Исторический спор между «скупым царством прагматизма» Запада и евразийской цивилизационной укоренённостью и русскостью России – постоянная борьба за цивилизационную самоидентификацию России.
Известный западный общественный деятель и мыслитель, ученый социалистической ориентации Джульетто Кьеза так и оценил «рыночные реформы» в 90-х годах в России как гибель российской цивилизации и победу «скупого царства прагматизма» Запада.
В книге «Прощай, Россия» в 1997 году он писал [10, с. 237]:
«Третий Рим, или вернее, страна, претендовавшая на этот титул, сворачивает свои знамена. Первый пал под ударами полчищ варваров, второй под ударами Востока, который с рождения пропитывал его. Этот Рим уничтожается на наших глазах Западом. Единственное отличие от двух других состоит в том, что падение совершается намного быстрее. И без боя. Россия со своей хваленной духовностью склоняется с приходом скупого царства прагматизма, успеха и материализма. Быть может, еще есть время для мучительных конвульсий, для кровавых и бесполезных судорог, порожденных иллюзиями, которые всегда отказываются умирать. Но новый взлёт маловероятен. Спад и распад, – которым сами русские способствовали своей глупой ленью и глупым подражанием худшим примерам – только начались. За потерей Средней Азии последует утрата Кавказа. А потом россияне распрощаются с Сибирью, их подомнёт самый сильный из азиатских тигров».
На этот прогноз Джульетто Кьезы я так ответил в своем «Слове о русском народе и русском человеке» [6, с. 47]:
«Конечно, прогноз Джульетто Кьезы ждёт тот же крах, который терпят и терпели прогнозы и желания по уничтожению России многих её врагов и врагов русского народа, в том числе и Аллена Даллеса, и Гитлера. Русский народ не раз переживал «смутные времена» и тяжелые кризисы своей цивилизации, и каждый раз восстанавливал своё хозяйство и своё историческое движение вперед, именно благодаря верховенству духа и духовности над материальными началами. Так будет и впредь!».
Позже Джульетто Кьеза пересмотрел свои взгляды на Россию, изменив их на противоположные, связывая будущее человечества с будущим России, с тем, что именно Россия спасёт человечество от грядущей катастрофы. И ушел он из жизни в этом году другом России.
Но для меня важно, что Джульетто Кьеза, будучи по стилю мышления и философствования именно западным человеком, он проницательным взглядом увидел, что отказ России от русскости и духовности, «либеральная прививка» ей «ценностей Запада» – «скупого царства прагматизма», ведет её к цивилизационному распаду и гибели. Тем самым подтвердив совершенно иное по отношению к «Западу» цивилизационное качество России, которое наиболее ярко воплотилось в СССР и которое полностью имеет антирыночную, антикапиталистическую направленность. И это связано (что вытекает уже из моей теории энергетической стоимости [1- 3]) с высокой энергетической стоимостью воспроизводства жизни общества на территории Российской Евразии, что в свою очередь определяет доминирование закона кооперации над законом конкуренции, плана (планирования) над рынком, что и было воплощено наиболее полно и последовательно в советской плановой экономике.
Косвенно подтверждением взгляда Дж.Кьезы в книге «Прощай, Россия», в соответствии с которым отказ России от духовности, от следования большой национальной идее (закон идеократии является важным законом бытия и развития российской цивилизации по моей теории специфических законов её развития и бытия, представленной в наиболее развернутом виде в монографии «Законы социально-экономического развития России» [3]) ведет её к распаду, является высказывание ярого западника, соратника Б.Н.Ельцина, министра иностранных дел в 90-х годах А.Козырева [14]: «Отказавшись от мессианства (мое замечание: т.е. от большой национальной идеи, С.А.), мы взяли курс на прагматизм (мое замечание: т.е. взяли курс на цивилизационную перекодировку России, на её превращение в «прагматическую цивилизацию» с её кредо «действовать по обстоятельствам», С.А.)… мы быстро пришли к пониманию, что геополитика заменяет идеологию».
