Черная вода, отравленная почва, пустыня на тысячи километров — это не последствия ядерного конфликта из далекого будущего, а Донбасс в ближайшие годы. По крайней мере, именно такую картину рисуют украинские политики, говоря о том, к чему приведет не утихающая шесть лет война. Корреспондент РИА Новости разбирался, возможен ли на Украине "второй Чернобыль".
Времени больше нет
Несмотря на затянувшиеся боевые действия, жизнь в Донбассе идет своим чередом. Как и до 2014 года, многие сейчас работают в шахтах.
"Добыча из-за войны не прекратилась. Платят не особо много, правда", — говорит житель Донецка Дмитрий Борзенко.
Спрос на шахтеров, по его словам, только растет. Это подтверждает и официальная статистика самопровозглашенных ДНР и ЛНР: с 2015 года угледобыча ежегодно увеличивается примерно на 20 процентов. Что-то потребляют сами, что-то идет на экспорт — прежде всего на Украину и в Россию.
Но и это несоизмеримо меньше довоенных показателей. В начале десятых на Донбасс, по данным Всемирного банка, приходилось более четверти всего украинского экспорта. Его в первую очередь обеспечивали 153 угольные шахты. После того, как вспыхнул конфликт, на подконтрольной Киеву территории работает порядка 30 рудников. У ополченцев — примерно столько же.
Остальные копи простаивают. И все бы ничего, да только заброшенные штольни гораздо опаснее для окружающей среды, нежели рабочие. И речь вовсе не о пресловутом загрязнении воздуха. Все гораздо хуже — по крайней мере, такую картину в последние недели рисуют на Украине.
"Времени на размышление нет. Многие шахты затоплены и брошены на произвол судьбы. Более 400 водонакопителей и шламоотстойников (специальные бассейны для отходов угледобычи. — Прим. ред.) переполнены", — стращал украинцев член контактной группы по Донбассу Витольд Фокин.
Если их срочно не очистить, то, по его словам, загрязненная сероводородными солями, серой и горными породами вода попадет в почву и реки. Затем — в канализацию и Азовское море. А некоторая часть испарится, что вызовет кислотные дожди. Неудивительно, что экс-премьер Украины сравнил масштаб катастрофы с чернобыльской: под угрозой не только юго-восток страны, но и весь берег Черного и Азовского морей.
Становится все хуже
Несмотря на то что заявление Фокина прозвучало как никогда громко, мрачные предсказания украинские политики высказывают уже несколько лет. Моду задал бывший президент Петр Порошенко.
"Донбасс стал полигоном для российских и пророссийских войск. Их преступные действия привели к отравлению питьевой воды, почвы, флоры и фауны… Земля и атмосфера сильно загрязнены из-за взрывов и повреждений химических и других промышленных заводов", — пугал он европейских лидеров во время Парижской конференции по климату в 2015-м.
Вот только он умолчал об одном важном обстоятельстве. Экологическая угроза региону возникла вовсе не с началом конфликта. По данным ряда природоохранных общественных организаций, базирующихся как в Киеве, так и в Донецке, еще в 2000 году свыше двух третей выбросов в атмосферу регистрировалось именно в Донбассе. Вклад региона в загрязнение водоемов — 25 процентов. Примерно столько же — в общее число твердых отходов.
В последующие 14 лет эти показатели лишь росли. Все дело в том, что отходы тяжелой промышленности практически невозможно переработать. В Донбассе они накапливались аж со второй половины XIX века, когда там появились первые крупные заводы.