя в тоннель метрополитена им. В.И. Ленина унося с собой новоиспечённых попутчиков. Продолжение следует...