И не мог осознать Андрей Козырев, что эффективная, действительная геополитика возможно только на адекватной исторической эпохе идеологии.
О том, что «рыночные реформы», которые являлись материализацией идеологии либерального западничества, да ещё навязанного «умными» советологами из США и Великобритании, ведут Россию к геополитическому краху, прямо указывает в работе 90-х годов «Великая шахматная доска» Збигнев Бжезинский, назвав состояние всего постсоветского цивилизационного пространства «черной дырой» [13, с. 108 - 148], выход из которой по его мнению связано с отказом России от своих цивилизационных оснований, с необходимостью провести «процесс редефиниции» с ответом на вопрос «Что такое Россия и где находится Россия» [13, с. 145].
По Бжезинскому ответ на этот вопрос единственный: Россия – это Европа, что и повторяют регулярно на разных каналах телевидения либералы-западники.
Бжезинский очень боится евразийства России, иронично отзывается о концепции евразийства, включая работы Л.Н.Гумилева, потому что – и здесь он озвучивает положение, – обращенность политики и геополитики России к своим евразийским цивилизационным корням будет означать рост независимости России от «Запада», за которым обязательно последует отказ от оголтелой абсолютизации ошибочного взгляда, что «рыночная экономика» – двигатель развития мировой экономики и прогресса.
Он писал:
«Отказ же России (мой комментарий: отказ России от идентификации себя как европейского государства, С.А.) стал бы равносилен отказу от Европы в пользу обособленной евразийской самостоятельности и обособленного существования» [13, с. 147].
Опасения Бжезинского подтвердились. Создание Евразийского Экономического Союза (ЕвразЭС), рост осознания российским обществом, русским народом особости российской цивилизации, связь её будущего с евразийством и социализмом, рост понимания, что именно СССР, советская цивилизация соответствовали цивилизационны особенностям России, а нынешняя либерально-рыночная стратегия исторического развития терпит исторических крах, – процесс, который неумолимо нарастает.
Выражением русскости российской цивилизации является русская философия
Выражением русскости российской цивилизации является русская философия – философия любви и добра, форма проявления русского разума, в мировоззрении которого «всечеловечность» (Ф.М.Достоевский), «всемирная отзывчивость» (В.С.Соловьев), обращенность к кооперации, как основе бытия человека на Земле, являются «сквозными» на протяжении всей истории.
«Если взглянуть на путь развития европейского философского разума и путь развития русского философского разума, – писал я в «Слове о русском народе и русском человеке» [6, с. 67], – то они противостоят друг другу, как… кантовские тезис и антитезис.[1]
Западная философия аналитична, русская философия синтетична… Свою роль в таком расхождении главных доминант русской и западноевропейской систем философствования сыграли и особенности русского и западноевропейских языков, в первую очередь немецкого, французского и английского и особенности хронотопа (пространств-времени) бытия. Русский язык по своей природе, в том числе по причине функционирования на большом «пространстве» является одним из самых флексивных языков по сравнению с языками Европы. Объем оценочных слов в русском языке более 40%, в то время как в немецком – около 16%, а в английском – около 5%, а это и есть косвенное свидетельство о «левополушарности», аналитичности немецкого и английского языков и о «правополушарности», синтетичности русского языка.
Я уже выше цитировал А.С.Пушкина. Процитирую его еще раз в более развернутом виде. «Поймите же…, – обращался он к мыслящим русским людям, – что Россия никогда не имела ничего общего с остальною Европою; что история её требует другой мысли, другой формулы, как мысль и формулы, выведенные Гегелем из истории христианского Запада» [6, с. 67].
