Мы познакомились в бурном сраче, простите, споре в комментариях ВКонтакте. Не вдаваясь в подробности: защищали от злобных писак незнакомую девушку, которая имела неудачу высказать мнение. Своё субъективное. В неудачных времени и месте.
Ух как мы её защищали! А когда дискуссия себя исчерпала, моя союзница добавилась в друзья. Общались мы с ней месяц на отвлечённые темы. Впервые я почувствовала с кем-то духовное родство! А как дошло дело до реальности — оказалось, мы обитаем в одном городе. Договорились встретиться.
День икс! Нарядилась поприличнее. Причесалась даже. Сидела ждала между памятником какому-то врачу и фонтаном. От волнения и июльской жары аж вспотела: одно дело — в Интернете общаться почти что анонимно, другое — снаружи.
Я опоздала на минус десять минут. Она — знакомьтесь, кстати, Олеся — прибежала на девятнадцать минут позже меня (это вам минутка математики, чтобы не расслабляли мозг). Я была злая: из фонтана какие-то детишки плескались в меня водой. Ну и не люблю, когда опаздывают. Потому приветствие вышло недружелюбным:
— Наконец-то!
Олеся, протянувшая руки для обнимания, сразу съёжилась. Злость моя спрятала часть шипов.
— Прости, — сказала Олеся. На то, чтобы произнести одно слово, у неё ушло секунд десять. Стыд в мгновение ока испарил всю злость. Непонятно из-за чего я почувствовала себя виноватой: как будто на людей с дефектами речи нельзя обижаться. Но меня как-то сразу скукожило.
И повисло ОНО: неловкое молчание. Она стояла, я сидела, и обе мялись. Я такого не выношу, поэтому разрядила обстановку правдой:
— Извини. Я просто не люблю, когда опаздывают, — Олеся понимающе кивнула. — А ещё жару и детей.
И я кивнула в сторону мелких засранцев. Простите. Цветов жизни. Олеся взглянула в ту сторону. Потом обернулась и улыбнулась несмело. Сразу помилела. И сказала, заикаясь слабее:
— Прости. Я недавно переехала. Заблудилась в метро.
Я оценила её попытки укоротить предложения. Хотя переписываться с ней в Интернете удобнее. Она будто мои мысли прочла!
— Если тебе тяжело меня слушать, можем переписываться. — Судя по скорости произнесения, её это волновало.
— Да нет, — великодушно отмахнулась я. Олеся просияла.
А я потом об этом поспешном решении пожалела. Общаться с ней было... как бы помягче... необычно. Я привыкла к диалоговым пинг-понгам: я швыряю в лицо собеседника едкую фразу, он её мгновенно отбивает чем-то более ехидным, и так до тех пор, пока не выдохнемся.
А Олесю приходилось слушать. Внимательно. Не отвлекаясь. Чтобы не запутаться в нити разговора: она говорила сжато и по существу. Поэтому отвлечься означало упустить что-то важное.
Бывало, я улавливала смысл на середине высказывания. Ух как я тогда сдерживалась, чтобы не перебить её! Слушать её интересно, пусть и трудно. Пару раз не сдерживалась, а потом корила себя. Так что ощущение от прогулки осталось двойственное: с одной стороны, убедилась, что Олеся — классная. С другой — поняла, что терпение — не мой навык.
Продолжение следует