Уже дома мы над нашей неловкостью посмеялись. В переписке. Она предложила при следующей встрече всё-таки перекидываться сообщениями. Я чуть было не согласилась! Но червячок-то меня грыз. Трижды стирала и переписывала заново. Отправила в итоге:
"А ты как хочешь?"
Она отвечала ещё дольше, чем я.
"Я бы поговорила. Хочу потренироваться".
"Будем вместе тренироваться. Я — слушать".
На том и порешили.
Ко второй встрече впечатления от первой затёрлись бытом. Я посмеивалась над прошлой собой. Той самой, у которой не хватило терпения на такое плёвое дело — выслушать подругу. Дослушать. И наивно полагала, что вот в следующий раз уж точно...
Ага, как же. Чем ближе с кем-то, тем хуже к нему отношусь. Считаю, что могу позволить себе многое, раз уж меня впустили так глубоко в душу.
Ближе к делу. Встретились, обнялись. Начала мне Олеся живописать своё недавнее путешествие. Оно было долгим, а рассказ её — в дважды больше. Я слушала-слушала, терпела-терпела. С комментариями не лезла. Даже с наиуместнейшими! А потом — бац! — и сорвалась. Потому что, ну, знаете, меня эта высоченная столбовина на Дворцовой площади тоже поразила!
Олеся не обиделась. Слушала и улыбалась. Кивала. Когда мой словесный поток иссяк, она вновь заговорила. Но уже чуть менее уверенно. В её случае — медленнее. Я так была воодушевлена, что мозг этот тревожный сигнал проигнорировал. А как успокоилась — дошло. Язычок прикусила. И до конца прогулки душила в зародыше любые комментарии. Даже наиуместнейшие.
Зачастили мы с прогулками. Ловили тёплые летние денёчки за загривок, под узду их и — использовали на полную. Тратили молодость, болтали и прогуливали деньги. Мозг быстро усвоил: Олеся говорит — я слушаю. Но в дело вводил постепенно. С осторожностью. Часто раздражающей.
Тренировки мои дали плоды (Олесины — не очень). Да какие! С кучей народу отношения наладила. С мамой: слушала её болтовню пятнадцать минут в день по телефону, и всё. Довольная она, что дочь её любит. С мастером по маникюру: я молчала, пока она с ногтями моими ковырялась, а она мне скидку. И в следующий раз обещала вне очереди. С мужчинами — особенно. Не надо было, оказывается, стараться с ними диалог поддерживать. Сидела, смотрела на них с умной мордочкой, кивала где надо или посмеивалась. И всё! Сразу — женщина мечты.
А всего-то надо было научиться — слушать.
Благодарю, Олеся.