Отмечу сразу, что эта пушкинская линия всегда была важным основанием самосознания русской философии. Спор между «западниками», которые считали за передовой образец развития именно стран Западной Европы, в первую очередь Германии (Голландии, Дании при Петре I), Франции, Британии, в наше время – США, и «славянофилами» (хотя это название неточное), т.е. теми, кто подобно М.В.Ломоносову, А.С.Пушкину, Н.Я.Данилевскому, Ф.М.Достоевскому, и «евразийцам» в первой половине ХХ-го века, считали Россию самостоятельной цивилизацией, в которой произошел синтез европейских и азиатских начал, не прекращается до сих пор.
И каждый раз в этот спор вмешивается История, причем именно История России как самостоятельной цивилизации (изгнание польского нашествия из России в смутное время, когда «Запад» с помощью «Польского королевства» пытался реализовать свой план «окатоличевания» России; изгнание французского нашествия в 1812 году, Великая Русская Социалистическая Революция, которая стала Русским Прорывом человечества к социализму, который продолжается до сих пор, и обещает перерасти в Ноосферный Прорыв из России в XXI веке, Великая Победа над фашистской Германией во главе с Гитлером, с помощью которой «Запад» пытался не только покончить с советским социализмом, но и с Россией в целом и русским народом).
И каждый раз эта История подчеркивала цивилизационную уникальность России, проявленную в ценностном геноме российской цивилизации, которую я назвал «цивилизационным социализмом» [4 - 8], и каждый раз «Дранг нах Остен» («наступление на Восток»), за которым де-факто стояла задача «вестернизации» России, превращение её в колонию Запада, терпели исторически й крах.
И Збигнев Бжезинский, другие «специалисты по России», которые мечтают в конце концов утвердить свое господство над российско-евразийским пространством и его ресурсами в своих прогнозах, проектах, планах, уже терпят крах.
Русская философия – это не только узкое течение философской мысли, ограниченное рамками философско-православной или философско-христианской рефлексии, выраженной в той или иной форме, системе взглядов, например – представленной работами А.С.Хомякова, Н.А.Бердяева, П.А.Флоренского, С.Н.Булгакова, В.С.Соловьева, Ф.М.Достоевского, Л.Н.Толстого, П.П.Сувчинского, Л.П.Карсавина, И.А.Ильина, Б.П.Вышеславцева, и других.
Как русское социокультурное явление, причем мирового масштаба, русская философия не уступает классической западной философии. Она и шире, и синтетичнее. Она включает в себя и народно-демократическое, социалистическое и марксистское направления русской философской мысли, яркими представителями которой являются А.И.Герцен, Н.Г.Чернышевский, Н.А.Некрасов, А.М.Бакунин, В.Г.Плеханов, И.С.Трубецкой, П.А.Кропоткин, П.Н.Савицкий, Г.В.Вернадский, И.А.Ефремов, В.И.Вернадский, А.А.Богданов, А.Л.Чижевский, В.И.Ленин.
Русская философия и евразийна, и социалистична по своему глубинному цивилизационному коду.
Выступая против ярого западничества, европоцентричного «перехлёста» в рефлексии «западников», выстраивавших свое мировоззрение на констатации отсталости России и необходимости её цивилизационной перекодировки на основе подражания («европейничанья») «образцам развития», демонстрируемым Францией, Германией, Англией, Ф.М.Достоевский писал [16, с. 33]:
«…Русский не только европеец, но и азиат. Мало того, в грядущих судьбах наших, может быть, Азия-то и есть наш главный исход! (Мое замечание: чего и боится З.Бжезинский, выше мною цитируемый, С.А.)… Надо признать лакейскую боязнь, что нас назовут в Европе азиатскими варварами, и скажут о нас, что мы азиаты большие, чем европейцы… Это ошибочный стыд наш, это ошибочный взгляд на себя единственно как только европейцев, а не азиатов (каковыми мы никогда не переставали пребывать), этот стыд и этот ошибочный взгляд дорого, очень дорого стоили нам в эти два века, и мы поплатились за него и утратою духовной самостоятельности нашей и неудачной европейской политикой нашей, и, наконец, деньгами, деньгами, которых Бог знает, сколько ушло у нас на то, чтобы доказать Европе, что мы только европейцы, а не азиаты… Азия, азиатская наша Россия, – ведь это тоже наш большой корень, который не то, что освежать, а совсем воскрешать и пересоздать надо!... Азия возвысит наш дух, она придает нам достоинства и самосознание, – а это сплошь у нас теперь или нет, или очень мало» (выдел. мною, С.А.).
