Меж тем, как помнит наш читатель,
С ростовщиком и ямщиком,
Стоял колдун и предсказатель,
Прикрывшись рваным лоскутом.
«Да ты дурак, скопец-банкир,
Был тот мудрец — колдун-факир་་»,
Сказал банкиру белый маг, -
«И не войдёшь ты в рай никак!
Не мне, Ему тебя судить,
Но рай за деньги не купить.
Ты был факиром околдован,
И твой ларец ему дарован.
Хотел бы это поменять?
Таких как ты несметна рать».
Скажу, читатель, по секрету,
Скопец, последовав совету
Факира горе-мудреца,
Не ожидал сего конца.
И если б случай был иной,
То цветом слился б со стеной.
Но мёртв скопец, уж нету тела,
Оно от смерти охладело,
Лежит во гробе под землёй,
Найдя последний там покой.
Душа бы рада зарыдать,
Да поздно, рок не избежать.
Три трупа, стоя у ворот,
Всё ждали, что произойдёт.
Они торопятся узнать,
И мага просят рассказать
Ямщик и старый ростовщик:
«Бедняк, мы все сыграли в ящик,
У нас различные пути,
Но к месту этому прийти,
Случилось нам втроём за раз,
Поведай нам ты свой рассказ.
Волшебник бросил томный взгляд,
И начал: «как же я вам рад!
Друзья, мы прожили не зря,
И путь наш, проще говоря,
Закончен ровно в тот же час,
Когда призвал нас Божий глас.
Я знал вас долгие года,
Мы были не разлей вода.
Мы вместе плакали, смеялись,
Играли, по базару шлялись.
Я сын купца, я Ахимас,
Тебя, ямщик, я как-то спас
Из вод реки — ты утопал.
Ты в воду со скалы упал.
И звать тебя не Абдула, -
Рахимом мать тебя звала.
Тебя, скопец, зовут Динар.
Имеешь от меня ты дар
На левой голени ноги —
Шрам от рыбацкой остроги་་.
Играли мы в саду моём,
Где рыболовный водоём.
Случайно бросил острогу
Я в твою ногу на бегу’,
Мы ждали помощь на лугу,
А ты лежал на берегу.
С тех пор прошло аж три войны,
Мир разделён на три страны,
Нас разделили щит и меч,
Единство не смогли сберечь.
Прошло уж шесть десятков лет,
С тех пор, как разделился свет.
Но я незримо рядом был.
Рахим, ты помнишь двух кобыл,
Которых ты купил за грош?
За век дешевле не найдёшь.
Твой старый конь тогда подох,
Съев в стойле ядовитый мох.
Его сосед твой отравил,
Скупой завистник Исмаил.
Он был влюблён в твою жену,
И думал: «я добро пожну,
Коль нанесу вред Абдуле.
Не жить ему в моём селе!»
Он отравил коня, собаку,
И счастлив был, когда ты плакал.
Но я тебя оберегал,
И Исмаил с горы упал,
Когда взобравшись на скалу,
Ступил ногою на иглу.
В то время дочь ростовщика,
Испив пол чаши молока,
Пошла к фонтану в малый сад,
А в чаше был змеиный яд.
Из этой чаши час назад,
Пила гадюка — мерзкий гад.
В слезах жена, в испуге дети.
И вот, я прибыл на карете.
Меня тогда ты не узнал,
Лишь умоляюще сказал:
“О лекарь, дочь мою спаси,
В замен что хочешь попроси!”
Я дал ей тёплое питьё,
И возвратилось к ней житьё.
Ты подарил мне двух кобыл,
Которых Абдула купил
За миску мелкого гороха,
И ваша жизнь пошла неплохо.
К тому же через тридцать дней,
Приплод с кобыл дал двух коней.
Пять лет спустя так получилось,
Что вы в столице поселились.
Мы жили рядом друг от друга,
И в час вечернего досуга,
Припоминали те года,
Купались в счастье мы когда».
Порой, увидев ямщика,
Скопец, счастливая рука,
Наперстника не узнавал.
Ямщик же имя поменял.
Его искали за грабёж,
Клеветники разносят ложь.
«Рахим, ты честный человек,
Я наблюдал тебя весь век.
Мир так устроен, тот кто слаб,
Хотя и прав, живёт как раб.
Завистники, клеветники...
Им в этом мире всё с руки.
А ты, Динар, простых людей
До нитки обобрал, злодей.
Решив очиститься от срама,
Возвёл ты в городе три храма,
К тому же ты решил купить
В Эдеме место, чтоб там жить.
Умом ты с детства отличался,
И странно, как же ты попался,
В силки факира-колдуна?
Дорога в рай всего одна.
Опоен ты, опоен страж,
И вот, явился вам мираж.
Вы зрели ангелов в саду?
То были воры! Вы в бреду,
На них смотрели целый час.
Но ларь пропал и свет погас.
Судьба факира мне известна,
Ему сейчас в темнице тесно.
Он пойман стражей падишаха,
Ему грозит топор и плаха.
