Виола нервно ковыряла в тарелке. Медсестра сама посадила ее за стол.
Виола посмотрела на соседок по столу, припоминая ночную гостю. Та была очень худой. Голос был очень мелодичный. Волосы убраны назад, но она была точно не темноволосой.
«Что ж, темненьких и толстеньких можно исключить», - подумала она. Всего было в столовой девушек 15. Но вот не было не одной полной девушки. Все были худыми, а у некоторых была нездоровая худоба. Темных девушек было половину. И 2 темные девушки сидели за ее столом.
«Значит, надо по голосу искать», - подумала Виола.
«Привет», - сказала она соседкам. Те удивленно на нее посмотрели, но ничего не ответили. – «Ам-м-м… я Виола», - представилась девушка. Соседки ничего не ответили, молча продолжали есть.
Виола нахмурилась и уставилась в свою тарелку. Миски были металлические.
«Блин, как в тюрьме», - тихо сказала Виола.
«А ты чего хотела?» - спросила девушка за соседним столом.
У Виолы широко открылись глаза. Это был точно ее голос. Она посмотрела на щупленькую девушку. Волосы редкие, заплетены в тугую косу, лицо серое, глаза впалые.
«Какая уродина!» - подумала Виола. Но она взяла свою тарелку и пересела.
«Грачева!» - громко сказала медсестра. – «Чего с места на место прыгаешь?»
«Хочется мне!» - гаркнула Виола. – «Привет!» - радостно сказала она ночной гостье.
«Привет», - равнодушно ответила девушка. – «Я Лилия. Рядом Маша и Валя», - представила Лилия двух девушек.
Виола посмотрела на двух девушек. У Маши левая рука отсутствовала по локоть. По бинтам на ней Виола поняла, что все это произошло совсем недавно.
«Что пялишься?» - зло спросила Маша.
Виола опустила глаза. Маша и Валя были такие же серые, как и Лилия. Такие же тощие. Такие же страшные.
«Ну, какая мне разница?» - спросила мысленно саму себя Виола. – «Мне главное, что бы сладкое помогли раздобыть».
Виола продолжала ковырять суп в тарелке.
«Ты лучше ешь. Иначе снова насильно вольют», - сказала Лилия.
Виола вспомнила, как ее накормили в прошлый раз и вздрогнула. Она засунула в рот первую ложку, потом вторую. А потом поняла, что ее сейчас вырвет. Девушка подскочила и побежала в туалет. Проблевавшись, она умыла лицо и села на пол.
«Я этого не вынесу…», - тихо сказала она самой себе.
Виола опустила голову на колени и заплакала.
«Что разревелась?» - услышала она голос медсестры. – «Вставай, иди к себе в палату реветь».
Виола встала и, не поднимая головы вернулась в палату. Там ее уже ждали Лилия, Маша и Валя. Валя закрыла дверь.
«Трудно тебе тут придется», - сказала Лилия. – «Вести себя нужно потише, что бы внимание не привлекать».
«А мне какая разница. Или выпустят раньше?» - спросила Виола.
Девушки рассмеялись.
«Выпустят отсюда тогда, когда родственники, которые тебя сюда упекли, платить перестанут или просто решат забрать», - сказала Маша. – «Тут всем похер здорова ты или больна. Пока платят – ты будешь тут сидеть».
«Ты тут надолго?» - спросила Маша.
«Я не знаю…», - тихо ответила Виола. – «Я даже не помню, как сюда приехала».
«Ого, ты улетела! Во время кайфа мало кого привозят!» - сказала Лиля.
Виола решила не говорить, что ее привезли сюда во время ломки, и что она обделалась и потеряла сознание.
«Ладно, пора закругляться», - сказала Лилия. – «Медсестры не любят, когда мы кучкуемся. Может и влететь. Тебя спрашивать будут, где сладенькое себе брала. Лучше не говори. Ты-то отсюда выйдешь, вот только те, кто давал, могут начать мстить. Так что следи за языком».
«К нам не садись сегодня больше», - сказала Маша. – «Встретимся после 11 у туалете. Не опаздывай».
К удивлению, Виолу больше не трогали. Поставили капельницу днем, она ходила на обед и ужин. Медсестры не обращали на нее никакого внимания.
Единственное, что ее мучило, так то, что у нее нет часов. Как она узнает, что уже одиннадцать?
Около девяти вечера Виоле принесли капельницу.
«А это надолго?» - спросила девушка медсестру.
«На часик», - сказала медсестра. – «Ты засыпай, капельница не должна мешать».
Спать Виола не собиралась. Она тихо лежала и ждала, когда пройдет время.
Но вот только мысли в голову лезли те, которых она совсем не хотела.
Она вспомнила про то, что мама сейчас в больнице. Удивительно, но даже если с ней что-то случилось, то она об этом даже не знает. Она подумала о том, что папы больше нет. Она его любила. Любила просто, потому что он был ее отцом. Но, она его и стыдилась. Он часто выпивал. И последние годы пил все больше. Ей было противно, когда он пьяный лез ее обнимать.
Она вспомнила и про старшую сестру. Тося всегда была незаметной в доме. Вроде и есть, а вроде и нет ее. В ее память врезались слова о том, что ее отец изнасиловал Тосю.
«Моя мама красивая женщина, как он мог посмотреть на Тоську?» - подумала она.
Но память услужливо подбрасывала воспоминания, которые до этого, вроде и ничего не значили. Вот ее отец положил руку на бедро Тоси. Вот приобнял. За грудь потрогал.
«Он часто сидел в зале на диване, на котором спит Тося, когда мама ложилась спать», - вспомнила Виола. – «Иногда возвращался в комнату к маме уже поздно ночью.
Перед глазами у нее предстала картина, как Тося медленно раздевается перед отчимом, заграждая своим обнаженным телом, а после ложиться на диван широко раздвигая ноги. Как отец ложится на нее, как она стонет.
«Она сама его соблазнила! А когда мама застукала, сказала что он ее изнасиловал!» - решила Виола. – «Конечно, она же моложе. Да и какой мужик устоит перед обнаженным телом? Это она во всем виновата!»
Виола встала с кровати и тихо открыла дверь палаты. Она посмотрела на часы. Было уже 22.56. убедившись, что в коридоре никого нет, девушка отправилась в туалет. Маша уже была там. И Виола этому очень обрадовалась. Значит, сегодня она полакомиться!
Начало Продолжение
Уникальность текста зафиксирована тут.