Тезис Ф.М.Достоевского Россия – и Европа, и Азия одновременно, русский – и европеец, и азиат одновременно, – и его утверждение-прогноз, что нам надо отказываться от «европейничанья» и возрождать и развивать свое азиатское начало, на языке синтеза, – есть косвенное утверждение моего теоретического положения, что Россия – и не Европа, и не Азия, а есть их синтез.
Результат этого синтеза на протяжении всей истории Российской Евразии и есть российская цивилизация, представляющая собой самостоятельный «российский евразийский континент» на базе социокультурного «сплава» европейского и азиатского начал. Этот «сплав» европейского и азиатского начал я и называю русскостью российской цивилизации.
Существует легенда, что при переходе наших войск, гнавших Наполеона и его поредевшее и потрёпанное войско на Запад, через границу, император Александр I звал фельдмаршала Кутузова с собой, продолжить военную компанию в Европе до полного разгрома Наполеона, поскольку тот был противником похода наших войск в Европу. И между ними состоялся такой разговор. Александр I убеждал Кутузова в необходимости движения русской армии в Европу, чтобы добить Наполеона, исходя из тезиса, что Россия – это тоже Европа. «Мы же Европа», – сказал император фельдмаршалу. «Нет, мы – не Европа», – ответил Кутузов. «Так кто же мы – Азия?» – раздраженно воскликнул Александр I. На что Кутузов спокойно ответил: «Нет мы – не Азия, мы – Россия».
«Мы – Россия» – этот кутузовское положение и есть признание уже состоявшегося исторического синтеза «Запада» и «Востока», европейского и азиатского начал бытия человечества, имя которому «Россия», – Россия как самостоятельная, евразийская цивилизация, со своим ценностным геномом, социо-культурным архетипом бытия и развития.
2. Русский Космизм как космическое измерение русской философии и Эпохи Русского Возрождения
Евразийский фокус русской философии, большой хронотоп исторического развития России определили появление Русского Космизма, как важнейшего философского русского мировоззрения и мироосвоения [17, 18].
Русский Космизм есть космическое измерение русской философии, или другими словами – есть русская космическая философия, древность которой равномасштабна древности русского языка. Кстати, по результатам исследования современного греческого филолога Дмитрия Ираклидиса, создавшего этимологический словарь, все европейские языки, включая и сам греческий язык, произошли от русского языка, поскольку он старше по историческому возрасту[2]. «Именно, наверное, поэтому, по М.В.Ломоносову, мы находим в русском языке «великолепие» испанского, «живость французского, крепость немецкого, нежность итальянского», и, «сверх того богатство и сильную в изображениях краткость греческого и латинского языков». Ну, а поскольку в русской культуре «язык» и «народ» – синонимы (на что с восхищением обратил внимание Ф.М.Достоевский), то в генетике русского языка отражена и генетика русского народа, русского человека» [6, с. 21].
Будучи древним по развитию, Русский Космизм как космическая философия расцветает именно в Эпоху Русского Возрождения [19]. Именно в эту эпоху получают развитие такие направления [20, с. 148] как:
· «учение о космической эколого-ноосферной проективности» (Н.Ф.Федоров, К.Э.Циолковский, В.И.Вернадский, Н.А.Морозов, Н.А.Бердяев, А.А.Богданов, П.А.Флоренский, Н.А.Умов, А.К.Горский, В.П.Муравьев и др.),
· «поиск гуманитарных оснований научно-технического прогресса цивилизаций» (В.И.Вернадский, К.Э.Циолковский, А.Л.Чижевский, П.А.Флоренский, Н.А.Бердяев, Н.А.Умов и др.),
· осмысление в новых координатах «единства Макрокосма и Микрокосма, гомеофорности человеческого разума Космосу» (Н.К.Рерих, К.Э.Циолковский, П.А.Флоренский, И.А.Ефремов и др.),
· утверждение «творческой презумпции человека в космосе и космоса в человеке» (Н.Ф.Федоров, П.А.Флоренский, А.Ф.Лосев, Н.К.Рерих, В.Н.Муравьев и др.).
