Рассвет приходит к тем, кто видел Тьму во всем ее убийственном величии… Кто плакал от людского безразличия, но безразличным не был ни к кому! Рассвет приходит к тем, кто был в пути, не зная ни усталости, ни лени. Кто, обессилев, падал на колени, но поднимался. Продолжал идти! И, зажимая волю в кулаки, вдруг находил ромашковое поле, и, задыхаясь от щемящей боли, свои ладони прятал в лепестки! К тем, кто, похоронив свои мечты, и, упомянув их, устремлялся дальше. Кто смог среди предательства и фальши, не растерять душевной чистоты! Нечаянно в небесной синеве, вдруг распахнуться солнечные двери. Рассвет приходит к тем, кто верил в свет. Абсурдно, до последнего. Но — верил!
Рассвет приходит к тем, кто видел Тьму во всем ее убийственном величии… Кто плакал от людского безразличия, но безразличным не был ни к кому! Рассвет приходит к тем, кто был в пути, не зная ни усталости, ни лени. Кто, обессилев, падал на колени, но поднимался. Продолжал идти! И, зажимая волю в кулаки, вдруг находил ромашковое поле, и, задыхаясь от щемящей боли, свои ладони прятал в лепестки! К тем, кто, похоронив свои мечты, и, упомянув их, устремлялся дальше. Кто смог среди предательства и фальши, не растерять душевной чистоты! Нечаянно в небесной синеве, вдруг распахнуться солнечные двери. Рассвет приходит к тем, кто верил в свет. Абсурдно, до последнего. Но — верил!
