Найти в Дзене

Простое правило вопроса: «И что?» помогло выйти замуж

Уже к тридцати пяти моя закадычная подружка Ксения решила окончательно и бесповоротно — пора замуж. Детей хочет и семью. Я кивнула: пора, так пора. Проблема заключалась в том, что у Ксении была крайне низкая самооценка, а требования — как ни странно — высоковатыми. Ей никто не нравился. Никогда. Ее критика к себе распространялась на мужчин в геометрической прогрессии. Если она никудышная для романтики, то мужчина — еще более никудышный. Но в этот раз она, видимо, решила стать снисходительнее. Осматривала себя в зеркало перед первым свиданием. В кафе собиралась и в кино. Полненькая, но аккуратная и миловидная Ксения — с постоянным румянцем на щечках — видела в отражении: «Старую, претензионную уродину на пятом месяце беременности». Убедить ее в обратном было невозможно. Опыт. Но я листала новостную ленту: философский мем с вопросом «Нахуа»? И тут мне пришла в голову мысль. — Ксю-юш! — Помоги туфли выбрать, — она меня не слышала. У нее своя опера: с гардеробом и беременностью. —
Оглавление

Уже к тридцати пяти моя закадычная подружка Ксения решила окончательно и бесповоротно — пора замуж. Детей хочет и семью.

Я кивнула: пора, так пора. Проблема заключалась в том, что у Ксении была крайне низкая самооценка, а требования — как ни странно — высоковатыми. Ей никто не нравился. Никогда.

Ее критика к себе распространялась на мужчин в геометрической прогрессии.

Если она никудышная для романтики, то мужчина — еще более никудышный.

Но в этот раз она, видимо, решила стать снисходительнее. Осматривала себя в зеркало перед первым свиданием. В кафе собиралась и в кино. Полненькая, но аккуратная и миловидная Ксения — с постоянным румянцем на щечках — видела в отражении: «Старую, претензионную уродину на пятом месяце беременности».

Убедить ее в обратном было невозможно. Опыт. Но я листала новостную ленту: философский мем с вопросом «Нахуа»? И тут мне пришла в голову мысль.

— Ксю-юш!

— Помоги туфли выбрать, — она меня не слышала. У нее своя опера: с гардеробом и беременностью. — Ноги, как у бегемота. Почему у всех баб ноги, как у лани? А я на диете уже четыре месяца, а без толку! Правда говорят, худая корова — не газель. И куда я намылилась-то? Любовь искать? И кого я найду такой страшилой? Я не женщина!

- Зеркальце, зеркальце, тебе лучше со мной дружить (фото взято со свободного источника)
- Зеркальце, зеркальце, тебе лучше со мной дружить (фото взято со свободного источника)

Ксению разносило словесно. Настроение падало, но я решила пробовать метод. Мыслить позитивно и уходить в юмор — это все, что оставалось.

Совет: если корабль тонет — шутите. Так вас хотя бы прибьют раньше, чем начнутся самые страшные мучения. Да и уйдете красиво.

— И что? — спросила я и наморщила брови для убедительности. Как будто Ксюша начала меня уже злить своим нытьем. На самом деле я понимала ее неуверенность. Каждая женщина найдет в себе кучу недостатков.

— И что, что ты не газель? Тоже мне, проблема мирового масштаба! Женская красота разная бывает. Не веришь: сходи в галерею и посмотри. Ксюша, взрослая женщина, а логика, как у ребенка. Мужчины разные и вкусы у них — тоже. И что, что животик есть? У женщины должно быть что-то мягонькое и душевное — пожамкать. И что, тебе тридцать пять? Жизнь только началась: зато карьеру построила и развлекалась вдоволь. Поняла, как надо?

Руки в боки.

— Будь к себе еще строже! И нытье меняй на вопрос «И что?» Поняла?

Ксения потупила взор: "Да", улыбнулась тихо. От боевой критикессы не осталось и следа.

Фото взято из свободного источника
Фото взято из свободного источника

Я надеялась, что адаптация вопроса «Нахуа?» к нашим реалиям прошла успешно. Но после свидания Ксения вернулась сердитой: как будто у девочки отняли любимую игрушку. Виталий оказался «никаким». Тут список до пола: метр с кепкой (163 см), худощавый, не модный, неразговорчивый, невнятный и т.д.

— Ну а плюсы, плюсы-то есть? — спрашивала я.

— Нихт! — говорила Ксения, она попутно учила немецкий, мечтала съездить в Германию.

А теперь внимание! Правило работает не только в вашу сторону. Себе-то мы можем простить слабости и недостатки, верно? А попробовать сделать это с другим?

Я высказала Ксении все, что думаю о ее работе с методом вопроса и что так она никогда никого не найдет. Ксения наполнила легкие воздухом и пошла рубить меня фактами. Борьба с собой шла знатная.

— Низенький! — выдала она. Я парировала:

— Маленький, да удаленький. Тебе самой-то Элайджа Вуд нравится.

— Челка, три пера на лбу, и одевается, как ботаник лет пятнадцати!

— Плевое дело — привить вкус к прекрасному, а не хотят — заставить. Женской руки не хватает.

— Тихий и неразговорчивый.

— Стеснительный. Хорошая черта, сейчас таких редко где найти можно. Ранимый. Возможно, романтик!

Едва я вошла в раж, как Ксения замолчала.

— И это все что ли? — удивилась я. Она пожала плечами.

— Ну... он заплатил за меня в кафе. Говорил комплименты. Видно, что начитанный и много знает, но стесняется раскрыться что ли...

— Ну вот! Пойдешь еще на свидание?

— Ой, Лесь, знаешь, а пойду! И правда, чего я так взъелась!

Оказалось, что Виталий хорошо знает немецкий и человек прекрасной души и ума. На все руки мастер, семейный, добрый. О таком она и мечтала.

А на медовый месяц они поехали в Германию — исполнять мечту Ксении да и... просто жить счастливо.

Ну так что?..