При этом мною в Русском Космизме выделяются следующие 4-е направления русской культурной космо-ориентированной мысли [20, с. 148]:
· философско-мистическое и космо-психологическое. К этому направлению я отношу и космо-философские поиски с «масонско-мистической» направленностью. Это направление нашло яркое выражение в творчестве Е.П.Блаватской, В.И.Крыжановской, Е.И.Рерих и др.;
· философско-научное. Это направление нашло свое воплощение в трудах Д.И.Менделеева, К.Э.Циолковского, В.И.Вернадкого, А.Л.Чижевского, А.А.Богданова, Ф.А.Цандера, А.Ф.Лосева, И.А.Ефремова, Н.Г.Холодного, Н.А.Морозова, Н.А.Умова, В.Н.Муравьева, Л.Н.Гумилева, В.П.Казначеева, Н.Н.Моисеева и др.;
· литературно-художественно-космическое. Оно нашло яркое выражение в творчестве таких русских космических мыслителей и художников, как М.В.Ломоносов, Г.Р.Державин, А.С.Пушкин, Н.В.Гоголь, М.Ю.Лермонтов, Ф.М.Достоевский, Ф.И.Тютчев, М.Горький, В.В.Маяковский и др.
Русский Космизм, в моей оценке, итожит эволюцию космизма мировой культуры, в ней присутствует Ренессанс универсализма [21, с. 145], который ярко нашел свое развитие в учении о ноосфере В.И.Вернадского, и которое в Эпоху Великого Эволюционного Перелома, когда перед человечеством Большой Логикой Социоприродной Эволюции поставлен императив выживаемости, перерастает в Ноосферизм – научно-мировоззренческую систему XXI века, и одновременно в стратегию выхода человечества из Экологического Тупика Истории в виде развивающихся процессов первой фазы Глобальной Экологической Катастрофы [20].
Русский Космизм в своем развитии в соединении с Советским Социализмом в ХХ-ом веке (за которым стоит Русский Социалистический Прорыв человечества, начавшийся в 1917 году с Великой Октябрьской Социалистической революции) и дал Космический Прорыв Человечества из СССР (когда 4 октября 1957 года был запущен первый спутник Земли, а 12 апреля 1961 года – в Космос, на советской ракете, взлетел Юрий Алексеевич Гагарин и облетев на космическом аппарате вокруг Земли успешно приземлился на саратовской земле, откуда он и сделал свои первые шаги в «покорении неба»). И это тоже было воплощение русскости российской цивилизации, вершиной развития которой стала советская цивилизация в лице СССР, а вершинами её духовного расцвета – Победа в Великой Отечественной войне 9 мая 1945 года и Космический Прорыв СССР 12 апреля 1961 года.
[1] Я здесь имел вторую антиномию Канта в его «Критике чистого разума», которая формулировалась так [15, с.278, 279]:
Тезис. «Всякая сложная субстанция в мире состоит из простых частей, вообще существует только простое и то, что сложено из простого».
Антитезс. «Ни одна сложная вещь в мире не состоит из простых частей и вообще в мире нет ничего простого»
[2] Интернет-портал «Всё о гиперборее». Интервью у Д.Ираклидиса, взятое Катериной Арабаджи для газеты «Афины & ELLAS». Международный Клуб Ученых. http://yperboreia.org/greek.asp
Александр Субетто