С понедельника в индексе Dow Jones Industrial Average будет только одна нефтяная компания — Chevron Corp. Исключение Exxon Mobil Corp. из индекса после непрерывного присутствия с 1928 года не должно стать неожиданностью. Это не конец большой нефти, но это может означать начало начала конца.
Может показаться странным исключение одной из двух нефтяных компаний из индекса в то время, когда сланцевый бум изменил роль Америки на мировом рынке. В конце концов, США сейчас добывают больше нефти и больше природного газа, чем любая другая страна. В прошлом году внутренняя добыча нефти выросла на 125% по сравнению с уровнем 2010 года, а добыча газа увеличилась на 60%.
Но эти цифры рассказывают только часть истории, а не самую важную часть.
Это не первый случай, когда в Dow участвует только одна нефтегазовая компания. Последний раз это было между 2000 и 2008 годами, когда Exxon была единственным представителем отрасли. Перед этим нужно вернуться в 1920-е годы. В течение короткого периода в две недели в 1924 году их вообще не было.
Зачем удалять Exxon, а не Chevron? Это легко. Индекс Доу-Джонса рассчитывается с использованием цен акций, а не рыночной капитализации, поэтому более высокая цена акций Chevron (более чем в два раза выше, чем у Exxon) придает ему больший вес в индексе. На момент закрытия торгов 27 августа на долю Chevron приходилось 2,04% Dow; Exxon всего 0,96%.
Удаление Chevron снизило бы вес масла до неоправданно низкого уровня. Его акции также превосходили акции своего более крупного конкурента практически за любой недавний период, на который вы хотите.
Замена Exxon на Salesforce.com, лидера облачного программного обеспечения, отражает эволюцию экономики США, несмотря на то, что нынешний президент отстаивает индустрию ископаемого топлива.
Первый сланцевый бум, в результате которого добыча природного газа начала расти с 2005 года, а через пять лет за ним последовала нефть, способствовал резкому увеличению числа рабочих мест в этом секторе. По данным Бюро статистики труда, количество людей, занятых в добыче нефти и газа, выросло с 125 000 в первой половине 2005 года до пикового значения более 200 000 в конце 2014 года. Второй сланцевый бум создал лишь четверть рабочих мест, которые были сокращены в этом секторе в период с 2015 по 2017 год, прежде чем он выдохся в конце прошлого года, а затем разразилась пандемия Covid-19.
По данным Бюро экономического анализа, несмотря на рекордные уровни добычи, добыча нефти и газа в прошлом году составила всего 1% ВВП США.
Нефть просто не то, чем она была для экономики США, и, учитывая, что сланцевый бум в значительной степени вызван небольшими независимыми нефтегазовыми компаниями, большая нефть еще менее важна.
Не только в США Big Oil сталкивается с встречными ветрами. Его возможности и репутация во всем мире падают.
Крупные нефтяные компании, в том числе Royal Dutch Shell Plc, BP Plc и Total SE, работают в мире, где им часто отказывают в доступе к основным перспективам. Местные законы или риск санкций удерживают их от инвестиций в ключевые области недорогостоящего производства, такие как Саудовская Аравия, Иран, Венесуэла и Россия. В других областях они сталкиваются с условиями контрактов, которые делают инвестиции непривлекательными.
Дело не только в отсутствии возможностей для открытия и разработки новых крупных нефтяных месторождений. Компании сталкиваются с необходимостью переосмыслить себя в мире, где их основной продукт испытывает растущее давление со стороны потребителей из-за его воздействия на изменение климата и локальное загрязнение. И долгие и упорные попытки превратиться в производителей устойчивой энергии только начались.
Отстранение Exxon от индекса Dow может не сигнализировать об окончании Big Oil или даже о том, что его конец близок, но это отражает неспособность отрасли адаптироваться. Источник
Похожие статьи:
http://vagovernmentmatters.org/myomeka/posters/show/6581
http://knsz.prz.pl/forum/member.php?action=profile&uid=569246
http://www.cplusplus.com/user/financetop1020/
https://digitalmedialab.johncabot/members/financetop1020/