Если бы Вишневецкий, или какой иной князь создавал бы Сечь, то он сразу бы установил там строгое единоначалие «под самого себя». Сходу отметающее любые признаки «демократических голосований». Да и вообще - отметающее само появление каких-то дополнительных, «других мнений» от простолюдинов. Не сходных с мнением самого князя. Да ещё в таких важных вопросах, как «выбор лидеров» войска. Или - «выбор направления военного похода». Какой князь, в каком ночном кошмаре, «отдал бы на откуп» такие вопросы «народному собранию»?
Если бы князь создавал Сечь, то там ни один казак и «пикнуть» бы не посмел по поводу какого-то «своего отдельного мнения» в пику князю.
А ведь «запорожский казак» - это абсолютно «вольный человек»! С ним возможно только «договариваться». Он сам приходит в Сечь, когда считает нужным. Он сам, прибегая к вече со своими сподвижниками, выбирает себе лидеров (причем вече созывается не «по расписанию», а тогда, когда казаки сами захотят что-то обсудить и решить). Он сам уходит из Сечи куда хочет и когда захочет.
Причем он может уйти просто от того, что оказался при голосовании в «меньшинстве». А подчиниться мнению большинства почему-то не желает. И ни кто его не заставит передумать и остаться. Ведь он - даже не «станичный казак», который оседло живет вместе со всем «войском», и детьми-женами своими и чужими. И которому, поэтому, просто «некуда деваться с подводной лодки». Хочешь-не хочешь, а мнению большинства, станичник - подчинись! Нормальный семейный казак постоянно в Запорожской Сечи не жил. Он в неё, на Хортицу, просто приходил и уходил.
Да у самого богатыря Ильи Муромца, который отправился в темницу только за наличие «собственного мнения», прав было намного меньше, чем у простого рядового, «ни чем ни приметного» запорожского казака!
Впрочем, «в» Украине сейчас пытаются «забыть» Илью Муромца, приписывая его к «сказкам, подобные которым есть и у других народов». Ну, не нравится некоторым, что он за Русь, русский Киев (а тогда другого и не было) и Православие выступал. Ради своих амбиций они готовы поступится исторической истиной. И это не смотря на то, что на самой Украине периода СССР (то есть ещё в УССР, при советской власти) в 1988 году было проведено советскими учеными (читай: атеистами-безбожниками) исследование мощей преподобного святого Илии Печерского (хранящихся в Киево-Печерской Лавре) при помощи передовой японской аппаратуры. Исследование показало, что мощи принадлежат очень сильному (судя по толщине кости) воину (по характерным ранам), показало, что человек этот долго страдал болезнью ног («на печи сидел»), указало приблизительный век его жизни (11-12 век). В целом, это все соответствует как былинам, так и делам РПЦ. Единственно, научная датировка смерти недостаточно точна. Она указывает одновременно как на «вероятную жизнь» в периоды правления князя Владимира Мономаха, так и на период князя Владимира Красное Солнышко (в дошедших былинах про Илью Муромца говорится о последнем).
Так какой же «князь» смог бы тогда заставить такого воина делать то, что нужно только ему, «господину-пану князю», исключительно в княжеских интересах?
Короче говоря, князь Вишневецкий ни как не мог «создать Сечь». Она явно возникла задолго до его рождения. Возникла в виде изначального «народного движения на местах», появившегося от чего-то (о чем можно лишь догадываться), и двигающегося куда-то (скорее всего, двигающегося бесцельно, живущего сегодняшним днем: «День прожит - и слава Богу!»).
Но князь мог сделать другое: оценив это стихийное народное движение, ему неподвластное и могучее, попробовать как-то сорганизовать его с пользой для себя и своего собственного княжества.
Что, по всей вероятности, сделать ему удалось. Но - серьезной ценой: он сам был «с головой» втянут в это стихийное движение, как в омут. Думаю, это был тяжелый и несколько опасный, взваленный на себя, вынужденный труд с его стороны.
Который можно сравнить с поимкой в табуне дикого коня-вожака, чтобы потом его объездить и сделать своим другом. Причем конь должен был по-прежнему оставаться вожаком огромного табуна, имея возможность управлять направлением движения этой бегущей, могучей живой силы. А наездник уж попытается по-хорошему, без ссор и обид, преподнося «вкусненькое», управлять самим прирученным конем.
Тут уж даже непонятно, кто кому служит: конь - наезднику, или наездник - коню. Просто они нашли компромисс взаимовыгодного сосуществования. Но другого выхода, видно, у князя просто не было. Движение народное явно росло, ширилось, рисковало уже «потоптать» и соседнее Волынское княжество (наверняка убегающие «в казаки за свободой» некоторые княжеские подданные - лишь самое безобидное, с чем мог столкнуться князь). Князю просто НАДО было что-то делать.
Далее ЗДЕСЬ: «Запорожская Сечь - "окультуренный" князем "плод" славянского вече». Начало связей «кефира» и Сечи - ТУТ. Иллюстрации взяты из открытых источников. Работу автора желательно оценивать лайками.