Уже к тридцати пяти моя закадычная подружка Ксения решила окончательно и бесповоротно — пора замуж. Детей хочет и семью. Я кивнула: пора, так пора. Проблема заключалась в том, что у Ксении была крайне низкая самооценка, а требования — как ни странно — высоковатыми. Ей никто не нравился. Никогда. Ее критика к себе распространялась на мужчин в геометрической прогрессии. Если она никудышная для романтики, то мужчина — еще более никудышный. Но в этот раз она, видимо, решила стать снисходительнее. Осматривала себя в зеркало перед первым свиданием. В кафе собиралась и в кино. Полненькая, но аккуратная и миловидная Ксения — с постоянным румянцем на щечках — видела в отражении: «Старую, претензионную уродину на пятом месяце беременности». Убедить ее в обратном было невозможно. Опыт. Но я листала новостную ленту: философский мем с вопросом «Нахуа»? И тут мне пришла в голову мысль. — Ксю-юш! — Помоги туфли выбрать, — она меня не слышала. У нее своя опера: с гардеробом и беременностью. —