Одним детям все разрешают. Абсолютно все. И другие дети завидуют даже тому, кому можно гулять сколько угодно. Одному везде ходить. Покупать вредные лакомства. Как хорошо, когда все разрешают; да и разрешения спрашивать не надо. Можно просто делать то, что хочется!
Такого ребёнка хвалят за смелость и самостоятельность. Говорят другим: мол, он самостоятельный! И мы ему все разрешаем.
Мужчина один рассказывал: его мама в шторм отпускала купаться на море. И он очень этим гордился. Другие дети сидели рядом со своими мамами - те их не пускали. А этот мальчик нырял в большие волны и плавал, сколько хотел. Ему мама разрешала.
Она много чего ему разрешала еще. Домой приходить поздно. Гулять в чужом дворе. И ходить через опасную большую дорогу в магазин за леденцами на палочке - там продавались такие леденцы-петушки. Он даже на трамвае один ездил, хотя был еще совсем маленький.
Он только потом понял, что мама его не любила. И хотела от него избавиться. У нее другие были планы на жизнь. И он сильно мешал своей маме, вот и все. Хотя она даже себе в этом не признавалась.
Он потом все понял, когда немного вырос. И уже не спрашивал разрешения - он точно знал, что ему все разрешат. Даже умереть. Сгинуть. Пропасть. Ему уже это разрешили и даже побуждают к этому.
Когда все разрешают - это значит, что не очень-то любят. Как Красную Шапочку, которую зачем-то послали к бабушке через темный лес с волками.
И для очистки совести предупредили, что там волки. Будь осторожна! Как маленькая девочка в заметной красной шапочке может быть осторожной в лесу? Она же не красный кхмер. Она маленькая девочка с пирожками...
Со взрослыми тоже так бывает: разрешают ночевать где угодно, зимой без пальто ходить, выпивать и заниматься опасным бизнесом. Это у Аверченко жена разрешала такое и даже сама предлагала, когда муж застраховал жизнь в ее пользу.
Хорошо, когда все разрешают. Да вот не очень. Потому что не любят и не берегут... И втайне хотят, чтобы мы исчезли. В морских волнах или в темном лесу. Тогда можно будет поплакать потом, чтобы люди не осудили. И собственная совесть была бы чиста...
Анна Кирьянова