Увидеть Париж и умереть! Франция - законодатель моды и вкуса? Неужели так изменился мир? В мое время это было отсталое, дикое государство, в котором читать и писать никто не умел, даже король. Что там говорить: как держать ложку с вилкой не знал весь королевский двор. Да и мыться во Франции считалось делом небезопасным, мол, от воды можно заразиться чем-нибудь. Ну и нравы! И мало кто знает интереснейший факт: на протяжении многих веков, принимая присягу коронации, французские короли клали руку на старинную книгу. Язык книги не знал никто. Называли ее Реймсской книгой. Свет на нее пролил визит Петра I. Он то и поставил в известность французов, что это православное Евангелие, на русском языке. И Во Францию привезла ее я, в качестве подарка моему жениху.
Это был мой день! Меня, молодую, красивую, русскую девушку отдавали за муж за короля Франции - Генриха I.
Позади два месяца моего путешествия, во время которого я скрупулезно изучала французский язык. Позади переговоры о моем замужестве. В следствии которого я стала супругой дряхлеющего, пятидесятилетнего, бездетного короля. День Пятидесятницы. Реймс, собор Сен-Реми. Я присягаю, как православный монарх, на славянском Евангелии, которое привезла с собою. Католикам пришлось смириться, я упрямая. Жених, не отрывая восхищенного взгляда, подписывает брачный договор. Что это? Вместо подписи крестик? Да, этот союз был очень необходим этой стране. Дочь Ярослава Мудрого, Царя богатого, процветающего княжества - Киевская Русь. Породниться с русичами в одиннадцатом веке мечтали многие. А этот король был уж очень настойчив...
И вот я, королева жалкого, маленького государства. Агнесса Рыжая. Теперь, это мое - неграмотное государство. Теперь, это мой - немытый народ, глядящий на меня с надеждою. Я писала отцу: "В какую варварскую страну ты меня отослал..." Потерянная, я ходила по закопченным факелами, мрачным залам дворца. От зловония нечистот, мне стало нехорошо. Придворные не утруждали себя бегать искать туалетные сосуды, поэтому справляли свои нужды за любым углом. Я подошла к ближайшему окну, вдохнуть глоток свежего воздуха. В лицо мне пахнуло резким зловонием, помои выливались тут же наружу. В отчаянии я оглядела столицу: дома мрачные, церкви некрасивые, обычаи ужасные... Из домашних животных: крысы и голодные собаки. На столах трапезной: грубая деревянная, в лучшем случае глиняная посуда. Наверное выражение: "Увидеть Париж и умереть"- вышло из этих времен. От всего увиденного можно было, только умереть... Я вспомнила великолепие своего родного Киева. Город Ярослава: Софийский собор, золотые ворота,богатый княжеский дворец, церкви, школы, библиотеки.
Мои занятия: по верховой езде, рисованию, арифметике, истории, медицине, языкам. А я, между прочим, знала шведский, греческий и латынь. За одно вспомнила, что я царевна-русинка. Дочь самого могущественного князя. Анна Киевская. Современная и независимая! Я приведу все в порядок! Жить мне теперь здесь. Работы много. Первое, с чего я начала - научила французов мыться. Построила русские бани. Сначала дамы, потом кавалеры... Придворные не глупые, поняли, что быть чистыми не только приятно, но и полезно. Мужа отмыла тоже, смирился. Далее, внесла практичность в королевское застолье. Вилка по-началу воспринималась как что-то колдовское. Но чистота рук убедила всех в практичности этого столового прибора. Мое вольное, неженственное поведение: охота, бои, книги, шахматы... тоже не остались без внимания. Даже стали вызывать уважение не только двора, но и народа. А строительство школ, храмов, библиотек, привело к тому, что я стала соправителем. Пользующимся уважением, в большей степени, чем мой муж - Генрих. Пододвинув своего супруга, я стала править крепкой, хозяйской рукою. Спасла монархию, родив сыновей, которые станут королями. Вела государственные дела, поднимала страну. Мудрость помогла мне приспособиться к моему несчастливому браку. Печаль по родному дому ушла на второй план. Десять лет мой муж доверялся только мне в государственных делах. Я, своим долгом - королевы, принесла Франции культурный расцвет.
Теперь на троне мой семилетний сын Филипп I. Муж, в посмертном завещании определил мне роль опекуна короля. Фактически, власть и престол, теперь, принадлежат мне - женщине. И это впервые в истории Франции. Но мне ничего этого не надо. Нет, я не оставила сына и страну без правления. Я помогала править, но из тени. Именно теперь я позволила себе быть просто женщиной. Это был прекрасный день в моей жизни. Встав рано утром, я подошла к окну. На фоне голубого неба мелькала ласточка. Как она прекрасна и грациозна! Я закрыла глаза, вдохнула свежего воздуха и... полетела, как она. Здорово! Взлететь ввысь и парить отдаваясь свободе и порывам ветра. Даже если этот полет будет последним... он стоит того! Я открыла глаза. Решено! Подойдя к сыновьям и поцеловав на прощание, я села на скакуна и... исчезла. Толков было много. Даже Папа Римский распереживался, прислав мне письмо. Через пару месяцев я нашлась. Но то была уже не королева Франции, а простая, замужняя дама - Анна. Своего теперешнего мужа я полюбила давно, еще при жизни Генриха. Но я четко различала долг и любовь. Я дочь своего отца. И только теперь, позволила в свою жизнь войти любви.
Может, ты скажешь, что глупо менять власть на любовь. Чтобы меня понять, надо быть женщиной. И чтобы суметь это сделать, надо быть Русичкой. А чтобы остаться в истории Великой - надо быть Анной Ярославовной. Имея страх, не будешь летать. Не взлетев, не познаешь счастья. Тебе решать: кем быть и как жить.
Анна Ярославна (1024-1082) царевна Киевской Руси, дочь Ярослава Мудрого, королева Франции.